В декабре 1994 года американской хэви-пауэр-метал формация Virgin Steele выпустила свой шестой студийник «The Marriage of Heaven and Hell Part I» Это - первая часть трилогии концептуальных альбомов, рассказывающих об отношениях между человечеством и божеством. Песни альбома не имеют сюжетной линии, но они были вдохновлены религией, мифологией, поэзией и личными убеждениями лидера группы Дэвида ДеФейса.
В декабре 1995 года вышла вторая часть трилогии – «The Marriage of Heaven and Hell Part II».
15 апреля 1998 года музыканты реализовали пластинку «Invictus». Это - третья часть саги «The Marriage of Heaven and Hell», исследующая взаимоотношения и конфликты между человечеством и божеством. Название альбома в переводе с латыни означает "Непобедимый".
Название последнего трека «Veni, vidi, vici» (с лат. — «Пришёл, увидел, победил») — крылатое латинское выражение, слова, которыми, как сообщает Плутарх в своих «Изречениях царей и полководцев», Гай Юлий Цезарь в августе 47 года до н. э. уведомил своего друга Гая Мация в Риме о победе, быстро одержанной им при Зеле над Фарнаком, сыном Митридата Понтийского.
По сообщению Светония, эту фразу несли перед Цезарем во время его понтийского (третьего из пяти) триумфа в Риме. Этим Гай Юлий Цезарь отмечал не события войны, как обычно, а быстроту её завершения.
Выражение употребляется в современном языке, обозначая быстро достигнутые успехи или ловко и скоро завершённые дела.
Диск «The House of Atreus Act I», выпущенный 16 ноября 1999 года, имеет подзаголовок A Barbaric-Romantic Opera. Этот альбом является первой частью метал-оперы, вдохновленной "Орестеей", трилогией трагедий, написанной древнегреческим драматургом Эсхилом (др.-греч. Αἰσχύλος, 525 до н. э., Элевсин — 456 до н. э., Гела), отцом европейской трагедии, которая рассказывает о завершении проклятия дома Атрея.
«Орестея» (греч. Ορέστεια; также: Орестейя — Oresteia) включает в себя три трагедии — «Агамемнон», «Хоэфоры» и «Эвмениды», а также утраченную сатировскую драму «Протей». Тетралогия была впервые представлена в 458 до н. э., на фестивале в честь Диониса в Афинах, где она была отмечена призом.
Содержание трилогии — судьба рода Атридов, в лице его самых славных представителей, Агамемнона и его сына Ореста.
Вторая часть трилогии, «The House of Atreus - Act II», была реализована 16 октября 2000 года. Она была выпущена, как двойной CD-альбом.
Эта метал-опера исполнялась под названием "Klytaimnestra - The House Of Atreus" в европейских театрах с 1999 по 2001 год, в постановке компании Memmingen Opera House и Landestheater Production.
Хорошо начитанный в классической литературе, которая повлияла на многочисленные песни Virgin Steele до и после этих концептуальных работ, фронтмен Дэвид Дефейс написал полный пересказ "Орестеи", начиная с разрушения Трои Агамемноном и заканчивая последствиями суда над Орестом. То, что он называет "варварско-романтической оперой", состоит из 33 треков с металлическими номерами и оркестровыми интерлюдиями общей продолжительностью более 163 минут.
Если подвергнуть данный опус полному анализу, то по своему масштабу он мог бы соперничать с комментариями Эдуарда Фраенкеля к "Агамемнону"! К счастью, группа предоставила на своем сайте для интересующихся собственное полное резюме, примечания и тексты песен для первого и второго актов.
Оформление альбома дает нам представление о том, как Virgin Steele подходят к "Орестее". На первый взгляд, на обложке первого акта изображена древняя вазовая картина в лаконском или аттическом чернофигурном стиле. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что на самом деле это современная картина, перерисованная в античном стиле, - "Торжествующий Ахилл", написанная в 1892 году Францем Матшем.
Ахи́лл, или Ахилле́с (др.-греч. Ἀχιλλεύς), — персонаж древнегреческой мифологии, участник Троянской войны, один из главных героев «Илиады» Гомера. Принадлежал к роду Эакидов, был сыном Пелея и нереиды Фетиды.
