Честно, я волновалась. "Как он пересдаст экзамен?" - думала я. Это просто безумие - брать на репетиторство ученика, написавшего математику профильного уровня на 22 балла.
А если их трое?
Здесь, наверное, срабатывает какой-то ненормальный механизм жалости. И ты начинаешь заниматься вопреки голосу рассудка.
Как же мне этого не хотелось делать. Как же я мечтала проснуться, погулять по прохладе с Бонькой, а потом достать краски и начать ими писать шедевр, ничуть не меньше. А вместо этого почти каждый день по 1,5 - 2 часа с каждым из трёх учеников. И кроме них с курсантом, со студентом колледжа.
Я так устала.
И не могла дождаться дня Икс, когда они, наконец, соберутся и напишут ЕГЭ, переступив планку в 27 баллов.
Двое из них появились у меня сразу после объявления их провала - 22 балла. Оба занимались весь год не со мной, а с другими репетиторами. От обоих отказались их "наставники", посоветрвав дальше заниматься самостоятельно. Обоим сказали, что заняты, когда ребята не достигли порога в 27 баллов.
Первый серьёзный, вдумчивый: "Мы никогда не разбирали с репетитором таких заданий". Решает, проговаривая вслух свои действия. Если что-то не допонял, останавливается. Делает всю домашнюю работу, старается. И вот результат:
Второй слишком весёлый, подвижный, то ли стесняется, то ли старается справиться как можно быстрее и ошибается. Не понимаю, что с ним не так. Заметила, что следит за моими бровями. "Я их скотчем скреплю, чтобы не "взлетали". Куда ты торопишься? Медленно, медленно".
Открываю двери. "Знали бы Вы, как я устал решать домашнее задание... Я столько прошёл с Вами за эти дни, сколько не сделал за год". "Как же ты занимался со своим репетитором?" - спрашиваю его. "Она задавала вопрос, давала подумать 4-5 секунд, я отвечал. Если было неправильно, то качала головой и произносила "как же так", потом задавала следующий вопрос. Я только сейчас понял, как должен учить репетитор". А потом добавил: "И с русским было так же. Если брови поднимались вверх, я выбирал другой ответ". "Но ведь рядом на экзамене никто для тебя не будет шевелить бровями. Соберись!" И он "собрался":
"Или ты перестанешь торопиться, начнёшь думать, или снова провалишь экзамен. Ты же - мальчик уровня профиль! Удиви меня. Я в тебя верю". И он удивлял, пытаясь угробить почти каждую задачу:
Я за него переживала больше, чем за других. Но что-то в этом мальчике вселяло надежду. То, как у него светились глаза на занятиях, как он с гордостью говорил, что долго думал, но всё же решил задачу, как радовался, если совпадал ответ.
И он справился
Девочка была моей ученицей. Но то, что она вытворяла в тетради, никак не укладывалось в голове. Почему она это делала? И ведь помнила алгоритмы решений, даже формулировки пройденных заданий. Было такое ощущение, что со мной рядом сидит совершенно неуверенный в себе человек, вообще не умеющий считать. И это было странно. Я что-то пропустила, подготавливая её к экзамену. И это нужно было срочно исправлять. Она написала тоже на 40 баллов:
Конечно, за каждого ученика мы переживаем. Нам хочется, чтобы их результаты были как можно выше. Но что делать, если у них, а вместе с ними и у нас это не получилось?