Почти все политические противники Сталина отстранены от власти. Осталось несколько самых сложных шагов.
Несмотря на постоянно укрепляющийся авторитет, Сталин продолжал опасаться Троцкого. И только в январе 1928 года, когда того силой привезли на Ярославский вокзал, а дальше сопроводили в Алма-Ату, генсек немного выдохнул. Теперь «красный дьявол», создатель РККА совершенно точно не представлял угрозы.
Исключены из партии менее грозные, «левые», соперники – Каменев и Зиновьев. Путь практически свободен.
Теперь Сталин взял на вооружение идею, которой совсем недавно яростно противостоял. А именно, идею ударных темпов индустриализации за счет крестьянского класса.
Точка зрения, которая еще недавно принадлежала ему самому, была объявлена «правоуклонистской». На этой основе вождь принялся устранять своих вчерашних товарищей и друзей.
Бухарин, Рыков и Томский на очереди.
В октябре 1928 года, на Московском пленуме ВКП (б) Иосиф Виссарионович зачитал доклад об опасности «правого уклона».
О Бухарине он высказался так:
«…вчера ещё личные друзья, теперь расходимся с ним в политике». Пленум завершил «разгром группы Бухарина».
Самого Николая Ивановича сняли со всех занимаемых должностей. Выведен из состава Политбюро в ноябре 1929 – го. Буквально через пару месяцев та же участь постигла Томского и Рыкова.
21 декабря 1929 года Сталину исполнилось пятьдесят лет. Все советские газеты наполнились хвалебными одами в честь вождя. Каждый писака старался перещеголять всех. Пожалуй, именно эту дату можно считать началом культа личности Иосифа Сталина.
Мартемьян Рютин писал об этом:
«…у всякого большевика, не потерявшего ещё окончательно стыд и не позабывшего старых партийных традиций, вся эта комедия «коронования» вызвала чувства отвращения и стыда за партию».
Можно сказать, что дорога к власти, длиной десятки лет для Джугашвили пройдена полностью. У него остался один путь. Путь удержания этой самой власти.
После того как идеи «левой оппозиции» начали воплощать в жизнь, однопартийцы поняли, что у Сталина нет ни способностей, ни таланта, что бы успешно эту программу реализовать. Однако, возражать ему уже никто не смел.
Виктор Серж вспоминал:
«1928–1929 года, Политбюро заимствует основные идеи исключённой оппозиции — разумеется, кроме рабочей демократии — и проводит их в жизнь с беспощадной жестокостью.
Мы предлагали обложить налогом богатых крестьян — их уничтожают! Мы предлагали внести ограничения и изменения в НЭП — его отменяют! Мы предлагали индустриализацию — её осуществляют бешеными „сверхиндустриализаторскими“ темпами».
Но как бы не были запуганы партийцы, но среди них (особенно среди «старой гвардии») начинается ропот. Многие видят в проводимой политике погибель.
Сталин, будучи очень подозрительным, опасаясь своего свержения, подготавливает заключительную часть своего государственного «балета» — «Большой террор».