На картине изображен Ахилл, только что одержавший победу над троянским престолонаследником Гектором, тело которого он, как известно, тащит за своей колесницей вокруг стен Трои. Представление этой современной картины в античном стиле - это обратная сторона того, чего добивались Virgin Steele, создавая эту запись, - представить древний текст в современном виде. Почему именно эта картина была выбрана для истории, в которой не фигурирует Ахилл? Подсказка может содержаться в примечаниях к песне "In Triumph or Tragedy", в которых ДеФейс определяет тему альбома, а именно, что трагедия, противоположная триумфу, "всегда является другой стороной медали в этих ситуациях".
Пластинка начинается с триумфа Агамемнона над Троей, который приводит к его трагической смерти по возвращении. Победой, которую он одержал, пожертвовав своей дочерью, он предрешил свою судьбу. Дефейс должен был знать из "Илиады" Гомера, что Ахилл решил вернуться в бой и убить Гектора, несмотря на то, что знал от своей божественной матери, что этот выбор приведет к его собственной смерти.
Эта тема триумфа и трагедии как двух сторон одной медали усиливается, когда мы смотрим на обложку второго акта метал-оперы, которая представляет собой ту же картину, но это - ее зеркальное отражение, заключенное в треснувший круглый щит и запятнанное кровью.
Синопсис ДеФейса в примечаниях к I акту - это подробное и точное изложение Агамемнона и предыстории мифов не только об Ифигении и Фиесте; но они также восходят к Танталу как родоначальнику семейного проклятия.
Склонность к злу в доме на самом деле началась еще раньше, с Тантала, основателя рода. Тантал пригласил Богов на пир в свой дом, а затем по какой-то необъяснимой причине убил и подал им к столу собственного сына Пелопа! Этот отвратительный поступок заставил Богов наложить проклятие на Тантала и все его потомство, таким образом, появилось проклятие Дома Атрея. Это проклятие, этот даймон, заставляет их грешить вопреки самим себе. Они совершают один грех за другим и тонут в дожде бесконечного кровопролития.
Нет ни одного источника, где бы говорилось, что боги прямо наложили проклятие на Тантала и его потомков. Фактическое проклятие, похоже, наступает в следующем поколении, когда воскрешенный богами Пелоп совершает предательство, и его проклинает Миртил. Однако Virgin Steele проводят идею о том, что "грехи отца воздадутся сыну" и что дух мщения (alastor daimon) каким-то образом овладевает семьей, которая пожирает себя из поколения в поколение. Хор в "Агамемноне" признает это после того, как Клитемнестра рассказывает, что она убила своего мужа: "О дух (даймон), что падает на этот дом и на двух потомков Тантала и повелевает через женщин силой, которая гложет мое сердце" (Ag. 1468-1471). Этот даймон отвечает за распространение "греха за грехом", здесь Virgin Steele отсылают нас к альбому Judas Priest 1977 года «Sin After Sin».
Открывающий альбом номер «Kingdom of the Fearless (The Destruction of Troy)» («Царство бесстрашных (Разрушение Трои)» исполняется торжествующим Агамемноном, когда он превращает Трою в пепел и обращает ее жителей либо в меч, либо в цепи. Он провозглашает добродетельные мотивы своего дела: "За честь, за Зевса, за Ксению (за гостеприимство), за правду".
Ксения (англ. Xenia, греч. ξενία) - древнегреческое понятие гостеприимства. Оно почти всегда переводится как "дружба с гостем" или "ритуализированная дружба". Это - институционализированные отношения, основанные на щедрости, обмене дарами и взаимности. Исторически гостеприимство по отношению к иностранцам и гостям (эллинам, не принадлежащим к вашему полису) понималось как моральный долг. Гостеприимство по отношению к иностранным эллинам воздавало честь Зевсу Ксению (и Афине Ксении), покровителям иностранцев.
В качестве повода для войны Агамемнон называет кражу Парисом Елены у ее мужа, брата Агамемнона, Менелая, и в этой войне он защищает не только честь своего брата, но и институт гостеприимства, дружбы между гостями и хозяевами, которую нарушил Парис. Ксения находится под защитой самого Зевса, и Агамемнон становится орудием гнева Зевса. Однако грань между наместником бога и самим божеством может быть легко перейдена:
Умереть... убить... Твоя дочь теперь моя.
