Где-то между темным и светлым мирами прятался неприметный магазинчик, сверкавший неоновой вывеской "Иная техника". Продажа и аренда дрындоходов, кренделётов и прочей необычной техники были всего лишь прикрытием.
— Как ты думаешь, удастся ли нашему Ангелочку завоевать сердце этого механика? — старый грузный мужчина в белом балахоне смотрел в огромный монитор, похожий на тарелку для супа, и изучал картинку стоп-кадра, на котором застыли Леха и Ангелина рядом с чугунным люком.
На мгновение щуплый еврей, одетый в черный фрак, перестал мучить струны на скрипке и, взмахнув смычком, который держал в правой руке, произнес:
— Если Моня не ошибается, а Моня никогда не ошибается! То есть ошибается, но очень редко! И только благодаря моему чутью, — еврей хмыкнул, — а надо сказать, чито оно меня еще никогда не подводило, я могу твердо утверждать, чито этот механик скорее починит антикварный дрындоход, чем ему придется по сердцу наш Ангелочек. И почему люди так падки на красивую обертку под названием внешность? Почему не понимают, чито доброе сердце и легкий нрав куда важнее смазливого личика. И забывают о том, чито рано или поздно это самое личико превратится в сушеный изюм, в то время, как душа останется вечно молодой?
— Да, Моня! Ты никогда не научишься говорить кратко! — Изя фыркнул и менторски поднял вверх указательный палец: — Не забывай, что характер с возрастом тоже портится!
— Таки характер — продукт без срока годности! — распалялся Моня. — И да, краткость таки сестра таланта, но ви должны помнить, чито Моня гений красноречия! Если Моня начал говорить…
— То Моню хрена с два заткнешь! — мрачно оборвал его на полуслове Изя.
— Божественный! Ви знаете, чито Моня не любит когда его так дерзко обрывают на полуслове! Когда Моня говорит речь, он пытается донести какую-то мысль! А теперь Моня забыл чито хотел вам сообщить, — щуплый еврей виновато пожал плечами и развел руки в стороны.
— Я просил не называть меня Божественным! — сурово сдвинул лохматые брови Изя.
— Как еще вас называть, если имя Израиль на чисто русском означает Божественный! — с этими словами тощий еврей вознес руки к небу.
— Моня! Нам надо чтобы Алексей поцеловал Ангелину! — сурово произнес Израиль Моисеевич.
— Да, но если этот механик таки поцелует нашего Ангела без большой симпатии, то ничего не произойдет! Я сильно пробовал вызвать ревность и выпить с ней на брудершафт в здании торгового центра "Джунгли", но таки матрац прилетел раньше времени!
— Так на нем должен был улететь ты, а не эти двое! — старый Изя вновь нахмурился. — Ты должен был оставить их наедине!
— Да, Моня таки неудачник. — Щуплый еврей опустил голову.
Изя подошел к тощему еврею и, положив ему на плечи руки, по-доброму сказал:
— Не переживай, я думаю что все будет так, как мы задумали. И наш Ангелочек вернется в свое…
— Изя, я так хочу чтобы наша девочка обрела счастье! — Глаза Мони заблестели от подступивших слез.
— Думаю, у нее все получится и… — Израиль Моисеевич осекся, поскольку из монитора донесся полный неукротимого оптимизма голос Ангелины.
— Беги-беги, глупенький! Земля круглая, еще встретимся!
Изя и Моня припали к монитору, ожидая, что же произойдет дальше.
©️ Надежда Гареева