Многие из нас, читая о великих отцах Церкви и старцах прошлого века, вероятно, хотели бы и сейчас иметь возможность попасть к ним на исповедь. Они учили видеть свои грехи и простой мудростью наставляли на путь истинного покаяния и исправления жизни. Мы составили небольшую подборку из сведений и историй об исповеди у некоторых известных духовников 20 в. с душеполезными советами о том, как правильно исповедоваться.
Старец Афиноген Псково-Печерский
“Хотя мы и грешные, все равно иди к Господу и проси прощения. Только не унывай — будь как ребенок. Он, хотя и разбил самый дорогой сосуд, все равно с плачем идет к отцу, а отец, видя свое дитя плачущее, забывает тот дорогой сосуд. Он берет это дитя на руки, целует его, прижимает к себе и сам же уговаривает свое дитя, чтобы оно не плакало. Так и Господь, хотя, бывает, что мы делаем и смертные грехи, Он все равно ждет нас, когда мы к Нему придем с покаянием”.
Духовные чада знали о прозорливости старца, о том, что он всегда с ними, знает о каждом их шаге и каждой мысли. На исповеди старец прежде всего требовал осознать два великих наших греха и каяться в них: первый — это неблагодарность Богу за все, что Он дает нам, а второй — отсутствие истинного страха Божия, благоговения перед Ним; а уж потом нужно было рассказывать о всех других грехах, из этих двух проистекающих.
Духовных чад старец исповедовал хотя и строго, но милостиво и обычно не назначал никаких особых епитимий. По этому поводу он иногда говорил, вздыхая: “Вот пойду ко Господу. Он меня и спросит: почему не давал епитимий? А я только и отвечу: уж очень я народ любил”.
Прп. Никон (Беляев) Оптинский
“Многие ищут, как необходимого, духовника высокой жизни и, не находя такого, унывают, и потому редко, как бы нехотя приходят на исповедь. Это большая ошибка. Надо веровать в самое Таинство исповеди, в его силу, а не в исполнителя Таинства. Необходимо лишь, чтобы духовник был православный и законный. Не надо спорить, что личные качества духовника много значат, но надо веровать и знать, что Господь, действующий во всяком Таинстве Своею благодатью, действует по Своему всемогуществу независимо от этих качеств”.
“Когда метут комнату, то не занимаются рассматриванием сора, а все в кучу да и вон. Так поступай и ты. Исповедуй свои грехи духовнику, да и только, а в рассматривание их не входи”.
“К нам, духовникам, приходят люди, больные душою, каяться в своих грехах, но не хотят с ними расстаться, особенно не хотят расстаться с каким-либо любимым своим грехом. Это нежелание оставить грех, эта тайная любовь ко греху и делает то, что не получается у человека искреннего покаяния, а потому не получается и исцеления души. Каким человек был до исповеди, таким оставался во время исповеди, таким продолжает оставаться и после исповеди. Не должно быть так”.
ПОДАТЬ ЗАПИСКУ В СВЯТО-ЕЛИСАВЕТИНСКИЙ МОНАСТЫРЬ
Старец Михаил (Питкевич) Валаамский
“Никто не спасся без смирения. Помни, что до конца жизни ты будешь впадать в грехи, тяжкие или легкие, гневаться, хвастаться, лгать, тщеславиться, обижать других, жадничать. Вот это-то сознание и будет держать тебя в смирении. Чем тут гордиться, если ежедневно грешишь и обижаешь ближнего. Но на всякий грех есть покаяние. Согрешил и покайся... и так до конца. Делая так, никогда не будешь отчаиваться, а постепенно придешь в мирное устроение”.
Как-то раз к старцу пришла пожилая дама и рассказала, что ее сын, добрый и религиозный человек часто посещает храм, но уже многие годы не приступает к Святому Причастию. Это причиняло матери страдание, и она попросила отца Михаила наставить сына на истинный путь. Старец согласился, и вскоре его посетил этот приятный и искренний человек. Отец Михаил расспросил его об образовании, работе и характере жизни. Тот, ничего не тая, все откровенно и подробно рассказал.
Наконец старец спросил посетителя:
— Почему вы не идете к Святому Причастию? Вы уже среднего возраста, живете в тревожное время, и неожиданно может прийти смерть.
— Вы совершенно правы, отче, но я страшусь исповедоваться, потому что не привык.
— Друг мой, ныне у вас и нет необходимости в этом. Ведь я только что услышал одну из самых генеральных исповедей в моей жизни. Встаньте на колени, и я прочту над вами молитву об отпущении грехов, — добродушно сказал старец Михаил и отпустил гостю грехи.
