Катя Лель, певица, автор песен
Я не сомневаюсь, что каждый из нас приходит на Землю, уже имея свои таланты. Потому, что когда я родилась, я уже знала, зачем я здесь, понимала, что музыка — это все, что мне нужно. Я засыпала и просыпалась с музыкой. Я с этим родилась и понимала, что это тот самый путь, в котором мне нужно много трудиться, мне нужно многого достичь. Прежде всего, нужно быть мегапрофессионалом своего дела. Я должна быть образованной, чтобы я вышла к своим зрителям человеком, который может открыто смотреть в глаза, потому что я профессионал своего дела.
Наш дом всегда был гостеприимный: родственники, друзья, накрытые столы, музыка. Мы с сестрой в четыре руки музицировали с самого маленького возраста. И в три года я сказала — я буду певицей.
Я себе придумывала разные занятия, училась в музыкальной школе с отличием, я была успешной пианисткой, и, так как не было эстрадного вокального отделения, у меня еще хоровое дирижирование. Я занималась шейпингом, современными танцами, акробатикой, в спортивном классе легкой атлетики, еще была солисткой в ВИА при Дворце пионеров, плаванием, то есть времени не было вообще. Я приползала домой от усталости, но я понимала, что мне все это надо, внутренний стержень организовать себя.
С 16 лет я уже собиралась в Москву, но была сложная политическая ситуация, пришлось немного подождать. Но в 19 лет я сказала папе и маме, что уезжаю. Увидев, что Катя стала собирать чемоданы, четко настроена на Москву, мама рыдала три дня: «Ну куда она поедет, младший ребенок в семье, она же ничего не знает, где жить, на что жить?»
И я очень благодарна папе, он меня очень любил и сказал: «Я в свое время допустил очень большую ошибку. Я летел на очень важные соревнования в Москву и засел в аэропорту в Минеральных Водах из-за нелетной погоды. А если бы я поехал на поезде, то успел бы, и моя жизнь сложилась бы по-другому. И я хочу, чтобы ты не пропустила свой момент. Езжай. Не получится — возвращайся, мы тебя всегда ждем, любим, но, если ты не дашь себе этот шанс, ты будешь всю жизнь жалеть».
Судьба посылает хороших людей
Определилась, что уезжаю. А где жить? У моей учительницы была ученица, Лариса, которая жила в Москве. Казалось бы, ей это надо? Но она услышала по телефону мой уверенный голос: «Я еду в Москву быть певицей», и мне повезло, что она тоже музыкант с высшим музыкальным образованием. И у неё я жила первый месяц на Ленинском проспекте, за что ей большое спасибо. Это было чудо.
Потом – ещё уникальный случай. Центральный парк Горького, ко мне приезжает двоюродная сестра, мы идем с ней гулять. Красота, музыка, люди гуляют, но надо думать, что делать дальше и где жить, на что жить.
Большая сцена, известные артисты выступают, и там проходит музыкальный конкурс «Музыкальный старт-94». Я смотрю и понимаю — хочу быть на этой сцене, и говорю об этом сестре. Позади меня стоит пацан, который слышит наш разговор, и говорит: «А что, слабо?»
И я говорю: «Мне слабо?» При этом мне стало страшно, у меня была с собой кассета, я подошла к пульту и сказала: «Послушайте пожалуйста, это моя кассета, сама пишу песни, я автор-исполнитель, очень хочу петь на этой сцене» — «Но вы же видите, что здесь профессионалы.» — «Да, но я вам понравлюсь».
Вера в себя — это колоссальная сила, и если ты веришь в себя, значит и люди тебе поверят. И он сказал: «Подойдите завтра за вашей кассетой в два часа дня в это административное здание в парке Горького». Звали этого человека Михаил, я ему всю жизнь буду благодарна.
Мы всю ночь не спали, переживали. На следующий день я захожу к нему в кабинет, и он говорит: «Катя, вы такие песни хорошие пишете, но я ничего не могу предложить, гонорара нет.» — «Не нужен гонорар, просто дайте мне возможность выйти на сцену, я хочу здесь быть.» — «Ну, если бы у вас был костюмчик с собой»… А я с собой взяла концертное платье, которое в Нальчике сшила моя подруга, красивое длинное платье с разрезом золотистого цвета. И я говорю: «А у меня все есть.» — «Тогда вперед, на сцену, в 8 часов ваш выход, три дня подряд». Я счастливая выходила на сцену, где исполняла свои песни, и люди очень тепло реагировали.
