Вирана Первая.
- Ваше Величество, - я вздрогнула, услышав тихий голос Кридана. Практически все время лиар проводил в своем львином теле, не нарушая тишины. Мысли мои были устремлены к министрам. Новым министрам, тем, кто будет предан мне. Восемнадцать лет я ждала того дня, когда удастся раз и навсегда избавиться от монархов иных земель. Их смерть привела в действие силы, которым суждено уничтожить все прежние устои. Новый город строится поверх разрушенного. Так было всегда, и ничто не изменит этот порядок.
- Да, Кридан?
- Мы не одни. Здесь...
Договорить он не успел. С нависшей над нами скалы спрыгнул крепкий мужчина и тотчас атаковал лиара. Тот даже не успел обратиться. Впрочем, это ничуть не мешало Кридану. Ощущая опасность, лиар попытался увести противника в сторону, чтобы дать мне возможность скрыться. Вот только я не намеревалась это делать. С искренним любопытством я следила за тем, как мужчина ловко блокирует удары лиара. Наконец, он заставил Кридана совершить ошибку, воспользовавшись ею, подсек ноги лиара иподставил кинжал к горлу не позволяя ему подняться вновь.
- И это все, на что способен твой спутник? - не спуская взгляда с Кридана тихо спросил мужчина, зная, что я расслышу его слова.
- Мальчишка слишком юн, чтобы сразиться с равным тебе. Очень сильно сомневаюсь, что в свои семнадцать лет ты был столь же хорош, Варросс.
- Ты многое успела позабыть, Вирреен. Я был его возраста, когда научил тебя быть районак не только нося мантию и стиану на голове, но и ведя авангард в бой, - улыбка едва коснулась его губ, но я знала, что воспоминания ему приятны. Небрежно спрятав кинжал обратно в ножны, он помог Кридану подняться.
- Я ожидал встретить вас еще вчера.
- Мне не хотелось торопиться. Твои люди завершили работу?
- Да. Поздравляю, Ваше Величество, никто из наших преданных министров не достигнет Клентона.
- Значит, твои люди займут свои посты в королевской гвардии. А ты, Варросс встанешь во главе армии моим уалтаром. Эти горы и земли, окружающие их, теперь принадлежат тебе. Жить здесь невозможно, да и не нужно - твое место в Клентоне, но, взимая плату за проезд, ты обеспечишь золотом всю жизнь своих расточительных внуков.
- Едва ли у меня дети будут, Вирреен, - от души расхохотался Варросс. - Но спасибо.
- Твой отец и братья сделали для меня несравнимо больше, чем кто-либо в этом мире. Фелгар займет место первого министра.
- Мой отец-тюремщик? - улыбка разбойника стала шире. - Неужели и моих младших братьев ждет нечто большее, чем виселица?
- Верно, - в ответ улыбнулась я. До сего дня я даже и не подозревала насколько соскучилась по другу. - Валтасар оказал мне величайшую услугу, заманив всех правителей на Север. К тому же, он вложил в голову районак Юга мысль привести на Север Кридана. Он станет министром внешних связей.
Насколько я помню, Доргос весьма прозорлив. Значит, будет заниматься денежными вопросами, а младший, Белдос, возьмет на себя все остальные вопросы, которых, при моем правлении будет возникать все меньше. Что касается заговоров и выявления предателей, то Кридан уже доказал свою незаменимость. Он встанет во главе Призрачной стражи. И еще, об истинной сущности Кридана знаешь только ты, - соврала я. - Секрет не должен быть раскрыт. Если хоть одна живая душа узнает правду, я сожгу тебя заживо.
- Вы можете полагаться на меня, Ваше Величество, - серьезно кивнул он. - Думаю, нам пора ехать. Погода начала меняться, и если снегопад застанет нас прежде, чем мы покинем ущелье, немногие переживут эту ночь. Мои люди встретят нас через два часа.
Кивнув, я оседлала коня, подаренного табунником. Чудесное животное. Я все еще не знала, какое имя ему дать. Я поменяла уже три, не удовлетворенная ни одним вариантом. Мы войдем в историю. А у легенды должно быть звонкое имя.
