«Джентльмены удачи» — один из самых популярных и любимых фильмов СССР, снятый по сценарию Георгия Данелии и Виктории Токаревой режиссером Александром Серым. Он сам в свое время сидел в тюрьме — нанес тяжелые увечья человеку, заподозрив будущую жену в измене с ним. Так что блатную «феню» и воровские татуировки знал в доскональности и не понаслышке. Однако с ними связан один из самых значимых киноляпов «Джентльменов удачи», который замечают, однако, лишь немногие.
«Мы вам приклеиваем парик, рисуем татуировку и сажаем в тюрьму!» — так озвучили воспитателю детского сада Трошкину задачу по преображению в рецидивиста Белого (Доцента). И действительно нарисовали татуировки, причем в соответствии с познаниями режиссера, со смыслом. К примеру, кот на правом плече Доцента означает у блатных «коренной обитатель тюрьмы». Голая женщина — просто популярная татуировка у заключенных, без особого подтекста. «Не забуду» — это видимая в кадре часть популярного блатного слогана «Не забуду мать родную».
Когда лже-Доцент впервые появляется перед другими заключенными в тюрьме — с его татуировками все в порядке. Это, конечно, партаки — так называют низкокачественные наколки. Но они вполне похожи на настоящие, которые кололи в то время. Но вот потом в фильме с этим важным атрибутом рецидивиста Белого начинают происходить странные вещи, которые просто обязаны были бы вызвать вопросы Василия Алибабаевича, Косого и Хмыря. Во-первых, со временем они выцветают и бледнеют…
В сцене с обтиранием снегом вообще творится странное — на животе у Доцента татуировка орла, но с ней явно не все в порядке.
На плечах татуировки стираются снегом почти полностью…
Ну и изюминка — сочная татуировка с лампой. У блатных она означает опытного вора — несущего свет знаний первоходкам.
Замечали, что она у Доцента смотрит то вверх, то вниз?
Допустим, воспитатель детского сада Трошкин наотрез отказался делать себе настоящие татуировки ради своей миссии превращения в Доцента. Допустим, ему нарисовали их ручкой (в целом партаки зачастую и смотрятся как нарисованные ручкой, а не наколотые), а дальше сам Трошкин тайком от подельников подрисовывал их (а лампу, видимо, и перерисовывал).
Но разве Косой, Хмырь и Алибабаевич могли не обратить внимание на такие странности с внешностью авторитета? Ведь у настоящего-то Доцента и татуировки были настоящие и бледнеть, исчезать и менять положение не могли никак. Получается, Трошкин должен был спалиться очень быстро — и именно на татуировках.
Понятно, что кино — это всего лишь кино, где возможны любые допущения и условности. Но все равно метаморфозы татуировок Доцента — забавная изюминка фильма, которые заметит лишь внимательный зритель. И лишний повод пересмотреть этот любимый и блестящий фильм.