Дальше происходит следующее. Звонит тот же Михаил: «Катюша, приглашаю на конкурс молодых исполнителей «Музыкальный старт-94» без отборочного тура, сразу в финал, потому что я видел, как вы работаете с публикой, как вас принимали», — и я становлюсь лауреатом. Причем мне сказали конкретно: если ты представишься, что ты из Москвы, то первое место твое. Я говорю: «Нет, я из Нальчика». Казалось бы, пойди по игре людей, которые тебя просят, но нет, я из Нальчика, я там родилась, это моя сила, мои предки.
И все равно я стала первой. Помню, выиграла видеомагнитофон, это было что-то из ряда фантастики, 1994 год, первый видик.
Иду я после этого конкурса по Крымскому мосту, и мне так грустно внутри. С одной стороны, я счастлива, что я первая, сбылась мечта, но я так хочу домой. Здесь тебя никто не любит, никто не ждет, потому что никого не знаешь, и душа там, где все близкие. Одна моя половина говорит: «Развернись, подойди к сцене, вдруг там тот человек, который тебе нужен». А вторая половина говорит: «Нет, ничего не будет, езжай домой». Такие испытания всегда внутри нас присутствуют — да и нет, внутренняя борьба. И я переселила себя, повернулась, сошла с Крымского моста, опять вернулась к сцене. И вижу, стоит Лев Лещенко. Был как раз гала-концерт, где выступали все звезды, которые были на конкурсе. Я подхожу: «Здравствуйте, у вас есть продюсерский центр молодых талантов, это правда?» — «Вы что, талант?» — «Да.» — «А почему вы талант? Таких миллионы.» — «А я очень талантливая, сама пишу песни, послушайте»…
Я уезжаю на пару дней в родной Нальчик на свой день рождения, и мне звонит Лариса, у которой я жила: «Слушай, ты не поверишь, Лев Валерьянович Лещенко тебя ищет, сказал, чтобы срочно приезжала». Я с трясущимися руками, ногами еду в офис к Лещенко, он говорит: «Ну что, деточка, рассказывай, кто тебе пишет, кто за тебя сочиняет?» — «Я сама». Когда уже прошло время, сказал: «Я подумал — хитрющая какая, человек под маской или такая, какая есть? Сядь к инструменту, сыграй». Я села, спела песню: «Я хочу покоя...» А он говорит: «Сколько тебе лет, деточка, что ты хочешь покоя?» А я написала эту песню в 16 лет, у меня душа странника, наверное. «Кому из нас 50, тебе или мне?» Подозвав своего бывшего директора, сказал, что эта девочка поедет с ним на гастроли. Первые гастроли были Питер, Сортавала и Петрозаводск. Директор спросил: «Да зачем это нужно?» — «Я сказал, она поедет с нами на гастроли. Ты готова?» А я хоть сейчас.
Главное оказаться в нужное время в нужном месте и проявить свои намерения, уверенность, что ты готов, что ты сделал все для того, чтобы это произошло.
Когда Лев Лещенко увидел мой успех в Питере, где представлял меня как свое «детище» в середине концерта, и после концерта подбежали люди брать автограф. Я вся покраснела, а он все видит… Думала — все, так и закончатся мои первые и последние гастроли. Вокруг говорят: какой восторг, какая вы замечательная, а я говорю, что это все Лев Валерьянович. Он доверил мне такую возможность на сцене, просто фантастика, проявить себя в середине концерта у такого мэтра, любимого народом. После концерта слышу: «Иди сюда». Кладет мне руку на плечо: «Ну что, я буду заниматься тобой, я верю в тебя, у нас все получится». Я поняла, что сейчас тот момент, когда тебе дан этот шанс, эта возможность, и если я смогу ее держать, то ничего лучше быть не может в этом мире.
