Знать, что ты любима, вся, до каждой клеточки, чувствовать на себе прикосновения, такие разные, угадывать их и не угадывать. Зачем?
Когда ты изводила себя и не находила этой любви, а тут океан прикоснулся волной, и растаял, и прошептал:
Девочка моя, ты можешь расслабиться, вся, ты так долго к этому шла, и пришла, совсем-совсем, всё.
И выдох.. вдох...
И совсем новое дыхание.
И Ксюша чего-то там вибрирует и направляет правильно. И нет ни давления, ни невозможности, ничего, свобода и бесконечные прикосновения. И сердечко и поцелуй в лоб - а что теперь для тебя любовь?
А дальше не было границ, хотя, конечно, были, но были открытия, открытия, открытия, и роднота, и страхи потихоньку опадали, как прошлогодние листья. А любовь в каждом прикосновении - прохладных ещё досок к босым ногам, или влажной травы, пройти по луже, раствориться в мире и представлять, как всё не то, чем кажется, и до последнего дня вместо машин у меня накатывали океанские волны.
И Катюшкино - ты океан любви, и море, все моря, обьединённые вместе.
Я не разжалась, не всё смогла почувствовать, прочувствовать всем, объединиться и объединить, и всё равно где-то обманывала.
Но я смогла разрешить себе всё, что могла, что чувствую, чувствовать, верить, принимать, гладить и гладиться, ловить солнечные лучи и каждое слово, и взгляд, и быть рядышком, и дарить, и принимать, и улыбаться. Не смочь и попросить помощи, учиться говорить словами, и в этом найти свою веру, самую, самую сильную, и надёжность, которая теперь всегда со мной, за ручку, и если турбулентность, они выведут, поднимут над облаками, где самая красота и солнце.
А потом смочь, просто смочь, расслабиться и поверить, и ждать, когда же следующий, и что ещё будет, и впитывать это, потому что нет границ в момент любви, когда нет переживаний и страхов. И ждать следующей консультации до мурашек, и следующего курса (это точно не я).
И я любовалась всеми, парочками такой глубокой родноты, будто они одно, были всегда, распускающимися львами и леопардами, самым красивым и нежным оленем и страстной рысью, такой завораживающей своей непосредственностью, невероятностью, и любовью к каждому.
Наша любимая, сколько же любви в тебе, нераскрытой, пульсирующей, ещё неприручённой, но такой трепетной. Спасибо за твой огонь рядышком с первого до последнего дня, тот, который тоже я так долго ждала, а ты смогла его пронести и не ранить, ты чудо.
И ромашковый чай, который мы пили, чтобы гладить и приручать твой огонь))
И красотой, я уже открывала её для себя, а сейчас смотрела через неё, на то как она может быть во всём, даже в том, как кто-то держит кружку, или прикасается к миру, или как будто в одиночестве завтракает, а на самом деле в бесконечно любящей полноте момента, я оглянулась и заворожилась, а фото отразили ещё красивее)) и я хочу её раскрыть так же, как Ариша - моё бесконечное любование, Ириша - прикосновение красотой ко всему, лёгкое, но остающееся навсегда, Иннулечка - распускание самого прекрасного цветка, освобождение, лепесток за лепестком, и вот она вся, такая, как всегда была, сотканная из любви, нежности, грации, силы.
Кому-то я не смогу сейчас сказать, вернее сказала бы, но чем-то другим, особенным прикосновением, и верю, что говорю, в этих словах, в том, что чувствую, как оно раскрывается сейчас, само готово литься, а я не хочу больше сдерживать, а хочу пропускать, разрешать, обнимать, гладить, не важно кого, чувствовать и спрашивать, учиться не ранить и не раниться. Быть этим океаном, Катюша, Ариша, у меня есть уже "суровая Уральская открытка", которую я перечитываю, где ты видела во мне океан, и теперь новые открыточки - твои поцелуйчики.
Одно сердце - два города.
Ксюшенька!
Я любовалась тобой бесконечно, твоими улыбками и прикосновениями, твоей силой, тем, как ты умеешь, видишь, чувствуешь, ведёшь, обнимаешь, гладишь, впускаешь в себя, благодаришь и ценишь, разрушаешь и трепетно раскрываешь для мира новые росточки, новых нас. Я любовалась и счастлива оттого, что у нас есть тыю
И всё же думала, а у тебя? Ведь если не ты, то как я смогу быть так собой, должна же быть.
А у тебя есть ты)) но ты не просто кому-то веришь, где-то веришь.
Ты - весь мир, как есть, во всей полноте, и ты любима всем миром, и любишь всем миром.
Но даже и это не всё. Ты просто и есть любовь, всё есть любовь, а тебя нет) ты есть, чтобы нам увидеть, почувствовать, прикоснуться, увидеть в себе.
И мы можем, потихонечку растворяясь и чувствуя себя всё больше любовью.
Когда не ты даёшь или берёшь, а просто в любви, без разделений
И в этой бесконечной любви я ехала в такси, и не могла не писать, не петь её, самый грустный обычно момент растянулся в самый счастливый. Правда потом случайно всё удалилось) но чтобы расплакаться от другого - сколько любви ко мне пришло, окутало, сколько её у меня есть, как океан гладит волнами спину, а я всё вглядываюсь вдаль. А можно обернуться и обнять. Или не оборачивается, а пропустить и стать им, с ним. Всё можно
Я так хочу этого.
А ещё я привезла на себе миллиарды прикосновений, новых, непознанных, которые то там, то тут отзываются особенной теплотой, и кем-то родным.
Янушка Есина из бутона любви