Варросс был пешим, но легко держался наравне со мной.
Когда меня выслали прочь из столицы, Фелгар послал весточку своему старшему сыну Варроссу, чтобы тот встретил меня в Пернетте, где он жил с матерью и братьями. Король не позволял слугам иметь семьи и высылал тех в столицу льдов, запрещая возвращаться к супругам. Ненависть заполонила город, и вскоре эта ненависть превратилась в преданность ко мне. Я стала районак не в день смерти отца, меня короновали в Пернетте. Сыновья Фелгара выкрали меня из заключения, покойный мастер Корас научил мастерить луки, которые по дальности превосходили все другие, а разбойник Варросс вложил в мои руки мечи. Два клинка, работающие вместе и не дающие противнику ни одного шанса на жизнь. Тебе не нужен щит - мечи защитят от чужого клинка. Прошло так много лет, но уроки не забыты.
Лишь Фелгар знал о том, для чего на самом деле я велела возвести крытую арену для казней. В моей голове и мысли не было об удобстве зевак. Здесь я скрещивала мечи с теми, кто на утро должен был умереть. Скрытая от любопытных глаз, я снова и снова выходила на арену. Приговоренные лишались жизней, а те, кто мог устоять против меня - языка. Тайна оставалась в стенах арены. Лишь преданный Фелгар, штопающий раны неумелой, зато твердой рукой, знал о моих уроках.
Конечно, как районак я могла не бояться реакции народа, однако болтовня могла бы покинуть границы Северной земли, что в плане с правителями не сыграло бы мне на руку. Теперь, можно будет не стесняться. Мой дед нередко устраивал особую охоту, где дичью выступали приговоренные. Думаю, я продолжу эту семейную традицию. Это будет после того, как я подчиню себе все пять земель. И никто мне не сможет противостоять.
Но сначала мне нужна помощь.
- Варросс, поведешь с собой Кридана. Я догоню вас позже.
- Что ты задумала?.. Ваше Величество?
- Оставь вопросы, Варросс, - я перехватила повод, заставляя коня развернуться в сторону узкого прохода. - Просто замедлите шаг. В Клентон мы войдем вместе.
Айрис Лаверье.
Осознание того, что мой рассудок уже не так верен мне, как раньше, гнало меня вперед быстрее любого страха. Я всегда была рассудительной и полагалась на остроту собственных суждений, а здесь я была не просто в растерянности. Казалось, что весь мой мир рухнул. Именно в этот момент. Не тогда, в борделе, когда моя жизнь стояла на кону против жизни месье Джовари, а именно сейчас, когда я больше не могла доверять себе.
За это время я успела отойти от Залле на приличное расстояние. А если учесть, что через лес можно срезать приличный угол, то все выходит даже лучше, чем я могла предположить. После обморока двигаться стало намного легче. Я шла быстрее, на сон стала тратить всего по три часа в сутки. Простенькие силки, которые я ставила на ночь, периодически снабжали меня свежей дичью, но частенько я оставалась голодной. Долго такого ритма мой организм не выдержит. А значит, выход у меня только один…
Небольшая деревенька приветливо манила обещанием крова и практически бесплатной пищей. Если ты дочь продажной женщины, то тебе нужно учиться выживать всеми возможными способами, на которые только способен человек. Воровство, определенно, не самый худший из них. Запахнувшись в мамину шаль, я сидела прямо на снегу, опершись спиной на ствол дерева прямо на краю леса, и рассуждала, как проще добраться до желаемой добычи. Всегда можно срезать кошель у невнимательного зеваки, но деньгами придется расплачиваться, а значит попадаться на глаза. Разумнее будет стащить еды и какой-то одежды потеплее. Если первое на местном рынке было лишь вопросом времени, то вот вторая цель казалась мне абсолютно нереальной. Но если я буду сидеть тут, то припасы сами в моей сумке не появятся. Нужно поднимать свое тело и нести его туда, где определенно есть чем поживиться.
