24 июня 1836 года по старому стилю (5 июля 2023). Несколько дней назад кавалерист-девица осаждала дачу Пушкина, но не застала его дома. Узнав о ее посещении, Пушкин отправил ей вежливое письмо, которое, конечно, не смогло ее успокоить и охладить. Ей необходимы ее переписанные «Записки», ей необходима пушкинская рука, их умело редактирующая, ей необходимо, чтобы государь император познакомился с «Записками» теперь же и отдал приказ печатать их в Императорской типографии, и ей необходим гонорар. Фантастическая женщина! «Видеться нам, как замечаю, очень затруднительно; я не имею средств, вы — времени. Итак будемте писать; это всё равно, тот же разговор. Своеручные записки мои прошу вас возвратить мне теперь же, если можно; у меня перепишут их в четыре дня, и переписанные отдам в полную вашу волю, в рассуждении перемен, которые прошу вас делать, не спрашивая моего согласия, потому что я только это и имел в виду, чтоб отдать их на суд и под покровительство таланту, которому не знаю равного,
24 июня 1836 года по старому стилю (5 июля 2023).
Несколько дней назад кавалерист-девица осаждала дачу Пушкина, но не застала его дома. Узнав о ее посещении, Пушкин отправил ей вежливое письмо, которое, конечно, не смогло ее успокоить и охладить.
Ей необходимы ее переписанные «Записки», ей необходима пушкинская рука, их умело редактирующая, ей необходимо, чтобы государь император познакомился с «Записками» теперь же и отдал приказ печатать их в Императорской типографии, и ей необходим гонорар. Фантастическая женщина!
«Видеться нам, как замечаю, очень затруднительно; я не имею средств, вы — времени. Итак будемте писать; это всё равно, тот же разговор.
Своеручные записки мои прошу вас возвратить мне теперь же, если можно; у меня перепишут их в четыре дня, и переписанные отдам в полную вашу волю, в рассуждении перемен, которые прошу вас делать, не спрашивая моего согласия, потому что я только это и имел в виду, чтоб отдать их на суд и под покровительство таланту, которому не знаю равного, а без этого неодолимого желания привлечь на свои Записки сияние вашего имени, я давно бы нашел людей, которые купили бы их или напечатали в мою пользу.
Вы очень обязательно пишете, что ожидаете моих приказаний; вот моя покорнейшая просьба, первая, последняя и единственная: действуйте без отлагательства. Что удерживает вас показать мои записки государю, как они есть? Он ваш цензор. Вы скажете, что его дома нет, он на маневрах! Поезжайте туда, там он верно в хорошем расположении духа, и записки мои его не рассердят.
Действуйте или дайте мне волю действовать; я не имею времени ждать. Полумеры никуда не годятся! Нерешительность хуже полумер. [эту фразу она взяла из письма самого Пушкина]; медленность хуже и того и другого вместе! Это — червь, подтачивающий корни прекраснейших растений и отнимающий у них возможность принесть плод! У вас есть враги; для чего же вы даете им время помешать вашему делу и вместе с тем лишить меня ожидаемых выгод?
Думал ли я когда-нибудь, что буду говорить такую проповедь величайшему гению нашего времени, привыкшему принимать одну только дань хвалы и удивления! Видно, время чудес опять настало, Александр Сергеевич! Но как я уже начал писать в этом тоне, так хочу и кончить: вы и друг ваш Плетнев сказали мне, что книгопродавцы задерживают вырученные деньги. Этого я более всего на свете не люблю! Это будет меня сердить и портить мою кровь, чтоб избежать такого несчастия, я решительно отказываюсь от них; нельзя ли и печатать и продавать в императорской типографии? Там, я думаю, не задержат моих денег?
Мне так наскучила бездейственная жизнь и бесполезное ожидание, что я только до 1-го июля обещаю вам терпение, но с 1-го, пришлете или не пришлете мне мои записки, действую сам.
Александр Сергеевич! Если в этом письме найдутся выражения, которые вам не понравятся, вспомните, что я родился, вырос и возмужал в лагере: другого извинения не имею. — Простите, жду ответа и рукописи.
Вам преданный Александров.
24-го июня 1836-го года».
Реакцию Пушкина узнаем завтра в ТГ-канале «Год с Пушкиным». Подписывайтесь, чтобы быть в курсе событий. Настоящая драма впереди.