Ты - плоть для червей.
В рабстве ты плачешь, моя ненависть никогда не умрет.
Плачь... кровь горит черным... в ярости.
Я не буду бояться никого, ибо я - Бог!!!
В этих словах, обращенных к царю Приаму, мы видим, как Агамемнон переходит черту высокомерия. Его похищение Кассандры с целью сделать ее наложницей, несомненно, вызовет гнев Клитемнестры, а его самопровозглашение богом напоминает нам аркановского Агамемнона, которому вскоре напомнят о его смертности.
Следующая песня «Blaze of Victory (The Watchman's Song)» («Блеск победы (Песня сторожа)», начинается с оригинальной "Орестеи", причем здесь все настолько точно, что часто даже совпадают те самые слова, которыми Эсхил начинает пьесу, произносимыми сторожем, сидящим на крыше дворца и следящим за сигнальным огнем, возвещающим о победе Агамемнона: "Благословенные боги, холодные звезды, освободите меня от долгих страданий". Хотя и не дословно, ключевые элементы речи сторожа сохраняются. Он подозревает, что Клитемнестра, которая была регентшей в течение последних десяти лет, замышляет какую-то пакость: "эта своевольная, расчетливая женщина, которая замышляет / И замышляет, как царь!!!". Это соответствует утверждению сторожа Эсхила о том, что у нее "сердце мужественного совета". Таким образом, обои считают Клитемнестру нарушительницей традиционных гендерных ролей, причем Эсхил выступал перед афинским обществом, которое не поощряло и не позволяло женщинам оказывать какое-либо общественное влияние или быть заметными. Конечно, мы должны помнить, что мнение драматических персонажей не обязательно является мнением самого автора, и Virgin Steele поддерживают эту дистанцию между художником и творением, подавляя авторский голос и позволяя драматическим персонажам говорить только за себя.
В теме «Through the Ring of Fire» («Через огненное кольцо») Клитемнестра произносит внутренний монолог, реагируя на новости: "Искупить смерть еще большей смертью / Ненависть направляет мою руку, пока я улыбаюсь внутри". Она одержима даймоном семейной мести и готова отомстить за Ифигению. Однако, будучи одержимой, она предвкушает это действие с дьявольским удовольствием.
В «Return of the King» («Возвращении царя») прибывает сам Агамемнон, которого приветствует хор старейшин, а также его дочь Электра, которая, хотя и отсутствует в "Агамемноне", играет важную роль на протяжении всего альбома. И она, и хор встречают царя как поздравлениями с победой, так и предупреждениями о надвигающейся гибели. "Не все благополучно, зло в доме твоем сегодня", - предупреждают старейшины. "Берегись царицы твоей", - предупреждает Электра. Старейшины, похоже, ясно представляют себе роковые механизмы игры:
Завоеватель Трои владеет силой, созданной богами.
Проливая красную кровь своей дочери за одну желанную невесту.
Приданое смерти, Артемида ждет рядом с тобой.
Слишком высокая слава - опасный дар богов.
Они предполагают, что Ифигения была слишком высокой ценой за возвращение Елены, и что чрезмерная слава ведет человека по опасному пути: снова триумф и трагедия - две стороны одной медали. Virgin Steele дополнительно усиливают подозрения аргивян о готовящемся заговоре, чтобы показать, насколько ослеплен гордостью за свою победу Агамемнон, уверенный в своем правлении, дарованном Зевсом.
Агамемнон входит во дворец, что дает начало следующей песне «Child of Desolation» («Дитя опустошения»), балладе о власти, в которой Кассандра ведет монолог о судьбе, которую она предвидит. Вместо того, чтобы тщетно пытаться убедить старейшин в грядущем, она обращается внутрь себя, оплакивая свою судьбу и судьбу Трои, отвергая свою принадлежность к пророчице Аполлона ("Эмблемы пророчества я все отбросила"; ср. Ag. 1264-68) и принимая свою грядущую смерть лишь с надеждой на достойные похороны.