Черт возьми, я, похоже, переоценила свои силы. Любой другой воришка на моем месте был бы счастлив до смерти, оказаться на рынке в день большой ярмарки. Любой, но не я. Толпы людей, которые не следят ни за чем вокруг себя, а лишь глазеют по сторонам на всякие диковинки. Это же клад. Но я со своей рыжей шевелюрой и смуглой кожей сама была чем-то вроде невиданного чуда-юда, и постоянно ловила на себе удивленно-заинтересованные взгляды местной публики. Жаль, что боги не дали мне ни таланта петь, ни таланта танцевать. Тогда можно было бы заработать честным путем, затесавшись в лицедеи.
Набросив шаль на голову как платок, я петляла между людьми, попутно опустошая карманы. Уже оказавшись на рынке, я пораскинула мозгами и решила, что лишней монета быть не может. Люди настолько были заняты ярмарочной мишурой, что не замечали, как моя маленькая ручка шарит по их карманам. Немного потолкавшись, я подобралась к прилавку и без зазрения совести стащила то, что плохо лежало. Вяленое мясо. Отлично. Теперь достать немного сыра и хлеба, и можно уносить ноги. Снова в леса. От этой мысли я сморщилась. Как бы я не боялась быть узнанной, а среди людей гораздо лучше, чем среди деревьев…
- Эй, ты! А ну стой! – вот демоны, только этого не хватало. Кровь моментально отхлынула от лица, а в голове пульсировала лишь мысль о том, как было бы здорово провалиться сквозь землю. Расталкивая людей и яростно работая локтями, я попыталась скрыться в толпе, но где там. Чьи-то сильные руки схватили меня и почти оторвали от земли. Попалась, милая.
- Кто это тут у нас? – я наконец-то увидела говорящего. Невысокий, коренастый мужчинка, с уже заметной лысиной. Интересно, как это у него уши не замерзли в такую погоду и без шапки. – Какая непривычная внешность. Вообще-то воришкам лучше не быть такими заметными.
- Понятия не имею, о чем вы, месье,- я сделала самое умильное лицо, на которое только была способна. Немного паники в глазах и дрожи в голосе. Но, похоже, этих псов так просто не подведешь.
- Девочка, я сам видел, как ты стащила кусок мяса с того прилавка, - теперь мне даже панику играть не нужно. Она стала вполне настоящей. – Но ведь это не самый большой из твоих проступков, ведь так?
- Да это же та девка, которая убила кого-то из магистрата неделю назад в Залле, - раздался из толпы мерзкий крякающий голос. Эмма. Видимо, этой противной старой кляче так и не удалось восстановить репутацию ее драгоценного дома для утех. Что же, она умеет появиться вовремя там, где ее совсем не ждут.
- Это не я, - возразила я, пытаясь вырваться из захвата.
- А много ли рыжих девчонок со смуглой кожей южанки найдется по всей Северной земле? – туше. Этот лысеющий болванчик всего лишь одной фразой припер меня к стенке. Не думала я, что магистрат будет так тщательно мстить за этого толстяка. – В темницу ее. Именем районак, эта девчонка обвиняется в воровстве и в убийстве. По законам королевства ее повесят на рассвете.
- Это все клевета! – я кричала так громко, как могла, надеясь, что хоть у кого-то проснется жалость или сочувствие. Но зрелище для людей по-видимому важнее жизни какой-то оборванки, которую, ко всему прочему, обвинили в воровстве. Это лишь еще одно низкое развлечение для их недалеких умов. – Уберите руки!
- Не стоит надрываться, за тебя тут никто не вступится, - тоже мне, умник нашелся. Можно подумать, я сама этого не вижу по мрачным лицам этого, с позволения сказать, общества. Но надежда умирает последней.
- Я никого не убивала! Неужели вы повесите невинного человека? – попробуем давить на совесть. Хотя тут так же пусто, как и с жалостью. Печальная какая-то ярмарка выходит.
- Невинная блудница – это что – то новое, - снова донеслось и толпы, которая тут же загоготала, как сборище гусей.
- Я не блудница, - возразила я, но голос предательски дрогнул, а на глаза навернулись слезы.
