Хюррем лениво листала большим пальцем по экрану в поисках местных достопримечательностей. Путешествие по Золотому Кольцу подходило к концу и несомненно Махидевран наслаждалась богатой духовной пищей, полученной за время поездки, оставаясь при этом свежей и бодрой.
Хюррем же изнывала от недостатка пищи как телесной так и духовной, праведный образ жизни Махи здорово тяготил все султаново семейство.
Душа Хюррем, жадная до жизни, требовала зажигать по-настоящему, чтоб девчонкам из гарема, которые этим летом остались без отпуска, показать жизнь во всей красе и многообразии, так чтобы те ревели от счастья над ее сторисами инстаграм.
Но пока инстаграм Хюррем вызывал лишь слезы жалости отпускными фотографиями. Она с тяжелым сердцем пролистывала фоточки, где с постной миной, закутанная в платке рядом с такой же постной Махой - вот в Сергиевом Посаде, вот в Костроме, вот в Иваново. Ску-ка! ску-ка-тища! Хюррем закатила глаза и тяжко вздохнула, отпуск, блин!
И только на одном фото Хюррем смеялась, горели озорно глаза, шелковый платок слетел с головы, а руками, на которых красовались новые кольца с диковинными камнями, прикрывала лысеющий остров Султана. Хюррем присмотрелась поточнее, восстанавливая хронологию событий, ах да, ювелирный центр "Красная Пресня" - единственное место, которое показалось ей интересным за время поездки.
Хюррем изнывала от скуки, но особенно от осознания, что отпуск скоро закончится и опять жди своей очереди. Нет, мириться с этим не в характере рыжей бестии.
- Султан Сулейман Хан Хазрет Лери, - Хюррем сладко интриговала Султана после дел чистых и духовных к делам грешным, но веселым, - душевный тревел Махидевран подходит к концу. После духовного путешествия она, наконец, обрела душевный покой, - смиренно ответила жена.
- Сколько на этот раз подмешала ей? - спросил Султан.
- Полбутылки Кизляра, - просто ответила она. - До утра проспит как убитая.
- Слава Аллаху! - с облегчением вознес руки Султан, - думал это Золотое Кольцо замкнулось у нее навечно. Что у тебя Хюррем?
Бордовая пятерка с местными номерами лихо неслась по ночной проселочной дороге. Последний раз с такой скоростью Султан несся когда опаздывал на тёщин самолет. Таксист был максимально сосредоточен и его уверенность передавалась пассажирам. Нога водилы безжалостно топила газ, Алиса от скорости заикалась, машина ревела диким зверем, Хюррем визжала на поворотах, Султан молился и крепче сжимал Коран. Наконец, на фразу "Успели!" Султан открыл глаза.
- Седлай двоих, - скомандовал таксист. Султана схватили под руки и потащили куда-то вглубь, усадили наверх какого-то животного, точнее его половину. В темноте он нащупал только часть коня или верблюда, но не мог понять куда делось остальное, положенное по природе.
Дан старт. Половина существа лихо рванула вперед. Султан, крепко обняв руками шею, а ногами переднюю часть тела половинчатого бегуна, зажмурился что было сил. "Дикие игры! Дикие люди! Дикая страна!" по золотому кольцу проносились мысли в его голове. А две чужие сильные и крепкие ноги уносили седока в ночную мглу.
Спустя некоторое время Султан заметил еще несколько бегущих страусов с наездниками, среди которых развевалась рыжая копна волос. Поравнявшись с ним Хюррем весело крикнула:
- А проигравшего зажарят!
От этих слов у Султана похолодело внутри. И сделав вывод, что жен любимых у него много, а он все-таки Султан, и у маменьки один, втопил, что было мочи. Двуногое существо, подогреваемое страхом наездника, ускорилось в два раза, оно тоже у маменьки было одно.
Неуправляемый страус, незнакомая местность и обостренное чувство опасности вызвали дикий выброс адреналина в теле басурманина. Турецкая кровь вскипела словно горная речка, он погнал страуса все быстрее, по привычке, будто лупя шпорами арабского скакуна. Мысли наездника и мысли страуса слились воедино и стали одним целым, устремленным только вперед, только к ночным звездам. Ноги страуса стали ногами Султана, они набирали скорость и уже почти не касались земли, а лишь слегка отталкивались от нее. В ночи бегущий страус казался летящим и парящим над землей полуконем. Страус впервые зашел так далеко в своих мечтах.
Страусиные гонки Султана Хюррем уже выкладывала в сторис. Девчонки на том конце экранов визжали от восторга ночных эфиров, лайки бурным потоком набирали обороты, комментарии взбудоражили весь ночной гаремный чат. Султан пришел первым.
Как и было заявлено, проигравшего страуса подали гостям в виде стейка. Изголодавшись от ночных гонок каждый стремился утолить разыгравшийся аппетит, как заслуженную победу. Султан жадно впился в только что приготовленный стейк, смачно откусывая кусок за куском, пропитанным дымом и опасностью, сок струился рваными дорожками по его пальцам, стекая по драгоценным камням. Хюррем достала остатки Кизляра и присоединилась к трапезе.
- С собой заверните! - произнес наконец Султан, вставая из-за стола.