Начну с конца. В 1943 году Анастасии Ивановне 49 лет. Она отбывает заключение, далее будет ссылка, следующий срок. О смерти сестры Марины ей боятся говорить оставшиеся на свободе близкие. Но вот весть, больше похожая на слух, прорывается от сводной сестры Лёры. Ася не верит. Но сомнение зародилось, она молит хоть кого-то рассказать-написать. Откликается только Лиля – Елизавета Яковлевна Эфрон, сестра Сергея Эфрона, мужа Марины.
«Я раскрыла листок. Он был розов. В нем две строки: «Марина погибла два года назад тридцать первого августа. Целуем ваше сердце. Лиля, Зина».
В мой смертный час я не забуду текста этих двух строк. Я стояла, и листок я держала в руке. Глотала и не могла доглотнуть слова текста. Их каменную непоколебимость. Я бы, может быть, долго так простояла, бережа задлившуюся минуту их чтения, над которой стоять было лучше, чем шагнуть куда-то с листком. Но мимо шли, и в невозможности, чтобы спросили, увидели слезы, которые бесполезно текли, я рванулась прочь от дверей, от дома и пошла вбок, на пустой, пологий холм. Ничего еще не поняв, ударенная по голове смыслом листка, я ходила вокруг холма, возвращаясь и возвращаясь.
Только с одним теперь была возможна слиянность – с травой, которая – теперь я узнала – выше Марины, над… Навсегда слита с землей Марина, уже два года… Двадцать дней я запрашивала траву. Трава молчала, берегла.
И меня, и тайну. Судьба хочет, чтобы она мне была открыта теперь.
Нет Марины. Я ее никогда на земле не увижу».
Дальше по кусочкам у неё начинает складываться картина произошедшей трагедии. Но не до конца. Больше всего она не может понять, как могло случиться, что Марина всем близким написала письма, а её – такой близкой – не оставила не строчки!
И дальше она говорит о своей растерянности и потерянности:
«А ко всем остальным умершим я подойду, вполне сохраняя себя. И в то же время – мы удаляемся друг от друга, по дорогам жизни. Но ее лицо и тело я в землю отпустить не смогу.
И жизнь моя останавливалась. В этой остановленности прошли годы. Их было четыре».
Ася делает увеличенные, по клеточкам, копии фотопортретов Марины – так спасается. И получает сохранённое друзьями письмо Марины – тоже прощальное, только из 1910 года. Она тогда уже собиралась…
«В них и в слезах, хлынувших, в их нечеловеческом уже утешении я утонула, перестав видеть их в схватке блаженства и горя, и не знаю, что было сильней: «И помни, что я всегда бы тебя поняла, если была бы с тобою». И подпись. Эти слова Мариной даны мне – навеки, я с ними живу сорок лет».
А дальше, чтоб понять степень близости двух сестёр, вспомним некоторые эпизоды их детства, юности, зрелости.
Анастасия говорила: «Марина получила дар поэзии от Бога, а родители наградили нас неравно: Марину — музыкой, а меня — живописью». Анастасия была прекрасным художником и прозаиком.
Домашнее воспитание, любимые учительницы, требовательное воспитание мамы Марии Александровны, помощь отцу – профессору Ивану Владимировичу Цветаеву, гордость за него, за его дело, музей.
Первые общие друзья – Эллис, Нилендер, общая влюблённость в последнего. Их дружба с Максом Волошиным, поездки в Коктебель. У сестёр одинаковые голоса, они в унисон говорят стихи Марины, выступают с ними со сцены.
«Мой голос (у нас одинаковые голоса, мы говорили вместе стихи, совпадают все нюансы, как будто говорит один человек) жутко покажется мне половиной расколотого инструмента».
Встречи, дружбы, романы. Ранние браки – в 18 лет, рождение первенцев. Они делятся друг с другом всем. После долгой разлуки – ночь на кожаном диване и рассказы до утра. Одна другую понимают с полуслова, но Марина часто подчёркивает: «Я бы так не поступила». Она резче, более горда, знает себе цену.
В 1913-1914 годах вместе ищут кормилиц своим детям, их домработницы переходят из дома в дом. Преданная, но и странная Надя очень привязана к Асе, потом будет жить у Марины, выкрадет фотографии Аси. Будет помогать выхаживать Ирину, младшую дочь Марины, возить в свою деревню.
После трагедии Аси, когда она потеряет младшего сына и второго мужа в течение трёх месяцев, сёстры разлучены: революция, Гражданская война. 3,5 года не видятся, каждая выживает, потом Ася с сыном добирается до голодающей Москвы. На дворе 1920-е годы.
Марина помогает ей устроиться на службу, они ходят к более благополучным знакомым из писательского или просто культурного мира – к «бывшим». Этим и кормятся – бывало, для детей дают свёртки с угощением.
