Прочитала расхваленный роман Сары Мосс "Фигуры света". Для исторического романа о медицине в нём для меня оказалось слишком мало истории и медицины. Для психологического романа о взрослении одаренного ребенка в нелюбви мне не хватило голоса матери и рефлексии самой героини. Еще это роман о суфражистках и борьбе женщин за свои права. Эта часть мне, пожалуй, понравилась!
Роман "Фигуры света" начинается внутренним монологом молодой женщины Элизабет, которая только что вышла замуж за подающего надежды художника-прерафаэлита. Элизабет самостоятельна, умна, у нее высокий уровень социальной ответственности, и она как будто ничуть не влюблена в своего мужа. Мы слышим, как Элизабет привыкает к своему замужнему статусу, узнаем, что она занята благотворительностью, затем читаем о ее беременности и о первых самых трудных месяцах после родов. Любви к ребенку в ее словах тоже не чувствуется, впрочем, у меня Элизабет вызвала не отторжение, а скорее жалость (ей совершенно не с кем разделить свои мысли и переживания) и уважение (при всех своих сложностях она очень последовательна и делает много хорошего для бедных из своего района).
Страдания иногда необходимы, а значит, причинять страдания тоже нужно. На этом и основано все человеческое существование, самой своей жизнью мы увечим других людей, и делать вид, что это не так, – значит расписываться в собственной слепоте. Каждый из нас – каждая живая душа – это чья-то боль.
Затем ее старшая дочь Алетейя становится старше - и с этого момента мы смотрим на происходящее только ее глазами. Элизабет мы больше не услышим, и это оказалось для меня серьезным разочарованием. На протяжении всей истории я думала, что хотела бы прочитать роман от лица несчастной жены Элизабет, чтобы понять, почему она так не любила своего ребенка и каким образом рационализировала это для себя, как она выстраивала отношения со своим талантливым мужем, почему вообще была такой. Элизабет чем-то напомнила мне главную героиню романа Джордж Элиот "Мидлмарч", Доротею, только еще более фанатичную. Читать о мыслях и страданиях Алетейи, которая всю жизнь пытается быть хорошей для своей матери и всю жизнь напрасно (потому что если мать свою дочь не любит, тут хоть в лепешку расшибись), мне было не интересно.
На протяжении сотен страниц мы наблюдаем за взрослением Алли и ее младшей сестры Мэй, которые при хорошо обеспеченных родителях ходят в обносках и полуголодные, постоянно работают и часто помогают матери в благотворительной работе, поскольку их мать одержима идеей спасения женщин всего мира. А новое платье для дочери - непозволительная роскошь, в то время как девочки из соседнего квартала не получают нового платья никогда в жизни и вынуждены тяжело работать с раннего детства. Мать решает, что Алли станет врачом, так что девочка посвящает учебе значительно больше времени, чем ее ровесницы, в итоге выдерживает экзамен и становится студенткой первого набора женщин-врачей в Британской медицинской академии.
Мама права, мужчины отмахиваются от высказанных женщиной мнений, потому что говорящая женщина красива или дурна собой, потому что она стара или молода и, наконец, потому что считают, будто женские суждения не выходят за рамки частного. В таком случае каждая здравомыслящая женщина должна каждым своим словом демонстрировать, что она человек разумный, сдержанный и объективный, доказывать, что она, а следовательно, и другие представительницы ее пола, способны говорить без эмоций.
Контекст действия романа - Викторианская Англия, годы точно обозначены: 1856—1879, и тут, конечно, не обходится без анахронизмов, но они кажутся не слишком грубыми. Видимо, потому что мы много знаем о викторианстве, кроме того, викторианство и неовикторианство давно перемешались в наших головах, так что некоторые отступления от исторической правды не особенно коробят. Другое дело, что собственно исторической обстановки, ее деталей и уж тем более внешних событий, в книге крайне мало! Там же масса интересного в одной только медицине происходит: появляются аспетика и антисептика, вакцинация, микробная теория, спор по поводу "миазмов", на медицинских факультетах постепенно вводится клиническое обучение. В 1967 была первая публикация Листера с его опытами по асептике и антисептике, сколько противоречий это вызывает, сколько дискуссий. А мы читаем только самые общие описания работы студенток-медиков в анатомическом театре (в формате пришли, поработали и ушли) и как Алли думает, идти ей или нет на чашку кофе к своей подруге. Впрочем, может все дело в том, что я читала уже не одну и не две книги по истории медицины, так что знала о лечении "истерии" прижиганиями кожи свечой и домашней работой, и о том, как осуществлялись первые операции гистерэктомии (читаешь и думаешь, что лучше бы вообще никак, честное слово). Впрочем, "Фигуры света" - не медицинский роман, а роман о том, что скрыто за душой у людей, которые меняют мир.
"Фигуры света" очень интересно придуманы с точки зрения композиции. Каждая глава начинается с описания картины, как будто написанной отцом Алли, с указанием даты написания и дальнейшей судьбы полотна. За этими несуществующими картинами читатель угадает самые известные полотна прерафаэлитов, а поклонники книги нашли и описали прототипов героев и образы, которые пришли в книгу из культуры этого художественного направления. Почти у всех главных героев книги - художника Альфреда Моберли, его жены Элизабет, их дочери Алли, ставшей одной из первых в Великобритании женщин с дипломом врача и правом практиковать, есть реальные прототипы.
Роман как будто не написан, а нарисован широкими мазками. Время в романе то сжимается, то, наоборот, тянется очень медленно. Временами автор пропускает сразу несколько лет, так что читателям приходится додумывать, как случились какие-то вещи. В середине повествование растянуто едва ли не по дням, зато в конце появляется ощущение "эпилога": годы обучения героини на медицинском факультете пролетают очень уж стремительно. Автор явно намеренно выделяет одни эпизоды и стремительно пробегает другие, но мне не хватило погружения в самый важный этап взросления героини - ее профессиональное становление. В тексте зашито много символов и скрытых цитат, да и само название - "Фигуры света" - это библейская циитата. В оригинале роман называется Bodies of Light и отсылает к библейскому тексту Евангелия от Матфея, глава 6: "Глаз — это светильник всего тела. Если твой глаз ясен, то и все твое тело будет полно света. Но если глаз у тебя дурной, то все твое тело будет полно тьмы. Если свет, который в тебе — тьма, то какова же тогда тьма!" Наверное, если бы книга мне очень понравилась, я бы с удовольствием взялась копаться бы в этих аллюзиях, но к концу я так устала от патологически серьёзной и несчастной Алли и ее истории, что желания копать текст глубже не возникло.
Целители - не целые. Целителям не нужно быть целыми, потому что целость, целокупность - не человеческие качества. Величайший дар человечества есть любовь, а не разум - обычно она предпочитает других пророков апостолу Павлу, но теперь ей впервые кажется, что так оно и есть, - и мама, которая столько времени проводит в церкви, этого не знает.
Пока читала "Фигуры света", постоянно вспоминала другой неовикторианский роман, который несколько лет назад произвел на меня огромное впечатление и, пожалуй, до сих пор остается самой интересной для меня современной книгой о викторианстве и викторианских женщинах. Это "Багровый лепесток и белый" Мишеля Фейбера. Может потому что я была моложе и глупее, этот роман показался мне более глубоким и точным, чем "Фигуры света". А может он такой и есть вне зависимости от мего восприятия.
***
Читали ли вы "Фигуры света" Сары Мосс и что думаете о романе? А может вы читали Фейбера? Я была бы счастлива, этот роман почему-то мало известен и мне совсем не с кем о нем поговорить!