Итак, меня остановил властный женский голос у дома №12 по улице 8-Марта. Там даже красовалась табличка красного цвета, указывающая, что где-то здесь находится госучреждение.
Табличку я не успел рассмотреть и сразу поспешил обратно по разбитой дороге без пешеходных дорожек (роскошь для окраин города) к девушке в военной форме, пока не понимая - зачем лично я, Рамиль Тагиров, собственной персоной, понадобился Вооруженным Силам Российской Федерации?
А вдруг офицер в юбке нуждается в помощи? Тогда, гвардии прапорщик ГСВГ (запаса, конечно) всегда готов прийти на помощь! Как юный пионер... Я, воодушевленный неожиданной идеей, ускорил шаг в модных кроссовках фирмы "Пума".
Высокая и стройная старший лейтенант, заметив, что я не собираюсь давать дёру вниз по улице, успокоилась и стараясь изобразить строгость на очень даже красивом лице, ждала меня выше в своих ярких туфельках. На стройные ножки я сразу обратил внимание...
Что интересно, с момента изучения мной ворот военной части и до нашей романтической встречи, прошло минут двадцать. Не меньше... Видимо, было совсем непросто шагать офицеру в узкой юбке и неформенной обуви по колдобинам и ямам родных улиц и переулков...
А теперь, дорогие читатели, представьте моё удивление и изумление, когда я, весь такой чертовски привлекательный мужчина в расцвете сил (ну, почти в расцвете...) в дорогой кожаной куртке, синих джинсах и модных кроссовках, да ещё в чёрных очках, подбежал к не менее привлекательному офицеру Российской Армии и услышал до боли в сердце обидные слова:
– Мужчина, вы только что снимали на видео нашу воинскую часть! Сотрите запись немедленно!
Сейчас, когда пишу эти строки, я не могу подобрать синоним одному короткому ёмкому слову, полностью характеризующему моё внутреннее состояние на тот момент встречи на улице 8-Марта солнечной Феодосии. Могу только сказать, что я очень сильно удивился и обиделся до самой глубины загадочной души…
Но, шесть лет в армии, три года в военизированной пожарной части и пять лет в питерской милиции не прошли для меня даром. Я спокойно снял очки, взглянул в серые глаза симпатичному человеку и сухо произнёс голосом проверяющего старшего офицера:
– Товарищ старший лейтенант, Вы забыли представиться.
Девушка опешила, но, благодаря армейской смекалке, пришла в себя, скорее всего подумав о возможных проверках в период повышенной боевой готовности во время СВО. И этот импозантный мужчина вполне мог быть проверяющим офицером не ниже подполковника.
Ответ прозвучал чётко по-армейски:
– Старший лейтенант Водянова (фамилию я придумал, ибо – военная тайна…).
А на меня вновь дохнуло армейской юностью с её постоянными стрельбами и проверками. Последовал логичный военный вопрос:
– Где группа захвата? Почему вас послали одну?
Для важности вопроса я переложил сумку с левого плеча на правое, как-будто собираясь вынуть какой-то важный армейский документ. Что-нибудь типа Устава Караульной службы. Весь мой вид выражал крайнюю озабоченность происходящим.
Ответ прозвучал совсем не по Уставу:
– Да мы только с Зойкой на дежурстве! Какая группа захвата?
До меня вмиг дошло, что сейчас не до шуток. Офицер, находясь на боевом дежурстве, проявила инициативу, покину пост и бросилась одна в погоню за потенциальным шпионом. Или вражеским разведчиком... А я стою тут, весь такой красивый, и прикалываюсь.
Я вздохнул, улыбнулся и мягко спросил:
– Вас как зовут?
– Валентина (имя настоящее).
– Знаете, Валя, когда-то, давным-давно, я был таким же молодым и энергичным и даже отслужил шесть лет в армии – в Группе Советских войск в Германии. Слышали, надеюсь?
Девушка кивнула, с удивлением переваривая новую информацию. Я снова вздохнул и, протягивая свой фотоаппарат, продолжил чистосердечное раскаивание:
– Вот мой фотик, и я не умею снимать видео. Можете посмотреть…
Я не стал углубляться в тему о том, что личному консервативному мнению: фотоаппарат должен фотографировать, а по телефону нужно только разговаривать. И не следует совмещать всё в одном, да ещё там же снимать видосики.
Старший лейтенант улыбнулась, видимо втайне радуясь тому, что я оказался совсем не проверяющим старшим офицером не ниже подполковника, и спросила:
– А что вы делали около наших ворот?
Ответ прозвучал максимально честно:
– Искал урну для мусора.
– Да, ладно! – воскликнул удивленная до глубины женской души офицер Российской Армии.
Пришлось объяснить свои необдуманные действия:
– Я из Питера.
– Ой, ну, тогда понятно… – Серые глаза продолжали меня разглядывать. – А вы точно ничего не снимали?
– Даю слово прапорщика Советской Армии! Ничего не снимал.
– Ладно, верю…– Валентина снова улыбнулась и решила проявить заботу. – Аккуратней ходите по нашим улицам.
– И Вам спокойного дежурства…
И на этом мы разошлись в разные стороны, как корабли в Чёрном море. Мне даже захотелось сфотографировать старшего лейтенанта на память, но, во-первых, Валентина на службе, а во-вторых, вдруг жена увидит фото? Объясняй потом про банан, воинскую часть и улицу 8 Марта…(продолжение - https://dzen.ru/media/id/626925a692d9ad79df39fda6/prodat-vse-i-mahnut-v-krym-staryi-krym-64aa832d2531b624fe52de43)