Большинство ветеранов Великой Отечественной не оставили мемуаров. Об их заслугах можно узнать лишь из наградных листов. Тем ценнее становятся воспоминания фронтовиков. Сохранить их для потомков позволяет исторический депозитарий «Лица Победы», в котором хранятся сотни тысяч судеб воинов Красной Армии и тружеников тыла. Сегодня расскажем историю одного боя на Курской дуге красноармейца Николая Абашкина, уникальные воспоминания которого представлены в проекте «Лица Победы».
Воспоминания ветерана боев под Курском
Николай родился в селе Ржавец Рязанской области в 1923 году. В первый год Великой Отечественной он был призван в Красную Армию. Абашкин прибыл на фронт в составе минометного взвода, его боевое крещение состоялось в сентябре 1942 года в степях под Сталинградом, получил там ранение. Мы писали об этом в предыдущем материале. Сегодня же вы узнаете, как он сражался под Курском. Вот что вспоминал ветеран об этом сражении:
«Близилось время, когда немцы должны были начать своё генеральное наступление на Орловско-Курском направлении. Этот день, как стало известно нашему командованию из агентурных источников, немцы запланировали на 5 июня 1943 года. Но вот наступил и этот день.
Немцы обрушили на наши боевые позиции сотни тонн смертоносного груза. Сотни тонн чугуна и стали беспощадно месили землю, которая спасала бойцов от смерти, но которая не могла стать могилой для него. Наша тяжёлая артиллерия тут же вступила в контрборьбу с немецкой артиллерией. Минут за двадцать до конца артиллерийской подготовки в небе появились тучи их самолётов-бомбардировщиков. Интенсивная плотность миномётно-артиллерийского огня и авиабомб настраивали на мысль, что всё живое должно погибнуть не только в первой траншее, но и на два – три километра в глубине обороны.
Нет сомнений, что немцы в какой-то степени на это и рассчитывали, однако они просчитались. Прочные инженерные сооружения не от каждого снаряда могли пострадать и, тем самым, спасти от верной гибели солдат. Минут за десять до конца артподготовки и переноса его в глубину нашей обороны наша артиллерия и миномёты открыли ураганный огонь по переднему краю врага. В воздух поднялись краснозвездные «ЯКи», которые с быстротой молнии врезались в боевые порядки немецких бомбардировщиков и рассеивали их строй, а летающие танки, так называли штурмовиков «ИЛ-2», приступили к утюживанию переднего края. Это в самом прямом смысле сказалось на расстройстве боевых порядков врага и тем самым на темпе его наступления.
Но вот немецкая артиллерия перенесла огонь вглубь нашей обороны. Пошла в наступление и пехота при поддержке большого количества «Тигров». Эту стальную лавину, казалось, не остановить. Некоторые бойцы заколебались. Да, тут действительно было от чего заколебаться. Танки шли тремя колоннами по фронту, не менее трех – трех с половиной километров по фронту. Но тут, словно боевой клич, по цепи пронеслась команда: «С танками в борьбу стрелкам не вступать, пропускать их в тыл. Это задача артиллеристов».
Конечно, эта команда подействовала на бойцов, так как каждый знал, где располагается артиллерия и сколько её. А тем временем стальная лавина подходит всё ближе и ближе к переднему краю. Прямой наводкой танки вывели из строя уже несколько боевых точек, начали утюжить и траншеи. Танки первой колонны, не встретив сопротивления в первой траншее, ринулись в тыл. Бой разгорелся за первую траншею, и с подходом второй колонны танков немцы взяли её. В это время в бой с танками первой и второй колонн вступили артиллерия и находившиеся доселе в засаде танки.
Одним за другим стали вспыхивать фашистские танки, стрелки воодушевились, бой разгорелся с новой силой, немецкая пехота залегла. Но скоро фашисты вновь пошли вперед и снова при поддержке большого количества танков. Наши полки вынуждены были отступить во вторую, а кое-где и в третью траншею. На этом и закончился первый день великого сражения. На следующий день немцы с новой силой обрушились на наши позиции. Снова новые тонны стали и чугуна были обрушено на головы Советских воинов. Но лишь в результате невероятных усилий и гибели большого количества живой силы и техники на четвёртый день боёв немцам удалось вклиниться в нашу оборону на два–три километра, т.е. овладеть двумя–тремя траншеями передовой полосы обороны.
В дальнейших боях на нашем участке немцы уже не смогли продвинуться ни на метр, они были вынуждены перейти к обороне. И лишь не прекращали ни на минуту вести методический огонь из орудий и миномётов по нашим позициям, на что мы тоже отвечали тем же. На соседей справа и слева фашисты с ещё большим рвением стали кидать свои части в наступление. Особенно сильные танковые бои разгорелись в районе станции Поныри.
С обеих сторон в бою участвовало не менее трёхсот танков. Иногда доходило до того, что танки поднимут один другого на дыбы и у того и другого кончалось горючее и они снова сползали и так рядом оставались стоять до той поры, пока не растащат их на буксире или подвезут какому-нибудь счастливчику горючего.
В результате ожесточенных семидневных боёв и при огромных потерях, фашистам всё же удалось продвинуться вглубь нашей обороны на отдельных участках от семи до двенадцати километров. И враг выдохся. Он стал поспешно переходить к обороне. Измотав главные силы противника, нанеся ему большой урон в живой силе и технике, наши войска перешли в контрнаступление».
Так прошли первые дни Курской битвы для Николая Абашкина. Вскоре он будет принимать участие в советском наступлении. Об этом мы расскажем в следующих публикациях.
Эта история представлена в историческом депозитарии «Лица Победы». Расскажите и вы о своем героическом предке на сайте проекта.
#МузейПобеды #ЛицаПобеды