«Great Sword of Flame» («Великий пламенный меч») - кульминация первого акта, и мы попадаем внутрь дворца, который зрители Эсхила могли видеть только снаружи. Клитемнестра жестоко убивает Агамемнона и Кассандру: "Вскрыть вены, разорвать сердце, вырвать глаза из головы". Сцены смерти, которые обычно не изображались на афинской сцене, могут иметь место в хэви-метале, который часто зацикливается на телесных увечьях и смертности. Эти строки также являются примером того, как Virgin Steele переставляют элементы оригинальной трилогии, поскольку они заимствованы из хора рабынь в «Libation Bearers» («Несущие возлияние»), где они рассказывают Электре и Оресту, что Клитемнестра изуродовала Агамемнона, отрезав ему конечности и повесив их на шею.
В «The Gift of Tantalos» («Даре Тантала») очевидно, что Эгист присутствовал при убийстве Агамемнона (ближе к более ранней версии, изображенной на вазах, где Эгист наносит смертельный удар), а не появился позже, чтобы заявить, что его отец и братья отомщены.
Однако, как и в случае с Клитемнестрой, утверждения Эгиста о справедливости сопровождаются языком, который демонстрирует негативные качества его характера, так как песня заканчивается призывом к Агамемнону: "Смотри, как я возьму ее, когда ты умрешь".
Следующий трек «Iphigenia in Hades» («Ифигения в Аиде») демонстрирует еще одну перестановку, поскольку Клитемнестра представляет себе встречу в подземном мире между Агамемноном и их мертвой дочерью: "Одно дитя плачет в глубинах Аида, / обнажив грудь, чтобы отец увидел".
Этот жест происходит в «Libation Bearers», когда Орест противостоит Клитемнестре, а в "Илиаде" царица Трои Гекуба делает то же самое для своего сына Гектора, когда он собирается встретиться с Ахиллом. Обе матери обнажают груди, которые кормили их сыновей, чтобы напомнить им об их сыновней связи и долге: Клитемнестра - чтобы спасти себя, Гекуба - чтобы спасти Гектора (который является ее единственным защитником).
Ифигения, делающая это для Агамемнона в Аиде, ожидает аналогичного эффекта, напоминая Агамемнону о сыновней связи, которую он разорвал, чтобы он мог провести вечность в позоре. Эта композиция исполняется без гитары и ударных, и это – очень трогательный момент, который напоминает нам, что мотивы Клитемнестры были не совсем нечистыми. Напротив, в следующей песне «The Fire God» («Бог огня») Электра проклинает свою мать как дьявольскую "колдунью" и "змею".
Мольба Электры о мести - это то место, где альбом берет на себя сюжет второй пьесы, в «Libation Bearers», но только во втором акте второго альбома (состоящего из двух дисков, таким образом, трилогии) появляется Орест, подстегиваемый аполлоновским оракулом.
В открывающей диск композиции «Wings of Vengeance» («Крылья возмездия/ мести») Аполлон приказывает ему: "Заколоть гадюку, убить в свою очередь / Завоевать свое царство, завоевать славу бога!!!". И снова Клитемнестра упоминается как змея, что символизирует хтоническое женское начало, противостоящее олимпийскому патриархату в "Орестее". Аполлон обещает Оресту не только месть, но и власть и славу. "Слава бога" двусмысленна: она может означать неувядающую славу, которую никто никогда не забудет, главную цель классического героя, но она может также указывать на хвастовство его отца Агамемнона над руинами Трои: "Ведь я бог!". И снова чрезмерный триумф приводит к трагедии. Подбадриваемый Электрой и Аполлоном, Орест сталкивается с Эгистом и Клитемнестрой и убивает их без единого колебания. В этот момент Орест явно одержим семейным даймоном, символом которого является название песни («The Wine of Violence» («Вино насилия»), поскольку он становится пьяным от безумия.