- Поплачь, деточка, покайся, - пробормотала какая-то старая сгорбленная старушка, опирающаяся на длинный посох, который был чуть ли не вдвое выше нее. В ее глазах я увидела сочувствие, которое искала. Отлично. Просто замечательно.
- Мне не в чем каяться, бабушка, - грустно улыбнулась и бросила я, обернувшись. Лучше б не оборачивалась. Сердобольная старушка осенила меня жестом, которым обычно прощаются с покойником на похоронах. И чего же мне в лесу не сиделось?
- Тогда тебе лучше молиться, - хохотнул глазастый стражник с хорошей, чтоб ее, памятью. Как же он с такими талантами до сих пор в городской страже сидит? – Как и все, молишься Верховному, или покровитель есть, как у южан?
- Я не верю в богов, - ответила я, поднимая глаза к небу. – Нет там никого. Люди выдумали их, чтобы было проще найти объяснение собственной глупости.
Больше мне не сказали ни слова. Конечно, о чем же говорить с такой умалишенной, как я…
Вирана Первая.
Метель и темнота практически ослепили меня. Конь, между тем продолжал движение, явно не замечая происходящего вокруг. Я опустила поводья, позволяя ему идти самостоятельно. Конь той же породы, что и у Мидира. Те же порода, цвет, та же преданность. Возможно, я дам ему то же имя. Но это будет позже. Сейчас у меня другие проблемы, решить которые просто необходимо.
Мало кто знал, что это едва заметное узкое ущелье ведет в маленький городок, где живут те, кого побоялся убить мой дед, а тем более не решился отец. Освященные знанием - те, кого боги отметили особым даром, представляли реальную угрозу даже правителям, за спинами которых стояли тысячи людей с оружием. Одно слово, сказанное ими, могло изменить судьбу целой страны.
Ветер неожиданно резко стал ледяным. Я почти у цели. Спешившись, я сбросила сапоги и мантию, оставшись в одном тонком белоснежном платье. У Освященных знанием есть лишь один король - Ледяной бог. И чем ближе я буду к нему, тем благоприятнее станет мне ответ. Главное не дрожать от холода. Стать частью его, впустить стужу в свое сердце.
- Тебя не звали, Вирана, - услышала я голос, доносящийся издалека.
- Дочь Ледяного бога, как снег, приходит туда, куда ее направит рука отца.
- Освященные знанием могут растопить любой снег, - в кромешной тьме я не видела говорящую, но она была совсем рядом.
- Но они не способны растопить ледяные горы, которых, как и я, дети Ледяного на земле.
- Что тебе надо? - я прошла испытание. Мне и прежде доводилось встречаться с одной из Освященных знанием, вот только встречи со мной жаждала она.
- Я уничтожила ложных королей. Западные, Срединные, Восточные и Южные земли теперь свободны. Не осталось больше никого, в ком бы текла жаркая королевская кровь. Дочь Ледяного должна управлять миром. Очень скоро, по злому умыслу или с открытым сердцем люди, не ведающие холода, придут в мои земли. Вы должны мне помочь.
- И что мы должны тебе? - голос женщины изменился. Плохой знак.
- Прежде, чем стать частью империи Ледяного бога, они должны отречься от своих богов. Когда их изнурит война и безответные молитвы, я соберу их под своим знаменем и под знаменем Ледяного бога. Помогите мне закрыть границы Северных земель с воды и земли. Мой дед установил власть Верховного бога, но при мне Лед вновь взойдет на престол. Я возвращаюсь в Клентон, истинную столицу Севера. И если это не свидетельство моей преданности, то, значит, Освященные знанием давно утратили дарованную свыше мудрость, - я не заметила, как перешла на крик. Мой голос долгим эхом отражался от гор.
- Ты получишь то, чего хочешь.
