Недавно принимала в сети участие в обсуждении того, насколько нужен самопиар современному писателю. Притом не в виде ссылок на свои книги, а в рассказах о своей жизни. Приличны ли такие откровения? Где границы искренности писателя?
В дискуссии приняло участие на редкость много авторов. Мнения разделились. Основные аргументы против открытия обстоятельств своей жизни были такие:
– Для меня главное – интересная книга. И события в жизни автора меня мало интересуют. Вот, Виктор Пелевин нигде не пиарится, не появляется, но его книги все читают!
– Писатели – это классики, а не всякие эти вот, кто сейчас в интернетах сидит. А мы снова и снова читаем и перечитываем книги великих, не общаясь с ними самими. Для меня главное – книга автора.
– О зарубежных писателях мы, как правило, мало что знаем, но книги их тоже любим.
– К тому же небезопасно в наше время слишком искренно писать о себе в сети. Все мигом разнесется на весь интернет, да еще вокруг хейтеры подстерегают!
Не потому ли так много современных авторов – начинающих писателей и уже публикующихся в интернете или в издательствах – не только берут псевдонимы, но и не выходят в сеть? А если выходят, то постят только котиков?
А что же говорят их оппоненты? Почему в определенных рамках полезно выходить на общение с читателями? (Я разделяю их точку зрения).
– Пример с Виктором Пелевиным совсем не убедителен, поскольку «нахождение в тени» – определенная рекламная стратегия автора и издательства, подчеркивающая особенность писателя. К тому же желающие могут посмотреть в Википедии статью о писателе, там достаточно сведений о его особе.
– О личной жизни классиков мы знаем еще со школьных времен. Знаем, на ком был женат Пушкин, с кем у него возникали ссоры и дуэли, сколько у него было детей. Под влиянием каких причин возник период его жизни, получивший название «Болдинская осень». Также все знакомы с реалиями жизни Достоевского и Толстого. С интересом читали воспоминания об Ахматовой, Цветаевой, Маяковском. А при жизни поэтов их невольным самопиаром становились слухи в писательской среде того времени.
– Читая зарубежных писателей, мы тоже стремимся узнать вехи их жизни. А потому в курсе как жил-поживал Хемингуэй, как сторонился людей Кафка.
– Любая публичная профессия таит в себе издержки публичности. Например, немолодому автору часто хочется скрыть свой возраст, но выдавая себя за молодого он уже не вправе подтвердить свою экспертность в тех моментах истории, свидетелем которых оказался. В общем, соглашаемся на определенные ограничения, выбирая тактику самоограничения.
Так что подумаем, кого мы читаем сегодня, заходя в интернет!
Здесь я могу поделиться пока только своими наблюдениями.
– Читаю книги тех, о чьих книгах пишут другие: те же книжные блогеры или рецензенты.
– Тех, кто пишет о себе, когда и при каких обстоятельствах создавался его роман или рассказы.
– Тех авторов, которыми я заинтересовалась в интервью с ними или в их прямых рассказах о себе. Интересны страны и города, где они живут, чем зарабатывают на жизнь (этот опыт обычно отражается в книгах), и истории даже про их котиков или собачек.
Я понимаю, что можно заинтересоваться книгой, не зная биографии автора. Произведение порой говорит само за себя. Но в интернете так много прекрасных книг, а у нас мало времени их читать. Потому глаз цепляется за сверкающие звездочки деталей жизни авторов, пристрастий, свершений в жизни, ошибок или побед.
И пользуясь тем, что недавно в издательстве «Четыре», в сборнике, посвященном 320-летию Санкт-Петербурга «Город истин», появился мой автобиографический рассказ – Три поколения «понаехавших» петербуржцев – дам в комментариях ссылку на Литрес, где он пару недель назад также был размещен. Покажу пример самопиара через личную историю 😊.