Конец первого диска второго акта заканчивается так же, как и первый акт, но вместо Электры, молящей о мести, появляется призрак Клитемнестры, призывающий эриний наказать Ореста. Это - дальнейшая перестановка, поскольку у Эсхила (в начале "Евменидов") ее призрак служит для того, чтобы разбудить эриний, которые уже преследовали Ореста от Аргоса до Дельф, где Аполлон на время усыпил их. Орест бежит в Афины, где Афина созывает суд Ареопага, оправдываясь перед эриниями следующим образом: "Нет черного и белого, Истина твоя не так остра". Она признает, что нет однозначной вины или невиновности, и что существует конфликт того, что различные стороны принимают за истину, как мы видели. Поскольку сам процесс «Guilt or Innocence» («Вина или невиновность») представлен инструментальной композицией, мы полагаемся на синопсис ДеФейса, который придерживается эсхиловского сюжета. Но это еще не все. Если "Эвмениды" Эсхила заканчиваются оправданием Ореста и умиротворением Эриний, то II акт "Дома Атрея" продолжается и, подобно "Оресту" Еврипида, полностью придумывает новый эпизод мифа. Вот краткое изложение ДеФейса:
[Хотя Орест, возможно, получил свободу и был прощен, он не может простить самого себя. По дороге домой он ставит под сомнение все принципы, которые когда-то были ему дороги и которыми он жил всю свою жизнь. Он начинает сомневаться в том, что его отец оправдывал убийство его сестры Ифигении и Троянскую войну. Он сомневается в фанатичной слепой преданности Электры Агамемнону. Он ставит под сомнение собственную мотивацию совершенного им преступления, а также действия своей матери и Эгисфа. И... он сомневается и начинает терять веру в слова Аполлона, Эриний и... всех богов и богинь. Он приходит к выводу, что все они вели себя плохо, ужасно, предосудительно, и решает, что не может править домом Атрея вместо Агамемнона. Орест решает убить себя, чтобы искупить долгую историю грехов и преступлений своих и всей своей семьи. Только так, заключает он, можно искоренить Даймона Дома, а его дом, город, государство и земля будут вновь очищены и приведены в порядок!!! Он берет свой родовой клинок и с силой погружает его в самую глубину своего сердца... («The Fields of Asphodel» («Луга Асфоделя») и «When the Legends Die («Когда умирают легенды»). Афина, видя это, просит Зевса принять меры, чтобы остановить этот последний отчаянный поступок, и взять на себя часть вины за эти действия. Но Бог оставляет Ореста на произвол судьбы...
Дух Ореста, или идея жертвоприношения, которую он олицетворяет, снова возвращается в ДЕНЬ ВОСКРЕШЕНИЯ, чтобы достичь кульминации и упиваться союзом всех наших противоположных концепций: Отцеубийство против отцеубийства, мужчина против женщины, старшие Эринии против младших олимпийцев, древний спор о новой крови, пролитой за старое кровопролитие, и закон меча. Грехи Дома очищаются этой последней смертью, и божественное новое видение и порядок возникают из крови жертвы, как благодетельная ярость, ангел милосердия, обнимающий раны мира…
Придумывая новое окончание истории, Virgin Steele переворачивают миф с ног на голову. На самом деле, во время сцены суда в "Эвменидах" Эсхила, прямо перед оглашением приговора, Орест говорит: "Теперь мой конец - повешенье или виденье света", имея в виду, что он повесится, если его признают виновным. Virgin Steele видит в трилогии Эсхила неудовлетворительный финал. В конце концов, это был разделенный вердикт присяжных, а травма от убийства собственной матери не лечится просто судебным оправданием. В своем разочаровании Орест понимает, что он просто увековечил демонический цикл насилия и вендетты, который из поколения в поколение терзал его семью. Отдать справедливость одному члену семьи означало отказать в ней другому. Если он не остановит это проклятие, оно будет продолжаться и в следующем поколении. Решив покончить жизнь самоубийством, он берет на себя грехи своей семьи и приносит себя в жертву, чтобы очистить свой дом от кровной вины. Убив себя, став одновременно преступником и жертвой, он разрешает конфликт противоположностей, который пытался примирить вердикт Евменидов. А в свете своего воскрешения богами Орест становится, в глазах Virgin Steele, языческим предшественником Христа, который меняет последовательность триумфа и трагедии на последовательность трагедии и триумфа.
«Visions of Eden» - одиннадцатый полноформатник американской хэви-метал группы Virgin Steele, выпущенный 8 сентября 2006 года, имеет подзаголовок The Lilith Project - A Barbaric Romantic Movie of the Mind. Это - концептуальный альбом, основанный на гностических верованиях, который критически пересматривает традиционную христианскую мифологию о сотворении Земли и библейские рассказы об Адаме и Еве.
