Если открывать серию «Примархи» с надеждой почитать что-то о первых годах жизни того или иного примарха, то эта надежда чаще всего не оправдается. Однако Гэв Торп, приступая к рассказу о Лоргаре, примархе XVII легиона, решил написать именно о его юности на Колхиде. Повесть получилась спорной, и о ней у меня есть немного очень личного мнения.
Скажем прямо: сюжет книги линейный и без особенных вотэтоповоротов, довольно прямолинейный по концепции и немного «лобовой» по морали. Однако сам подход — детство примарха — интересен уже с информативной точки зрения. Если кто ждал боевок — их очень немного, во второй половине. Зато чисто бытовые, житейские подробности описаны подробно, и это книге только в плюс. То есть будто читаешь старую добрую фантастику тех времен, когда фантасты — Саймак, Шекли и другие корифеи — взахлеб описывали другие планеты. Впрочем, Торп милосердно не завязывает действие на этих условиях, просто их приходится учитывать при понимании, почему колхидцы живут именно так. Торп, видимо, давно хотел написать что-то этакое: Дюна без спайса, Татуин без джав… (Дюна, кстати, ближе всего — в пустыне еще и Шаи-Хулуд обнаружится, вернее, Король-Змей). Для миров Вархи Колхида не уникальна по природным условиям. Однако ее уникальность — в очень высокой степени религиозности, пожалуй, по накалу превышающей земное средневековье.
И там есть кактусы!
Носитель Слова — это почитаемый проповедник, раввин. Первый Носитель Слова, которого мы встретим, — Кор Фаэрон. Самого Лоргара мы впервые увидим в палатке кочевников, которые его подобрали и приютили. Сияющий золотой ребенок с фиолетовыми глазами и примаршьей аурой шикарности, — плох тот Носитель Слова, который не попытается сделать из этого ребенка какую-нибудь аватару и использовать к своему возвышению. И Кор Фаэрон мыслит именно так.
Любопытно, что имя «Лоргар» расшифровывается как «Призывающий воду». Он уже второй примарх, чье имя связано с водой, — еще один это Фулгрим. Думаю, таким образом подчеркивается восприятие обычных людей, в котором юный примарх символизирует нечто сверхценное. Но у воды много значений. Живительная влага — и в то же время беспощадный океан. И еще один смысловой слой: вода меняет форму. «Ты как вода: ты всегда принимаешь форму того, с кем ты» (с). Лоргар примет форму, которую придаст ему Кор Фаэрон. Форму жесточайшего абъюза, постоянных унижений, крайне сурового обучения на грани зомбирования. И это будет форма религиозного фанатизма.
Можно винить в предательстве Лоргара самого Императора, разрушившего Монархию. Или влияние Губительных сил. Или личность Кор Фаэрона — подозреваю, не найдется ни одного читателя, которому понравится этот персонаж.
Однако давайте посмотрим, чему обучает Лоргара жизнь на Колхиде. Там есть рабство. Во многих религиях рабство подается как устоявшееся явление: «так бог дал». На Колхиде рабство преподносится как заслуженная кара за оскорбление богов. В то же время Кор Фаэрон подчеркивает, что все люди — рабы Сил. Там есть неравенство. Если ты кочевник-Отвергнутый, то ты «лишенная веры пустынная крыса» вне зависимости от личных качеств и даже от собственной веры. Эта планета полна насилия. Столица мира, Варадеш, — это «рай для Сил и ад для смертных». Но из этого ада изгнали Кор Фаэрона, потому что на Колхиде очень легко все потерять. Фатализм, исступленная религиозность, а также ханжество разлиты в воздухе. Лоргар, который обнаруживает, по-видимому, способности к телепатии, видит все это — и учится на лету. Иногда это порождает комичные ситуации, например, он выучил массу ругательств. Но еще он выучится беспощадности и отношению к людям как к инструментам.
Любопытен образ Найро. Это раб, но прежде он был философом и учил, что все люди равны перед взором Сил. Однако с Лоргаром он поступает вполне в духе Колхиды: втягивает его в мятеж. Правда, у Кор Фаэрона на Лоргара планы похлеще.
Все, конечно, скорее обратят внимание на Кор Фаэрона и самого Лоргара. Кор Фаэрон — садист и мелкий тиран. В нем кипит масса кармообразующих страстей: амбиции, самомнение, желание возвыситься. И в то же время он совершенно искренне считает себя ответственным за множество душ. Чего он хочет? — вернуть Истину Завета и стать владыкой Варадеша. Совместить приятное с полезным. Когда выясняется, что у Лоргара есть более интересные перспективы — возглавить легион, Кор Фаэрон охотно идет за ним. Но не как соратник или подчиненный, а как шея, пытающаяся вертеть головой. В финале, правда, до него дойдет, какова его роль при Лоргаре на самом деле.
Лоргара Торп вначале изобразит как хорошего и несчастного парня. Например, он терпеливо сносит побои Кор Фаэрона, а возвысившись, проявляет кое-какую заботу о людях. Поиски великой истины, возможно, кому-то покажутся трогательными, а обещание рабам свободы — искренним и прогрессивным. Вот только склонность безжалостно избавляться от тех, из кого больше ничего из них не выжмешь, не скроешь: она была у Лоргара с самого начала. И «провести чистку» несогласных, каковы бы ни были их заслуги перед Лоргаром, он стремится сам, от Кор Фаэрона требуется только озвучить это желание. Мнимая покорность, послушание и кротость — это не качества жертвы, это змеиное терпение в ожидании удобного случая. «Лучший способ утаить свои цели — спрятать их под плащом другого человека» (с)
Кое-кому книга может показаться скучноватой — она не очень динамична, мало боевок, много бесед и поучений… «разговаривают, разговаривают, контрреволюция одна» (с); кто-то обидится за любимого примарха, показанного нелицеприятно, к тому же в повести больше про Кор Фаэрона, чем про Лоргара. Мне же было интересно почитать именно о молодости примарха и влиянии его окружения на то, как складывался его характер и убеждения.