Сегодня (3 июля) исполняется 150 лет со дня рождения Владимира Семёновича Кравченко - военного медика, одного из главных мемуаристов Цусимского сражения.
Образование
Вырос он в Херсонской губернии, его отец - статский советник. Владимир Семёнович закончил классическую гимназию в Таганроге, Императорскую военно-медицинскую академию, начал службу в пехотном полку города Гродно, но спустя месяц был переведён в морское ведомство в 17-й флотский экипаж.
Дальше началась интереснейшая и очень насыщенная служба, подробности которой он описывал в дневниках.
В начале он служил на крейсере "Князь Пожарский" в 1898 году, затем на пароходе "Днепр" в 1899 году, в 1900 году участвовал в исследовании Транзундского рейда.
В этом же году в Китае вспыхнуло Боксёрское восстание, в этот момент наш герой находился в дороге на Дальний Восток, но, проезжая Сретенск, где был сформирован отряд Субботича для оказания поддержки гарнизону Благовещенска, врач принял решение помочь солдатам и присоединился к экспедиции, тем самым получив свой первый боевой опыт. Эти действия происходили летом. Но уже в сентябре он принимает участие в высадке десанта в Шанхай-Гуань.
Все события той кампании он описал в книге «На Дальнем Востоке во время военных событий 1900–1901 года (Из дневника морского врача)», выпущенной в 1906 году.
Далее в 1902 году он по воде вернулся на Балтику и в течении 2 лет подготовил и защитил докторскую диссертацию. Началась русско-японская война.
Кравченко назначили судовым врачом на крейсер "Изумруд", который не попал в основную эскадру З.П. Рожественского. В составе догоняющей эскадры Л.Ф. Добротворского, они присоединились к основной только близ Мадагаскара, где Кравченко был переведён на "Аврору". Здесь ему пришлось немало поработать над грамотной организацией лазарета и в целом медицинской службы.
Владимир Семёнович, наблюдая общее настроение моряков писал:
«Вовсе не нужно быть пессимистом, чтобы ясно видеть, что кроме стыда и позора нас ничего не ожидает»
Его дневник наполнялся новыми записями каждый день в ходе похода.
Владимиру Семёновичу охотно помогали моряки, поэтому изменения, коснувшиеся лазарета, были приведены в действия в кратчайшие сроки. Во-первых, изменилось его расположение с жилой палубы на батарейную, так удалось увеличить площадь и сделать его более комфортным. Во-вторых, Кравченко в целом организовал процесс лечения и помощи раненым, дабы в бою лазарет работал в нужном режиме. Ближе к бою врач писал:
«Понравилось настроение аврорцев: радостное, спокойное…»
И вот, 14 мая начинается одно из главных сражений начала 20 века - Цусимское сражение.
В ходе боя Владимир Семёнович находился в правом перевязочном пункте, он внимательно следил за состоянием и поведением моряков, да и в целом наблюдал за состоянием боя.
«Лихо, отважно вел себя наш головной корабль “Олег”: он не прятался за броненосцы, не избегал стрельбы, а сам первым торопился начать ее. Заметив приближение крейсеров, он тотчас же шел им навстречу, вдвоем с “Авророй” – на десятерых, и схватывался с ними на контркурсах. От окончательного расстрела “Олега” и “Аврору” спасла быстрота и частая смена ходов: мы сбивали этим неприятеля, не давали ему точно пристреляться. За весь бой верная “Аврора” ни на одну пядь не отстала от своего флагмана. Один раз, когда “Олег” почему-то вдруг сразу застопорил свои машины, “Аврора” вышла вперед в сторону неприятеля и грудью прикрыла “Олега”. … Были ужасные, так называемые, «поворотные» точки, когда неприятель хорошо пристреливался и удачно концентрировал огонь по “Олегу”, так что последний казался весь окутанным брызгами, взметами белой пены, черным дымом с проблесками огня. Мы нередко видели, как бедный корабль не выдерживал этого огня, клал круто на борт руля, поворачивал на восемь румбов и, выходя из сферы огня, оставлял ее позади. “Аврора” тотчас же следовала его примеру, клала руля, но, катясь по инерции, должна была вступать в этот ужасный, засыпаемый на наших глазах чугунным градом, район»
Только мастерство и смекалка капитанов и всего экипажа крейсеров, спасала их от уничтожения.
Однако лазарет постепенно заполнялся ранеными, на помощь санитарам приходили моряки.
«Палуба была залита кровью, в воздухе носился едкий удушливый запах пороховых газов и гари…»
Интересным нововведением в лазарете стал рентгеновский аппарат, с помощью которого врачи обнаруживали осколки в труднодоступных местах. Моряки, впоследствии отправившиеся в береговой госпиталь, имели рисунки на руках, дабы врачи могли незамедлительно и без мучительных осмотров начать процесс лечения.
Кравченко в некоторой степени повезло, его крейсер вместе с "Олегом" и "Жемчугом" вырвался в порт Манила, в 1916 году он смог добраться до Балтики своим ходом. Находясь в Маниле, Кравченко занимался писательством, выпустил дополнения к "Морскому сборнику", написал воспоминания «На перевязочном пункте крейсера “Аврора”».
Одной из главных книг о тех событиях стала книга «Через три океана. Воспоминания о морском походе 1904–05 г.». Она была достаточно популярна, чтобы в тот же год выпустили второе издание. Воспоминания также были опубликованы в 2002 году под издательством "Гангут" и в 2014 году в серии "Медицинский бестселлер".
Далее Владимир Семёнович трудился хирургом в Санкт-Петербургской больнице. Во время войны был консультантом по хирургии, а после гражданской стал врачом 1-го участка Октябрьской ж\д.
В эпиграфе своих мемуаров Владимир Семёнович писал:
«Хотелось бы, чтобы этот дневник представил интерес не только для участников этого небывалого похода, но и для каждого, кому дорог и близок родной флот»
Его врачебная деятельность спасла немало жизней, а писательская оставила потомкам память об ужасных событиях и о героизме русских моряков.
По материалам из Российского государственного архива Военно-Морского Флота (РГАВМФ).