История бывшего царского посольского человека Ванейки Григорьева, рассказанная им в кабаке Двинского порта. Записана по его рассказу на память монахом Сергием в келье Антониево-Сийской обители по возвращении оного от трудов мирских в зиму года 7081-го.
XIII.
На следующий день я шел домой к Федору Андреевичу и размышлял, что скажу ему. Говорить, собственно, было нечего. Я понятия не имел, почему англичане на портрете Мэри опознали дочь лорда Гастингса. Также оставалось загадкой, кто была страшная видом девица, которую Елизавета на самом деле приготовила в невесты русскому царю.
Неужели всю эту интригу английская королева подстроила только потому, что я, выбранный ее величеством “Хани”, не пришел к ней на свидание? Не много ли чести для обычного посольского художника?
Ответа у меня не было. Предстоял сложный разговор с Писемским, и как Федор Андреевич поведет себя, я не знал. Поверит ли в мою библиотечную историю? А то и разбираться не захочет, уберет от греха подальше от дел посольских, или, еще хуже, в изменники запишет и дознавателям секретным передаст.
Однако с разговором в тот день не получилось. Писемского дома не оказалось. За полчаса до моего прихода он поехал в Кремль по срочному делу. Уже на обратном пути на улице я узнал, что Московский царь Иоанн Васильевич, сегодня ночью отдал богу душу.
XIV.
После смерти царя моя государева служба сошла на нет. Я все больше и больше помогал отцу в его торговых делах и в посольском приказе не появлялся. Однако, английская загадка не давала мне покоя.
Через полгода один из московских купцов решил на английских кораблях отправить большую партию товаров в Лондон. Я не упустил возможности и договорился с ним быть сопровождающим, помогать в торговле. Завтра наши корабли из Двинской бухты уходят к Британским островам.
В Лондоне я надеюсь отыскать Мэри, или дочь лорда Гастингса, в общем свою библиотечную знакомую. Может быть и про царскую, теперь уже бывшую, невесту что-то узнаю. Главное, не попадаться на глаза коварной Елизавете, а то вдруг она захочет завершить начатое, тогда уж точно русскому художнику Ванейке не сносить головы.