Жестокий мир шоу-бизнеса
Встреча с Айзеншписом сильно сказалась на творческой жизни. Конечно, Юрий Айзеншпис был грандиозный человек в шоу-бизнесе в то время, лучший продюсер, у которого была очень сильная интуиция на коммерческую музыку. Мне это слово очень не нравилось, резало слух — что значит коммерческая музыка, мы с ним постоянно на эту тему спорили.
Когда нас познакомил Игорь Крутой, Юрий Шмильевич сказал: «Мне не нужны твои вокальные данные, твое образование. Мне нужна та фишка в твоем голосе, которая будет тембрально сразу узнаваема», — а самое непростое, это найти свой тембр и свой стиль. Ты можешь подражать кому угодно, но ты же должен быть любим и считываем слушателем по своему тембру, которым тебя Бог одарил. У каждого свой тембр, своя чистота голоса, именно она привлекает человеческое ухо.
Сказал, что мы сделаем песню у лучших авторов того времени, это Владимир Матецкий и Александр Шаганов. Этуу песню я ждала долго, «Огни, огни, на небе огни».
Я заболеваю, причем так, что голоса нет вообще, температура. Звонит Юрий Шмильеви. Я говорю, что заболела. Он: «Не переживай, просто заедь в студию, я тебе покажу текст, послушай, написали же для тебя, мы так долго ждали».
Я еду в студию, но я не ожидала, что может быть такое. Он мне дает текст: «Заходи в студию, становись к микрофончику». А у меня возмущение: как я буду сейчас петь? Он что, не понимает, что у меня температура, голос «нулевой»? И он говорит: «А ты просто от начала до конца спой, просто спой, как споешь».
Откуда-то, наверное, от возмущения, вдруг появился голос, и я поняла, что именно это он и возьмет. Вышла в таком состоянии, как будто тебя использовали. Несправедливость прет изнутри: он коммерческий человек, ему только деньги нужны, он что, не понимает, что это твое здоровье, голосовые связки, очень нежные и трепетные.
А он говорит: «Вот теперь это круто, мне не нужны твои крутые вокальные данные, мне нужна твоя хрипотца, это твоя узнаваемость».
Конечно, я была шокирована этой историей, но я также четко поняла — тут выживает сильнейший, здесь нет человеческих переживаний или ожиданий, пока ты выздоровеешь. Ты есть, если ты можешь «здесь и сейчас». Нет — иди. Это закон жанра.
Ты должен быть в любых ситуациях в хорошем расположении духа, всегда здоров, всегда счастлив и открыт публике, что бы внутри у тебя ни было.
Поэтому я своему коллективу всегда говорю — что бы ни было, мы работаем для людей, для их радости. Я очень благодарна Льву Валерьяновичу Лещенко, у которого я научилась этому. Когда я кроме своих сольных номеров пела и на бэке, он говорил: «Катя, тебе не западло еще на бэк-вокале мне помочь?» — «Ну что вы, я буду счастлива помочь вам и на бэк-вокале, и свои сольные номера исполнять в вашем концерте, я вам очень благодарна». И я видела, что без сна, холодный, голодный, неважно в каком состоянии, он выходил эту сцену и целиком отдавал себя. И ни один человек не мог заподозрить, как ему это далось, что с ним происходило. Поэтому это великая сила - мастерство.
Самое важное в жизни
Прежде всего уважение к себе и к этому миру. Мой папа всегда учил так — будет у тебя последняя денежка, отдай ее, поделись, и Бог тебе даст, никогда не жадничай. Я навсегда запомнила эти фразы, действительно очень важно уметь делиться с человеком, если кому-то плохо, обязательно помочь.
То гостеприимство, которое царило в нашем доме, для меня всегда было эталоном, как нужно принимать гостей, все лучшее на стол, и душа всегда открыта, поэтому я очень благодарна своим родителям за то, что дали нам такое воспитание.
На опыте своей жизни могу сказать, что хочется всегда оставаться человеком, какие бы ситуации ни происходили. Всегда надо оставаться собой - в любой ситуации, со своим достоинством, честью, с высоко поднятой головой. Мне не стыдно за свои поступки, я могу посмотреть человеку в глаза, потому что понимаю — я хочу, чтобы люди относились ко мне так же, как я к ним отношусь.
И если ты не продаешь свою душу, то Бог всегда с тобой.