Спустя почти 18 лет Франция, похоже, снова наступила на грабли, которые основательно огрели её по высокому готическому лбу осенью 2005 года.
Хронический характер
Разница только в том, что тогда триггером для возмущения стала смерть двух подростков, которых убило током в трансформаторной будке, куда парни забрались, спасаясь от ареста. Сейчас же в роли спускового крючка для чинимых беспорядков выступил факт убийства полицейским 17-летнего Наэля, франко-алжирца, который, предположительно, отказался подчиняться требованиям правоохранителей. Правда, судя по данным, опубликованным МВД Франции, последовавшие за инцидентом восемь дней беспорядков нанесли такой же ущерб и мобилизовали куда больше сил безопасности, чем беспорядки 2005 года, продолжавшиеся три недели.
Напомним, тогда, поначалу захватившие пригороды Парижа, они распространились и на другие регионы. Их итогом стали более 10 тысяч сожжённых авто, множество повреждённых зданий, десятки раненых полицейских, жандармов и демонстрантов. Кроме того, более шести тысяч человек были арестованы, три человека погибли, двое из них во время пожаров.
Социолог Франсуа Дюбе, насчитавший около 40 похожих вспышек с начала 1980-х годов, удивляется повторению одного и того же сценария:
– Каждый раз происходит ошибка полиции, каждый раз это заканчивается погромами общественных учреждений, полицейских участков, школ, мэрий. Каждый раз это заканчивается мародёрством. Каждый раз к мнению избранных представителей и муниципальных ассоциаций не прислушиваются, и реакция политиков остаётся такой же.
Бывший начальник Главного управления внешней разведки Франции Пьер Брошан считает, что нынешние погромы стали следствием массовой миграции и провалом политики властей по предотвращению отделения диаспор от французского общества.
– Мы можем только ужасаться чрезвычайному распространению криминального измерения, своего рода парадоксальной эндемической вспышке чрезмерной преступности диаспор, – сказал Брошан.
По его оценке, с учётом 3,6 тысячи задержанных в беспорядках могли участвовать до 200 тысяч человек.
– Хочется верить в спонтанный характер этого «мозаикоподобного» взрыва без национального координатора и боевой структуры: мы до сих пор не можем обнаружить за «бунтовщиками» никакого центрального комитета, исламской «шуры» или профсоюза наркоторговцев, – отметил он.
«Массовая галлюцинация»
Комитет ООН по ликвидации расовой дискриминации рекомендовал французским властям устранить системные причины расовой дискриминации, в том числе в полиции, и провести тщательное расследование обстоятельств, приведших к гибели юноши. В ответ МИД Франции счёл рекомендацию безосновательной и односторонней. Пожалуй, таким же безосновательным зачинщикам беспорядков показался призыв бабушки убитого в Нантере юноши остановиться. Примечательно, что она осудила использование смерти внука в качестве предлога для погромов.
И хотя в середине прошлой недели президент Франции Эммануэль Макрон заявил о стабилизации обстановки, в минувшую субботу почти шесть тысяч человек вышли на манифестации, организованные во многих французских городах против полицейского насилия. Тем временем власти республики запретили частным лицам продажу и транспортировку фейерверков до 15 июля включительно. А значит, 14 июля рядовые французы в главный национальный праздник, День взятия Бастилии, купить фейерверки не смогут.
Экс-кандидат в президенты страны Эрик Земмур заявил, что Франция может превратиться в исламскую республику, если ситуация в стране не изменится. По мнению политика, большинство мусульман, живущих в Пятой республике, ставят исламские законы выше законов Франции. При этом, как отметил Земмур, лидеры страны знают об этом, но ничего не делают, чтобы преодолеть потенциально кризисную ситуацию.
Описывая нынешние беспорядки во Франции, российский философ Александр Дугин считает, что «это не апокалипсис» и «не конец света», а «просто Франция»:
– Остаётся допустить одно: апокалипсис в этой некогда весьма привлекательной и стильной стране уже произошёл. А теперь на её наводнённых чёрт знает кем улицах показывают массовую галлюцинацию. Прекрасная Франция, старшая дочь Церкви, как называли её католики в эпоху блистательного Средневековья, безвозвратно превратилась в помойку – начиная с души и кончая улицами и пригородами. Нотр-Дам сгорел. Из Лувра вынесли все картины и скульптуры, способные испортить настроение иммигрантам и феминисткам.
Василий АКУЛОВ