Я вздохнула с облегчением. Ложь, так легко сорвавшаяся с моего языка, сделала свое дело. Не только желание управлять всеми пятью землями, но и страх за собственную жизнь заставлял меня действовать. Пересуды будут всегда, рано или поздно найдутся безумные смельчаки, решившие уничтожить ту, в чьем замке пролилась венценосная кровь. О, в этом я не сомневаюсь. Но я не позволю им так закончить мою легенду. Нет. Я слишком долго ждала своего возвышения, чтобы падать столь рано. Нет, у меня другие планы на смерть.
- Когда все предписанное мной сбудется, ты и твои сестры покинете это место. Вы займете свое место в храмах во всех сторонах света, наполните новый мир забытой истиной.
- Да будет так.
Внезапно яркая вспышка заполнила все окружающее меня пространство. На какое-то время мне показалось, что я оказалась в центре пламени, но жара не было. Я почувствовала лишь тепло. А потом все погасло, но тьма уже не была столь непроглядной. Теперь я видела лицо стоящей напротив меня женщины.
- Алинджберра? - древнее имя само всплыло в моей памяти. - Но как такое вообще возможно?
- Древние боги уже проснулись, моя дорогая Вирреен, - ее губы тронула едва заметная улыбка. - Я чувствую, как они благословляют земных детей своей лаской и защитой. Ледяной бог вдохнул в тебя новую жизнь в тот день, когда огонь поглотил ту, которую ты произвела на свет. Лед сковал твое сердце и заострил разум. Бог вел тебя сквозь голод и холод и ты нашла забытую истину, как мы, Освященные ею. Та же истина коснулась и меня.
- Я видела, как тебя закопали в снег, - мне с трудом удавалось сохранить невозмутимость. Я должна оставаться районак. Даже с той, кто стала мне сестрой в изгнании.
- Стужа свела меня в могилу, но тепло Тантиры вернуло меня к жизни. Сама богиня смерти подарила мне жизнь. И я не одна такая. Я чувствую еще одну жизнь. Жизнь, полностью подчиняющуюся длани той, кто воскресила ее. И теперь смерть и лед схлестнутся за власть.
Она замолкла, а я все еще не могла поверить в то, что видят мои глаза, слышат уши. Алинджберра. Живая. Освященная знанием. Говорящая со мной от лица других благословенных. Немыслимо. Боги, ожившие покойники. Моя легенда должна была стать иной. Но вот только какая районак не воспользуется битвой богов, когда каждый из них готов даровать ей свое благословение?
- Запомни, что обещала, Вирреен. Через меня ты говоришь с Ледяным. Он защитит твою жизнь.
- Ты поедешь со мной в Клентон?
- Нет. Этот путь уготован тебе одной. Но мы еще встретимся. Непременно...
Свинцовая тяжесть неожиданно навалилась на меня, и я рухнула на снег. Мысли в голове окончательно спутались, и я провалилась в беспамятство.
- И о ком же ты мне расскажешь сегодня, Вирреен? - учитель садится напротив меня. Он приехал с юго-западных окраин Севера, и его кожа, не привыкшая к холоду, кажется мне до смешного красной. Как брюхо у снегиря. Да и сам он похож на птицу - маленький, закутанный в теплые одежды. Отец специально вызвал его в столицу для моего обучения.
- Я закончила книгу о династии Вилландертов, - я с трудом сдерживаю свою гордость. Прежде я еще не читала столь толстых книг.
- И кто тебе из них больше всех нравится?
- Последняя районак. Летеция. Это правда, что она позволила себя Клеймить? Не выдумка?
- Да, принцесса. Районак, или, как вернее сказать, иарлэйта - правительница запада, была очень смелой и самоотверженной женщиной. Иные короли не сравнятся с ней. Лишь Джерейм Великий смог стать ей достойным спутником, но их счастье было недолгим.
- Расскажите мне еще о ней, - в своем нетерпении я совершенно забываю о правилах приличия, но учитель, кажется, и сам увлечен нашей беседой. - Это правда, что все ее дети рождались с клеймом Тантиры на шее, как у матери?
- Нам это уже никто не расскажет, Вирреен. У иарлэйты не осталось наследников. Ребенок короля Джерейма погиб в ту ночь, когда районак Анна Монтт погубила царский род. Остальные ее дети были мертворожденными. Последняя ее беременность от лиара могла бы закончиться успешно, но иарлэйту казнили беременной, а детей вырезали из утробы матери. Это были две мертвые девочки.