С тех пор этот человек зажил по-настоящему церковной жизнью.
Прп. Гавриил (Ургебадзе) Самтаврийский
Многие посещавшие старца рассказывали, что, заходя к нему в келью, они без каких-либо собственных усилий ощущали добрую перемену в сердце: успокоение, здравомыслие и что самое главное — глубокое внутреннее раскаяние.
“Создатель всего знает, что человек немощен, не может не грешить, поэтому Он спросит за не покаяние во грехах больше, чем за сами грехи”.
“Покаяние сердцем больше, чем покаяние со слезами. Покаяние с сердцем – это когда сказанный на исповеди грех больше не повторишь. Если к покаянию сердцем добавятся слезы, это лучше, потому что слезы очищают грехи”.
“Существуют как волей, так и невольно совершенные грехи. Никто не сможет избежать невольных грехов. На исповеди мы должны сказать как о вольных грехах, так и о невольных”.
Митрополит Антоний Сурожский
Пришел к отцу Антонию на исповедь один человек и говорит:
— Всем грешен.
— Не может быть!
— Да нет, всем, всем грешен.
— Слушайте, возьмите заповеди десятисловия. Неужели вы грешили против каждой из этих заповедей?! Я вас знаю как честного, добротного человека, и вы мне говорите, что вы вор...
— То есть как, батюшка?!
— Очень ясно: есть заповедь, говорящая “не укради”. Если вы всем согрешили, вы крали, а это по-русски называется быть вором.
— Ну нет, батюшка!
— А еще я вас всегда считал порядочным человеком, и вы мне спокойно объявляете, что вы прелюбодей?!
— Батюшка, как вы смеете меня оскорблять!
— Я вас не оскорбляю. Есть заповедь “не сотвори прелюбодеяния”. Вы мне говорите, что всем виноваты, значит, и этим виноваты.
— О, я не задумывался над этим.
— Вот пойдите домой и задумайтесь! Когда додумаетесь до чего-то, что является конкретным вашим грехом, тогда придете исповедоваться...
“Нередко меня спрашивают: как надо исповедоваться?.. И ответ на это самый прямой, самый решительный может быть таков: исповедуйся, словно это твой предсмертный час; исповедуйся, словно это последний раз, когда на земле ты сможешь принести покаяние во всей твоей жизни, прежде чем вступить в вечность и стать перед Божиим судом, словно это – последнее мгновение, когда ты можешь сбросить с плеч бремя долгой жизни неправды и греха, чтобы войти свободным в Царство Божие”.
Прп. Паисий Святогорец
О необходимости исповеди своей духовной дочери старец говорил так: “Исповедь — это Таинство. Ходи на исповедь и просто говори духовнику о своих грехах. Ты что, думаешь [у тебя их мало]? Разве у тебя нет упрямства? А эгоизма? Ты не ранишь сестру? Никого не осуждаешь? Думаешь, я, когда прихожу на исповедь, каюсь в каких-то особенных грехах? Нет, я исповедуюсь: «Согрешил гневом, осуждением...», и духовник читает надо мной разрешительную молитву. Однако маленькие грешки тоже имеют свою тяжесть. Когда, не имея каких-то серьезных грехов, я приходил на исповедь к батюшке Тихону, то он говорил: «Песочек, сынок, песочек!» Маленькие грешки собираются в целую песочную кучу, которая по весу может превышать один большой камень”.
Преподобный Паисий об одной впечатлившей его исповеди: “Один отставной офицер с величайшим сокрушением рассказывал мне о том, что он сделал, будучи восьмилетним мальчиком. Он отнял у другого ребенка мячик. Этот мячик он продержал у себя всего одну ночь, а на следующее утро его возвратил. Рассказывая мне об этом случае, этот человек плакал из-за того, что огорчил своего ближнего. Выйдя в отставку, он разыскал всех, кого по долгу своей службы чем-то огорчил — даже тех, кого он огорчил, выполняя свой служебный долг, — и попросил у этих людей прощения! Меня поразило устроение этого человека: он брал на себя всю вину. Сейчас он живет в деревне и из своих сбережений подает милостыню нуждающимся. Его 95-летняя разбитая параличом мать прикована к постели, и он сам ухаживает за ней. Поскольку, ухаживая, он вынужден видеть тело своей матери, его мучает такой помысл: «Если Хам, увидев наготу своего отца, был за это наказан, то что ждет меня, видящего наготу своей матери!». Этот человек непрестанно плакал. Его лицо было просветленным. Какую же пользу оказало мне его сокрушение!”
“Люди, смиренно обнажающие свои грехи перед духовником и уничижающие себя, сияют — поскольку приемлют Благодать Божию”.