Марина получает писательский паёк, делится с Асей и Андрюшей. Сама живёт в разрухе, варит себе фасоль и кофе – и так годами. Детям – лучшее: пшено, сало, сахар. Марина пишет свои поэмы и пьесы, новые стихи. У неё свой уклад и учитель Волконский, которого не приняла Ася.
И вот – весть – Серёжа Эфрон жив, за границей. Марина воодушевлена, глаза горят. Если она нужна кому-то, особенно любимому мужу, то сделает всё, горы свернёт. Начинаются хлопоты по оформлению документов. И вот назначен отъезд. Комнаты в своём доме она оставляет сестре, некоторые временно отдав поэту Г.Шенгели. В результате семья Шенгели захватит всё Маринино, Ася вынуждена будет, забрав то, что поместится в узел, уехать в комнатёнку в Мерзляковском переулке. Многое пропадёт.
Марина этого не могла предположить, они с Асей идеалисты, людям доверяли. Перед отъездом Марина несколько раз приходила и приносила: то гравюру, то фотографию, то тёплые вещи, то – последний раз – перстень.
Следующая встреча будет через 5 лет. В 1927 году Ася едет в Европу к Горькому и к сестре. Побыв в Сорренто, приезжает в Медон, пригород Парижа, её встречает Серёжа. Опять – ночь на диване с сестрой.
«… первую ночь, а может быть, и в не одну, мы легли вместе на Маринин диван и долго говорили, глубоко в ночь. О прошедших пяти годах. О Москве, о друзьях, о Бретани, об океане, куда они еще поедут. О Горьком – о Нерви, через которое я пролетела поездом, где мы жили десяти и восьми лет с мамой, о герое «Поэмы Горы», – о чем только н е!»
Дальше – в дом Марины ворвалась скарлатина. Болеют Мур, Аля, а потом 35-летняя Марина. Серёжа очень признателен Асе, что она помогает в эту тяжёлую пору. Но смертельная опасность позади, кризис миновал. А у Аси заканчивается виза, надо ещё повидаться с Горьким. Она прощается, думая, что не в последний раз. Провожает Серёжа. Марина ещё очень слаба, не поехала. Попрощались тепло: «Пиши…»
«Запах железнодорожной гари, крик поездов. Дорожная лихорадка. Узкое лицо Сережи, его поднятая над головой шляпа, свет его огромных добрых глаз. Улыбка. Высокий его силуэт. Рядом, ниже, – Р. Он в последнюю минуту поспел к поезду, привез мне от Марины – письмо! Пожелания прощанья.
Поезд дрогнул. Идут рядом. Последние мои им слова:
– Приезжайте в Россию! – Гляжу во все глаза – запомнить.
Конверт. И апельсины. (Такая трата, Марина!)
Слезы застилают глаза. Читать не могу. Мешают!
«Милая Ася… – Строчки прыгают… – когда вы ушли, я долго стояла у окна. Все ждала, что еще увижу Тебя, на повороте, – вы должны были там – мелькнуть. Но вы, верно, пошли другой дорогой!.. Бродила по дому, проливая скудные старческие слезы…
Твоя М. Ц.»
Знакомый характерный завиток нашего «Ц» – и пустой низ листка.
«Отъезд – как ни кинь – всегда смерть» – слова Марины.
А больше встречи не будет. В 1933-ом – первый арест Аси, ссылка, в 1947 году освобождение, в 1949-ом – второй арест, ссылка до 1954 года.
Марина Цветаева покончит с собой в 31 августа 1941 года в Елабуге, в эвакуации. Ася по крохам будет собирать сведения об её последних годах в России и о последних днях в Елабуге. После реабилитации в 1959 году будет разыскивать могилу сестры. Взяв с собой подругу Софью Каган, они обшарят каждый метр Петропавловского кладбища, встретятся с хозяевами последнего пристанища Марины с Георгием. Установят крест на предполагаемом месте захоронения у южной стены погоста.
Впоследствии указанная А. И. Цветаевой точка по решению Союза писателей Татарстана названа «официальной могилой Марины Цветаевой».
В 1961 году Анастасия Ивановна живёт в Москве и пытается восстановить по памяти произведения, изъятые у неё при аресте. Занимается изданием «Воспоминаний». А в годы перестройки, когда стало возможно, борется за реставрацию особняка и создание музея своей сестры. И дождалась: официальное открытие Культурного центра "Дом-музей Марины Цветаевой" в Москве состоялось 12 сентября 1992 года. На следующий год – 5 сентября 1993 году Анастасия Ивановна умрёт в возрасте 98 лет и будет похоронена на Ваганьковском кладбище в семейной усыпальнице.
А самой Анастасии Ивановне Цветаевой тоже посвящён музей. Находится он в Павлодаре (открыт в 2013 году).
Ещё о творчестве Анастасии Цветаевой читайте здесь.
О пропавших рукописях Г. Эфрона здесь.