Военный писатель, кадровый офицер органов государственной безопасности Анатолий Терещенко пишет:
По данным управления по борьбе с бандитизмом НКВД Украины, на протяжении 1944 года, во время самых активных боевых действий наших войск против гитлеровцев, было уничтожено 57 405 и задержано 50 387 участников бандеровских бандформирований.
Руководство ОУН-УПА* пришло к выводу, что террор — «вызов времени», и положило оный в основу своей новой тактики. Было решено расформировать крупные подразделения «курень» и «сотня» и действовать мелкими подразделениями уровня «чота» и «рой».
Суть новой тактики заключалась в переходе к действиям мелкими группами по 10–15 человек, способными быстро маневрировать и менять места дислокации, а основной удар перенести с красноармейцев на гражданскую администрацию и лиц, сочувственно относящихся к советской власти. В эту категорию входили председатели сельсоветов и колхозов, учителя и библиотекари, почтальоны и связисты, медсестры и врачи и т.д.
Считалось, что они работают на советскую власть. В основном на помощь Западной Украине направлялись люди с восточной ее части, и многие и многие безвинно умирали там от рук бандеровцев. Таких были тысячи — зарубленных, повешенных, задушенных, утопленных, расстрелянных…
Так, 21 ноября 1944 года в два часа ночи отряд бандеровцев численностью более тридцати человек вошел в село Дубечно на Полыни. Обыскав дома председателя и секретаря сельсовета, «повстанцы» застрелили председателя на глазах односельчан. На спину убитому прикрепили фанерку с таким текстом, написанным угольком:
«Расстрелянный — глава сельсовета. Если кто-нибудь займет это место — его ждет та же судьба».
Затем вооруженные бандиты ворвались, выбив двери, в забаррикадированное помещение сельсовета, где убили сторожа — украинца по фамилии Ткачук. На спину ему штыком прикололи записку похожего содержания:
«Это труп предателя украинского народа, защищавшего советы. Если кто-нибудь придет работать на его место, он погибнет точно так же».
Потом бандиты надругались над трупами. Со всех тел сняли обувь и одежду, связали по рукам и ногам, как скотину, а лица раскромсали на части.
Распространенной была практика запугивания или уничтожения специалистов, прибывающих из других областей для восстановления народного хозяйства Западной Украины.
Так, 13 сентября 1944 года на моей родине в Ровенской области «повстанцы» напали на пятнадцать недавно прибывших специалистов, из которых одному удалось бежать, а четырнадцать бандеровцы увели в лес и расстреляли. Затем надругались над трупами, отрезав голову у одного убитого юноши и ноги у девушки.
В январе 1944 года отца автора, машиниста паровоза, оставили в депо станции Сарны на Ровенщине для оказания помощи местным железнодорожникам. Его дважды подрывали в ходе поездок. Вскоре из Сумщины перебазировалась и вся наша семья, которая испытала весь ужас того времени — нас несколько раз пытались вырезать. Об этом периоде детских воспоминаний можно написать отдельную книгу.
А вот факт «самообеспечения» подполья.
В поселке Яворов Львовской области была арестована семья Д., в доме которой было обнаружено пятеро детей. Как выяснилось, они похищали детей, а их знакомая К., врач-педиатр по профессии, использовала их в качестве доноров для лечения раненых бандеровцев. При задержании она застрелилась.
Таким было лицо бандеровщины, против которой во время войны действовал СМЕРШ, МГБ — после военного лихолетья.
*ОУН, УПА — запрещенные в России экстремистские организации
Источник: Терещенко А.С. СМЕРШ против бандеровцев. Война после войны. — М.: ЭКСМО, 2013