Новости Беларуси. Почему Беларусь идет по своему пути? Чем суверенитет помогает государству? Насколько сильна страна в геополитике? Эксперты разных сфер собрались в ток-шоу «По существу» в прайм-тайм и обсудили главный вопрос в День Независимости Беларуси.
Кирилл Казаков, СТВ:
Мы о понятии «независимость» в середине 1990-х думали немножко иначе. Парад суверенитетов – практически все наши соседи независимы от России. Мы независимы, потому что развалился Советский Союз. Кто-то восстановил независимость от Российской империи в начале XX века, как, например, некоторые Прибалтийские страны, часть стран Закавказья. У нас независимость оказалась на тот момент немного непонятной, потому что какая мода на суверенитет: новые флаги антисоветские, новые ментальные предпочтения антисоветские.
И в этот момент Беларусь проводит референдум, мы заявляем о том, что наш День Независимости – это 3 июля, потому что именно в этот день страна, по сути, оказалась независима от людей, которые ее пытались поработить. За последние 30 лет, мне кажется, шаг за шагом нам приходилось доказывать, переступать это знаменитое «мы бы пиво баварское пили, если бы проиграли» либо «если бы захватили власть фашисты, мы бы получили свою независимость». Последние слова Позняка – это полный бред.
Кирилл Казаков:
И наконец август 2020 года где-то доделал свою историю, потому что мы понимаем, что независимость – это действительно основа выживаемости. Если мы, во-первых, смогли отстоять свою страну… Отстоять не в плане территорий, как обычно в войне: давайте захватим территорию, разбежались, потому что война – это продолжение политики, и дальше грабим ресурсы вместе. Нет. Наша война была на уничтожение, и мы остались живы, и мы остались независимы. Наверняка это самое главное.
Может быть, я что-то переврал в этой истории? Но мне кажется, даже если говорить о каких-то исторических легендах, история о том, что была такая страна в мире, которая осталась жить после этой войны, – это про нас.
Игорь Марзалюк, председатель Постоянной комиссии Палаты представителей Национального собрания Беларуси:
Я думаю, да. З улікам таго, што мінус тры мільёна чалавек, на хвіліначку. А па нямецкіх планах, нас павінна было застацца мільён 300 тысяч. На тэрыторыі Мінска і Мінскай вобласці павінна было жыць 50 тысяч нямецкіх каланістаў і 100 тысяч сельскагаспадарчых рабоў. У нашым з табой любімым Магілёве і ў Бабруйску, у акругах – адпаведна па 20 тысяч немцаў і 40-50 тысяч сельскагаспадарчых рабоў.
Ёсць сакрэтная дырэктыва Розэнберга, яна знаходзіцца ў Нацыянальным архіве Рэспублікі Беларусь, там усё прапісана ў 1941 годзе пра Остланд, прадпісанні, што і як рабіць. Напісана чорным па беламу: ніякай незалежнасці, ніякай вышэйшай школы, ніякай арміі. Нас максімальна выкарыстоўвалі як эканамічны рэсурс. Заўважым, немцы так доўга вялі вайну якраз дзякуючы эксплуатацыі рэсурсаў захопленых рэспублік Савецкага Саюза. Гэта надзвычай важны момант. Таму калі мы кажам пра 3 ліпеня, тут ёсць два важныя нюансы. Калі б гэта вайна закончылася інакш, нас бы не існавала ні ментальна, ні фізічна. Другі важны нюанс, на які трэба звярнуць увагу, многія не звяртаюць: падкрэсліванне Дня Незалежнасці 3 ліпеня – гэта падкрэсліванне кантынуітэту сучасная незалежнай беларускай дзяржавы з першай формай нацыянальнай дзяржаўнасці на савецкай аснове з БССР.
Мы заснавальнікі Арганізацыі Аб’яднаных Нацый, у нас свой суверэнітэт, у параўнанні з іншымі саюзнымі рэспублікамі, намнога вышэйшы. У нас школа дыпламатычная таму склалася раней. І таму мы якраз акцэнтавалі ўвагу да гэтай традыцыі. Іншая справа, што былі і ёсць людзі, яны ў меншасці, якія падкрэсліваюць іншую традыцыю, але тая традыцыя ад сімволікі да пэўных святаў непарыўна звязана, на жаль, з калабарацыянізмам, і самая ганебная старонка – 1941-1944 гады.