«Воспоминания» Анастасии Ивановны Цветаевой – художественное явление. Изумительно всё: память, сумевшая передать нам атмосферу эпохи, портреты современников, тонкие движения души. Стиль импрессионистичен и неповторим. Сегодня мы поговорим о 1913-1914 годах, когда у Марины и Анастасии родились первенцы - Ариадна и Андрей.
Эта статья продолжение серии статей о Цветаевых. И продолжение темы речевого развития детей.
Итак, дневник Марины Цветаевой:
18 ноября 1913 года:
«Вчера я кончала ей стихи. Завтра ей год и два с половиной месяца. Несколько дней тому назад она определенно начала драться.
Да, теперь она на вопрос «как тебя зовут» отвечает: «Аля».
Аля, маленькая тень
На огромном горизонте,
Тщетно говорю: не троньте,
Будет день…
А вот декабрь 1913 года:
«Сегодня я кончила стихи «Век юный»…
Когда промчится этот юный Прелестный век…
30-го мы выступаем с Асей на балу в пользу погибающих на водах. Да, Але это будет интересно…"
Вы видели детей, которым в год и три интересно чтение стихов со сцены? Даже если мама читает?
Сёстры Цветаевы живут в Феодосии. У них няни, но забот всё равно хватает. Кроме того, они живут творчеством и общением с кругом творческой интеллигенции. Анастасия Ивановна Цветаева фиксирует в своих "Воспоминаниях":
"В Алином личике было уже сознание своей исключительности - ею все любовались, и её речь была почти уже не детская, со звонким "р" (у Андрюши - длинные, захлёбывающиеся тирады). Им было уже год с четвертью со старшинством Андрюши на три с половиной недели".
Отметили развитую речь с чётким произношением? Это год и три. А вот год и шесть месяцев.
"Теперь она уже много говорит, весной Але полтора года. Она очень развита, чётко говорит "р" (Маррина, Серрежа), знает много слов, обтачивая их волевым звонким произношением. У неё гортанный голос".
Дальше повествование касается 1914 года. Идёт Первая мировая. Но в Москве пытаются жить по инерции, хотя привозят раненых, вокруг тревожные вести. Но заботы о детях и семье продолжаются у сестёр.
"Наши дети росли, им уже пошел третий год, они говорили, они столько уже понимали… Обожаньем взаимным дарили друг друга Марина и Аля, Аля знала уже столько стихов!"
Ну и ещё одна картинка из этого времени - Але 2, 7 примерно.
"... Полыхал огонь в камине, за высоким потолочным окном смеркалось, в высоких дверях, из полутемной проходной комнаты выбегала дочка Сережи – так на него похожая, как и он, с огромного разреза глазами. Но в то время, как его лицо, длинное и худое, делало темные его глаза почти неестественной, о болезни напоминая, величины – Аля походила на английское беби светлой гривкой тяжелых пышных волос, на лбу челкой подрезанных, и, подняв к матери, поправлявшей дрова, глаза, светлее, чем голубые, гортанным голоском говорила:
– Мама, идемте в детскую! Посмотрите, как спит Кусака!..
Я не помню, с каких лет Аля стала звать мать – Мариной". <...>
"Над кроваткой Али картинки сверкают рождественским снегом, как кусок звездного неба.
– Марина, это твоя детская сохранилась?
– Чудом! Второе детство… Алечка, скоро спать пора. Няня где?
– Еще чуточку!.. Няня молоко в кухне греет…"
Выделила фразы Али, её участие в разговоре взрослых, обращение к маме на "вы".
Несомненно, Ариадна Сергеевна Эфрон - талантливая мемуаристка, переводчица и художница - и в детстве была ребёнком необыкновенным. Андрей, её двоюродный брат, не так ярко выделялся, но тоже был развит. В три года дети свободно общались, слушали сказки, читали стихи.
Ну что ж, хотя бы будем знать, как дети раньше развивались. И на что надо равняться.