Режиссёр и художественный руководитель Театра на Малой Бронной Константин Богомолов написал эссе «Я умру, а вы останетесь?», которое опубликовало РИА «Новости». В который раз объектом прицела стали массово уехавшие за границу россияне. Но если в предыдущем своём эссе Богомолов иронично высмеивал узкую прослойку из интеллигентов и либералов, то в этом – остановился на более абстрактной группе «релокантов», эмигрировавших из России молодых людей разных профессий. Претенциозно заявив о том, что эмиграция – это смерть, Богомолов подписал приговор на вечные муки в чужих краях и моральное разложение всем уехавшим соотечественникам. Кино-Театр.Ру публикует избранные отрывки из текста эссе.
«Они уехали. Разные. Очень разные люди. Кто-то сразу, кто-то потом. Кто-то — испугавшись преследования, кто-то — просто испугавшись. Кто-то сделал «ставку». Кто-то впахивает. Кто-то в ступоре. Кто-то «служит» иным хозяевам. Кто-то дает интервью разной степени искренности. Кто-то уехал навсегда, кто-то временно. Но это «временно» с течением времени стало превращаться в «навсегда». Они оставили квартиры. Пожилых родственников. Животных. Работу. Друзей. Растения, которые нужно поливать. Пылящиеся книги. Этот текст не о причинах. Их бесконечно много. Этот текст об одном почти что общем следствии. Это попытка разобраться с уродливым чем-то, охватившим многих из новых «релокантов». Не всех, нет. Чей-то иммунитет отражает вирус. Но все же эпидемия. Она, эта болезнь, атакует мозг, психику и даже тело. Внешне и энергетически она сродни возрастным изменениям. И не поймешь сразу, что с человеком. Как будто исказились черты лица. Или это плохая пластика?
И если причины «оппозиции» Родине понятны — кто-то действительно так считает, а кто-то просто «упаковывается» в новой реальности, где необходимо ежедневно первым тянуть руку, доказывая свою «правильную» позицию, — то вот это коллективно-бессознательное внутреннее счастье при новостях о физических страданиях или материальных лишениях соотечественников — что это за феномен? Раньше эмигрант вдохновлялся тоской по Родине. Нынешний релокант вдохновляется горем Родины. Почему у многих и многих уехавших есть желание, чтобы там, откуда они уехали, стало плохо? Чтобы в пределе жизнь здесь, в России, прекратила течение свое. Как возможно это по отношению к родному дому? Я сейчас не об идеологии. Я о простом факте: это Родина. Твоя Родина. И сколько бы ты ни ненавидел власть в твоей стране, ты — человек. И это твоя земля. Ты не можешь желать ей зла. Ты не можешь испытывать радость, видя, как больно твоей земле, или желать ей боли. Кто бы ты ни был по своим убеждениям — если ты человек… Но вот эти человеки. И они хотят зла — стране и людям страны. Что с ними? Был у Гай Германики фильм — «Все умрут, а я останусь». «Все останутся, а я умру?» — так назывался бы фильм о нынешней русской эмиграции. Эмиграция — та же смерть. Переход в иной мир. Прощание — тотальное прощание с прежним. Но это особая смерть. Смерть, которая хуже смерти. Это смерть без потери памяти, зрения, слуха и способности сознавать, думать и чувствовать.
Тихий совет. Актерам не надо давать интервью. Они говорят свои слова, но «свои» слова у них все равно что чужие. Они говорят о нравственности, о добре и зле, о честности, но десятки лет игры и наигрыша превратили тело и лицо в инструмент обмана. И когда эти люди пытаются говорить от себя, кажется, что они продолжают лицедействовать. Они драматически молчат, проливают скупую слезу, восклицают — и все это плохо, плохо, плохо. Эмиграция из страны — это не просто покидание территории. Это покидание времени. Это уход из настоящего. Из реальности. Потому что подлинность времени может проживаться лишь на своей земле. В своем пространстве. И невозможно уехать из страны и в то же время продолжать понимать и чувствовать ее.
Именно поэтому русский человек не мыслит добровольной эмиграции. Он мыслит Родину не как социальный проект или босса, который должен все решить за тебя, а как родного человека. И не может добровольно бросить Родину. Родственников. Животных. Работу. Друзей. Растения, которые нужно поливать. Пылящиеся книги. И прочая, и прочая… Конечно, если он действительно русский. Точнее, если он человек. Потому что это чувство Родины — оно ведь не национальное. Оно человеческое. И как человеку не дается две жизни, так не будет двух Родин».