Борис Пайчадзе — одновременно первая и самая яркая звезда Грузинской ССР, без которой сложно представить советский футбол. Самородок из Поти всю карьеру провел в тбилисском «Динамо». За это время он не только сыграл примерно в 200 матчах и забил 136 голов, но и влюбил в себя всю страну своим футбольным интеллектом и революционной манерой игры (Пайчадзе не привязывался к позиции, а действовал так, как того требовала ситуация). Недаром главный стадион Грузии носит его имя.
Тем удивительнее, что в молодости Борис всерьез даже не помышлял о спортивной карьере. А пробиться в футбол ему помогла одна неприятная случайность.
Пайчадзе родился в селе Ончикети Кутаисской губернии, однако вырос на берегу Черного моря в городе Поти. В местном порту его отец работал бригадиром грузчиков, которые грузили сахар, муку и другую деликатную продукцию.
Мальчик много времени проводил с папой и в итоге с детства проникся морем, которое едва не определило его судьбу. После восьми классов школы Пайчадзе поступил в Потийский морской техникум, а окончив его, стал ходить механиком на судне «Тендра» между Одессой и Батуми.
Чуть позже он поступил в Закавказский индустриальный институт и уже в статусе студента был признан ударником труда. В качестве поощрения его представили к оформлению на загранплавание, после чего Пайчадзе отправился в Туапсе для ожидания танкера «Металлист», который должен был последовать в Англию.
Тем не менее на борт того судна, вопреки огромному желанию, Пайчадзе так и не попал. Его судьбу решило письмо с чудовищным известием.
Когда Борис уже был в Туапсе, ему пришла телеграмма из Поти от неизвестного отправителя со словами: «Отец при смерти, приезжай».
Разумеется, после такого никакой речи о командировке и быть не могло. Пайчадзе запрыгнул на первый попавшийся поезд и уже в полночь был в Поти. Запыхавшись, он вбежал в родной дом и, к своему удивлению, обнаружил, что с его отцом все в порядке.
Всю ночь Пайчадзе не мог отойти от случившегося, раздумывая, зачем его так подло разыграли. И лишь на утро он все понял. Оказывается, помощь требовалась не его отцу, а сборной Поти, за которую Пайчадзе начал играть в студенческие годы и в которой благодаря своему выдающемуся таланту стал лидером.
Накануне желанной командировки Бориса Поти предстоял важнейший матч с Батуми на первенство Грузии. Команде кровь из носу нужна была победа, а без забивного форварда добиться ее было почти нереально, поэтому пришлось пойти на подлость, чтобы вернуть Пайчадзе.
Узнав об обмане, нападающий поначалу все равно отказывался играть. Однако, заручившись поддержкой отца футболиста, его все же удалось уговорить.
В итоге Борис с первых минут матча появился на поле, оформил дубль и помог Поти добыть важнейшую победу (2:1). На корабль до Англии он так и не попал, но зато благодаря выдающейся игре перед ним открылись перспективы покруче. Всего через год по проекции самого Берии Борис оказался в тбилисском «Динамо», в котором быстро закрепился и со временем превратился в настоящую легенду.
Но кто же пошел на подлость, чтобы вернуть футболиста в Поти? Сам Пайчадзе ответ на этот вопрос искать не стал, да и родителям ничего не рассказал о телеграмме. Тем не менее журналисты оказались намного любопытнее игрока: спустя десятки лет они все-таки нашли автора письма. Им оказался одноклубник Пайчадзе из Поти. Свой грешок он скрывал почти всю жизнь.
«Автор этих строк провел собственное расследование. Оно привело меня в Поти, к 75-летнему Како (Калистрату Аполлоновичу) Имнадзе, бывшему товарищу по команде Пайчадзе. Он впервые в жизни сознался в содеянном: «Эту телеграмму придумал и послал я». И добавил, что рассчитывает на помилование — за давностью срока. Я успокоил грешника, сказав, что, если бы Борис Пайчадзе пошел тогда в загранплавание, это могло бы поставить крест не только на его футбольной карьере, но, возможно, и на всей жизни: «Вспомните, сколько людей, побывавших тогда на Западе, были репрессированы по 58-й статье. Может, вы жизнь ему спасли вашей телеграммой, дорогой Калистрат Аполлонович!» — писал журналист Вадим Лейбовский.