— Шайтан! — в голос взвыли Изя и Моня.
— Где? — Прекрасная незнакомка осмотрелась. — Нет никого!
Оба еврея тыкали в нее указательными пальцами.
— Ты!? Ты вообще кто!? — наконец-то спросил Израиль Моисеевич.
— Здрасьте, приехали! Я что так сильно изменилась? — незнакомка поднялась с пола и подошла к висевшему на стене зеркалу.
На этот раз уже кричала она:
— Не-е-ет! Верните все обратно!
Красавица сунула руки в карманы комбинезона, но в них было пусто.
— Мой договор?! Он исчез!… Не-е-ет!
Моня с Изей переглянулись.
— Ангелочек?! — испуг на лицах мужчин сменился искренним восхищением.
— Видели бы тебя сейчас твоя мамочка Шайна и бабушка Тойбе, то они наверняка сдохли бы от большой радости видеть такое кашерное¹ личико нашей девочки! — Моня с умилением смотрел на крестницу, сложив ладони бутончиком.
Изображение на круглом мониторе заморгало и картинка прояснилась.
Израиль Моисеевич вскочил на ноги и бросился к посту наблюдения.
— Кто мне объяснит для чего всё это? — Ангелина указала на свое лицо и грозно посмотрела на крестного.
— К мене вопросов быть не надо! Моня знает только столько, сколько нисколько!
Геля на миг задумалась:
— Что? — только и смогла сказать она.
— На все твои вопросы ответит дядя Изя, потому что в "Что? Где? Когда?" ми так бистро сыграть не успеем! — мужчина вытянул левую руку в сторону Израиля Моисеевича.
Помня, что рассказывал крестный, Геля закрыла лицо руками и сползла по стенке.
Впервые оба еврея видели, как плачет их Ангелочек.
Моня взял смычок и скрипку со словами:
— Музыка лечит душу — будем тебе немножко оздоравливать, — и прекрасная мелодия заполнила помещение магазина.
— Моня, Геля, — Израиль Моисеевич жестом позвал "страдающих".
Через мгновение все трое внимательно следили за изображением в круглом мониторе.
***
После исчезновения Ангелины Лёха не мог понять что произошло. Не помня как оказался возле своего дома, мужчина остановился.
"Надо снять стресс! Выпить что ли?" — и Алексей решил, что надо всё-таки зайти в магазинчик, чтобы прикупить на вечер немного продуктов и алкоголь!
И тут его осенило: совсем недавно в его руках из ниоткуда появлялись бутылки с горячительным. Он развел руки в стороны, зажмурился и… ничего не произошло.
"Может быть мне всё это померещилось?" — Лёха вдохнул и направился в магазин.
Дверной колокольчик оповестил о приходе покупателя.
Молоденькая продавщица Леночка строила глазки охраннику, но завидев вошедшего в магазин Леху, молнией метнулась за прилавок. Охранник ни слова не говоря выскользнул на крыльцо магазина покурить.
— Дайте пожалуйста закуску и… — Алексей разглядывал полки с алкогольной продукцией.
— Вам для романтики или экспресс-путевку в завтрашнее утро? —поинтересовалась продавщица.
— А есть у вас что-то такое, что поможет от влюбленности? — Леха ухмыльнулся.
— Уважаемый, от влюбленности поможет только взаимная любовь! —раздался сзади мужской голос.
Леха обернулся.
Дядя Вася стоял под руку с молодой брюнеткой.
— Здравствуй, дорогой! — директор магазина протянул руку для рукопожатия. Алексей давно знаком был с Василием Сироповичем, так как не раз ремонтировал его авто.
В воздухе поплыл дым сигарет.
— Опять Федор курит! Точно получит штраф в этом месяце вместо зарплаты. Ах.да. Знакомься уважаемый — моя жена Адель! — дядя Вася светился от счастья.
Красавица высвободила руку и подошла ближе к Алексею.
— Я могу тебе помочь, — Адель закрыла глаза и через мгновенье начала пророчить:
— Завтра утром средь тумана,
На аллее, где гроза.
На скамейке, где художник
Встретишь ты ее глаза.
— Ну спасибо! — Леха еле сдержал смех. — Глаза на скамейке — это нечто! Хеллоуин - наше всё!
— Зря, дорогой, смеешься. — укоризненно покачал головой дядя Вася. — И не пей сегодня, а то проспишь свою любимую! А Федору надо все-таки сказать, чтобы не курил на крыльце магазина.
***
— Моня! Ты должен выяснить где находится эта скамейка! — Израиль Моисеевич тарабанил пальцами по столу.
— Таки Моня знает где эта скамейка! Там каждое утро туман, и угадайте чито делают на скамейке художники?
— Сидят! — выпалили Геля и дядя Изя.
— Таки это правильный ответ, но помимо этого чито они делают сидя? Ангелина с Израилем Моисеевичем переглянулись.
— Моня, не искушай старика! — нахмурился Изя.
Щуплый еврей поднял указательный палец вверх и гордо произнес:
— Художники пишут картины! А не то, чито ви там себе напридумывали!
— Фух! — выдохнули двое, а Геля даже смахнула со лба воображаемую испарину. — Все напрасно! Он никогда меня не узнает и я всю жизнь буду страдать!
Зарыдала девушка.
— Кто не рисует, тот не пьет шампанского! — Моня приобнял крестницу.
— Ты хотел сказать "кто не рискует"? — всхлипнула Ангелина.
— И это тоже, — махнул рукой старый еврей.
***
Утром следующего дня Леха в приподнятом настроении шел на
работу, бормоча себе под нос:
— Завтра утром средь тумана,
На аллее, где гроза,
На скамейке, где художник
Встретишь ты ее глаза. Тьфу ты! Привязалось же!
Леха усмехнулся .
Проходя мимо одной из скамеек, он увидел, что на ней сидит белокурая красавица с синем комбинезоне. Стоящий чуть поодаль художник старательно рисовал ее портрет, а рядом с ним музыкант играл на скрипке пронзительную мелодию. Внезапно взгляд красивых карих глаз, обрамленных черными длинными ресницами, пронзил Алексея, будто молния.
Мужчина остановился и, подойдя ближе, неверяще спросил:
— Геля?
Девушка в ответ лишь кивнула, после чего была незамедлительно подхвачена на руки.
— Отпусти меня! Пусти! — со смехом вырывалась она.
— Никуда тебя больше не отпущу, — прошептал Леха девушке на ухо, но на землю ее все же поставил. — Я на работу в "Болт и гайку" иду. Ты со мной?
— С тобой хоть на край света, — промурлыкала Геля.
Двое влюбленных, взявшись за руки, уходили в туман навстречу обретенному счастью.
***
— Боже мой, они такие… такие… Мазал Тов²! — всхлипнул Моня смахивая со щеки слезу.
— Ну что ж, нам пора помочь остальным нашим родственничкам, — и Израиль Моисеевич нажал на панели круглого монитора кнопку "Start". Что-то затрещало, засверкало и огромный кренделёт стремительно рванул в небо.
Кашерное¹ — правильное.
Мазал Тов² — счастье.
©️Надежда Гареева