История вращается вокруг Лилит, первой жены Адама (в каббалистической теории) и символа женской силы и независимости. Представляя женскую сторону истинного, высшего бога, она страдает от похотливого, ревнивого Демиурга, который представляет христианского бога, и как эмансипированная женщина, которая не смогла ужиться с доминирующим Адамом, резко контрастирует с Евой. Вторая жена Адама изображена как послушная, покорная партнерша, созданная демиургом по просьбе Адама, который не мог справиться с независимой женщиной, равной ему.
По поводу "Видения Эдема" Дэвид ДеФейс сказал: "На самом деле это саундтрек к главной кинокартине, которая еще не снята! И, клянусь молотом Зевса, однажды я сниму этот фильм". Я называю эту работу варварским романтическим фильмом разума.".
В 2003 году, еще до выхода альбома, концепция была представлена на театральной сцене Landestheater Schwaben под названием «Lilith».
30 июня 2023 года увидел свет еще один концептуальный студийник команды «The Passion of Dionysus» («Страсти Диониса»).
Дио́ни́с (др.-греч. Διόνυσος, Διώνυσος, Δυονισος, микен. di-wo-nu-so-jo, лат. Dionysus), Ва́кхос, Ба́хус (др.-греч. Βάκχος, лат. Bacchus) — в древнегреческой мифологии младший из олимпийцев, бог растительности, виноградарства, виноделия, производительных сил природы, вдохновения и религиозного экстаза, а также театра. Упомянут в «Одиссее» (XXIV 74).
В римской мифологии ему соответствует Либер (лат. Liber).
До открытия Микенской культуры позднейшие исследователи полагали, что Дионис пришёл в Грецию из варварских земель, поскольку его экстатический культ с неистовыми танцами, захватывающей музыкой и неумеренным пьянством казался исследователям чуждым ясному уму и трезвому темпераменту эллинов. Тем не менее, ахейские надписи свидетельствуют, что греки знали Диониса ещё до Троянской войны. В Пилосе один из месяцев назывался di-wo-nu-so-jo me-no (месяц Диониса).
Традиционно считается, что Дионис был сыном Зевса и Семелы, дочери Кадма и Гармонии. Узнав, что Семела ждёт ребёнка от Зевса, его супруга Гера в гневе решила погубить Семелу и, приняв вид или странницы, или Берои, кормилицы Семелы, внушила ей мысль увидеть своего возлюбленного во всем божественном великолепии. Когда Зевс снова появился у Семелы, та спросила, готов ли он выполнить любое её желание. Зевс поклялся водами Стикса, что выполнит его, а такую клятву боги нарушить не могут. Семела же попросила его обнять её в том виде, в котором он обнимает Геру, и Зевс предстал в пламени молний, опалив Семелу. Зевс был вынужден вырвать у неё из чрева недоношенный плод, который он зашил у себя в бедре и успешно выносил. Таким образом, Дионис был рождён Зевсом из бедра.
От имени бога «Вакх» ведут свое происхождение слова «вакханалия» и «вакханки», поскольку Бахус - символ шумного веселья, пьянства и безудержного разврата. Иногда Дионис изображался в виде быка или козла. Еще один символ Диониса как бога плодоносящей силы - фаллос.
Вот что Дэвид ДеФейс рассказывает об обложке этого диска:
«Все это хорошо объясняется в буклете, который будет сопровождать диск. Образ напоминает образ Иисуса Христа, но он не был создан в связи с ним. Такие боги, как Дионис, Адонис, Осирис и т.д... существовали до истории Иисуса. Изображение на обложке - это изображение Диониса. В древние времена говорили, что помимо того, что его разорвали на части, он был повешен на "Древе"... по сути, вознесен на "Крест"... где он умер в своей низшей природе и затем возродился. Иерофант, мистерий Диониса, представлявший того же Богочеловека, был символически "распят" во время величественных ритуальных празднеств. В действительности, существует очень древний дохристианский амулет, на котором изображен распятый Богочеловек и имеется надпись Orpheus/Bacchus... что является двумя другими именами Диониса...