Слезы льются из моих глаз. Сама не зная почему, я, еще маленькая девочка, чувствую невыносимую утрату, вспоминая кроткое и вместе с тем величественное выражение лица иарлэйты Летеции. Такие же, как и у меня, золотые волосы и светлые глаза. А ее невинные детки? А король Джерейм? Даже у нас на Севере до сих пор помнят этого короля. Бесстрашный, отчаянный, честный, умеющий покорять своих врагов не оружием, а своим величием и завоевывать их сердца.
- Это правда, что у короля Джерейма была тысяча женщин?
Учитель смеется. Щеки его краснеют еще сильнее.
- Ты еще слишком юна для таких вопросов, моя принцесса. Но все же я отвечу на него. Это все выдумка. Несмотря на то, что сердца всех женщин, от Срединных до Южных земель, принадлежали ему, король хранил верность сперва матери его наследников, затем, пережив долгие годы одиночества после ее смерти, своей второй жене иарлэйте Летеции.
- Учитель, а что сделали с иарлэйтой после казни?
- Какие странные ты задаешь вопросы. Ее тело перевезли в столицу Срединных земель, Гарт, а через неделю, еще до похорон, город был сожжен восставшими лиарами-кочевниками. Это были года перераздела мира.
- А те близняшки?
- Вирреен... Ладно, но больше мы не будем возвращаться к таким вопросам. Есть легенда, что одна из девочек, которых районак велела похоронить, ожила в руках палача, лишившего жизни ее мать и сестру. Никто этого не видел, потому что прошло слишком много времени и дело шло к ночи. Палач настолько испугался, что решил сначала, что сошел с ума, но затем счел плач ребенка знаком свыше и забрал девочку себе. К тому же у принцессы было то же клеймо, что и на шее матери - клеймо Тантиры. Таких больше ни у кого не было. Традиция лиаров навсегда умерла вместе с иарлэйтой. Лишь у истинных наследников такое клеймо. Но это легенда, Вирреен. Сказка, которая украшает страшную истину.
- Вы ошибаетесь, - мой голос дрожит. - Это не сказка. Я найду наследника Летеции. Его приведут ко мне. Я найду его...
- Я нашла его... Привели... Привели... Она сама привела... Да... Мой... Нашла...
- Ваше Величество, - чьи-то горячие руки коснулись моего лица. Неприятное ощущение. Я открыла глаза и тут же ослепла от холодного утреннего света серого неба.
- Ну, тише, Вирреен, - в своей изысканной манере успокоил меня Варросс, помогая мне подняться с брошенных на снег шкур.
- Что?..
- Ты ночью нагнала нас и практически сразу же свалилась мертвым сном. Всю ночь бредила.
- Ничего не помню. Где мы?
- В дневном переходе от Клентона. Завтра ранним утром будем на месте, - разбойник протянул мне разогретое на костре вино, которое я с жадностью выпила. - Ты всю ночь говорила, что кого-то нашла.
- И что я говорила? - с опаской спросила я. Есть вещи, о которых даже Варросс не должен знать.
- О том, что тебе снился сон, что этот человек на Юге. Что все прошло как нужно и его нашли, - он нахмурил брови, припоминая подробности. - Еще что-то в духе, что районак прогадала и отдала истинную стиану тебе. О чем это было, Вирреен?
- Просто кошмар, - отмахнулась я, зная, что Варросс не отличается чуткостью и примет мои слова за правду. - Я была у Освященных Знанием, оттого и кошмары. Где лев?
- Уже не лев, - усмехнулся мужчина. - Он бережет вашу тайну.
Варросс даже не подозревал, как далек в своих подозрениях о моих планах на лиара. Кридан и сам не знал правды. Не догадывался, что значит выжженная буква "Т" на его шее.
© Энди Багира, Иррьяна, 2012 г.
Понравилась история? Не пропусти продолжение! Подписывайся на канал и следи за обновлениями.