Я историк, изучаю городские легенды. У каждого города они свои. Бывает, повторяются, ибо уникальных сюжетов не так много. Например, историю о Пигмалионе и Галатее примеряет на себя каждый второй скульптор. И тогда мы слышим рассказы об оживших моделях. Такую легенду о местном скульпторе я услышал в городе N, и мне очень захотелось познакомиться с этим ваятелем. «Людская молва, что морская волна» утверждал великий Грибоедов. Ну, и «язык до Киева доведёт» тоже вполне работает. Мне удалось найти легендарного скульптора. Им оказалась… женщина.
Не обыкновенная, а, как бы это приличнее выразиться, «корпулентная». Рост метр девяносто, вес— минимум центнер. Когда меня знакомили с Апполинарией, я страшно растерялся, почувствовав себя карликом. И это при том, что я —мужик среднего роста и крепкого телосложения. Апполинария подавила меня своей физической мощью и интеллектом. Кое-как обретя способность излагать мысли, я попросил её поведать о том, как она стала героиней легенды. Ниже привожу её рассказ.
***
--Да, я скульптор. Причём, опытный. Да, я создаю изваяния, то бишь ваяю. Использую любой материал. Но особенно мне приятно работать с глиной. Потом можно повторить скульптуру в бронзе, латуни—в любом материале.
В окрестностях нашего города есть месторождение белой глины, которая по качеству превосходит многие другие скульптурные материалы. Об этом месторождении ходят слухи, что глина там «живая». Утверждают, что некоторые изваяния, вылепленные из этой глины, оживают буквально. Я, конечно, никогда не верила подобным досужим вымыслам. Но, возможно, была не права. Помните детские сказки? Они ведь не на пустом месте появляются.
«А не слепить ли нам из снега внучку»?— как-то подумали бездетные старик со старухой и вылепили Снегурочку. Всем известно, как печально закончилась эта история.
«А не изваять ли мне жениха»?— однажды подумала я. Мне уже было под тридцать, но у меня никогда не случалось отношений с мужчинами. Сами понимаете—почему. Я же видела, как вы испугались, даже не пытайтесь возражать, это нормальная реакция на мою внешность.
Заказов у меня в то время не было, а руки требовали действия.
Я вылепила его, моего Галатея. («Ну, если у Пигмалиона была Галатея, то пусть у меня будет Галатей»,— решила я). Работа шла легко, потому что от души и для души. Галатей вышел чудесный. Красавец-мужчина просто. Правда, глины у меня на большую фигуру не хватило, поэтому получился невысокий мужичок, метра полтора. Зато пропорционально сложенный, с рельефными мышцами. Я по анатомическому атласу его лепила, натурщика даже искать не стала.
Потом работа навалилась, заказы, поэтому стоял мой Галатей в углу мастерской, укрытый мокрой тканью, чтобы глина не рассохлась. Время от времени я подходила и любовалась своей работой. Никому не показывала, потому что там ещё доработка требовалась, и мне хотелось отлить Галатея в бронзе. Но тогда бы глиняная модель пропала: такова технология отливки. А мне почему-то было жалко эту статую, Галатей казался мне живым.
Дальше со мной начали происходить странные события. Я не могу объяснить причин. Возможно, «кукуха поехала», как говорит современная молодёжь.
Начну с того, что однажды, когда я осталась на ночь в мастерской (иногда такое практиковалось и раньше), мне приснился эротический сон, а утром, когда я проснулась на диване, рядом со мной лежал Галатей. Слегка помятый местами. Никого в мастерской не было, дверь была закрыта на засов. Я поправила скульптуру и вернула Галатея на место, вспоминая сон. Никогда прежде я не испытывала подобных ощущений, даже воспоминание о них сильно возбуждало. Я решила снова остаться в мастерской, но не спать. Напилась кофе, лежала с открытыми глазами, пытаясь читать. Но под утро не выдержала— упала в объятия Морфея. Всё произошло, как и в первый раз.
Решив больше не экспериментировать с эротикой, я стала уходить на ночь домой. Меня всё время тянуло остаться в мастерской, но я твёрдо решила этого не повторять.
Как-то раз, придя утром на работу, я по заведённому ритуалу пошла «поздороваться» с Галатеем. Но его на месте не оказалось. Куда он исчез, осталось загадкой. Я в полицию обратилась с заявлением о похищении статуи. Криминалисты не нашли никаких следов. Но через неделю ко мне в мастерскую робко постучался одетый в лохмотья молодой человек, который не разговаривал, а только смотрел на меня большими карими глазами. Я его сразу узнала: Галатей! Живой.
Человек без документов у нас не может существовать легально. Мне пришлось вновь обратиться в полицию. Они хотели забрать Галатея куда-то, но я не отдала. Написала расписку, что беру ответственность. Пусть выясняют. А я пока учу это чучело уму-разуму. Это же чистый лист! Понятно, что версию ожившей статуи я не озвучивала: можно угодить в дурдом.
Апполинария закончила свой рассказ и позвала: «Галатей»! Тут же появился симпатичный невысокий юноша. Он улыбнулся, демонстрируя ямочки на щеках, обнял Апполинарию и прижался к её могучей груди. Это были конкретно мужские объятья.
