Перед тем как начать проводить с дочерью воспитательные беседы, я всегда задаю себе вопрос: где та грань, между родительским авторитетом и запугиванием ребенка, которую нельзя переступать, чтобы процесс воспитания не перерос в психологическую травму, которая сильно подпортит жизнь в будущем.
В детстве меня пугали бабаем. Предполагалось, что если я не буду слушаться, то бабай непременно меня заберет, куда именно заберет и с какой целью, старшие родственники не уточняли. Мне бабай представлялся огромным мохнатым чудовищем отдаленно напоминающим Кавказскую овчарку, только говорящую и побольше.
Кстати, если я ничего не путаю, то бабай - в славянском фольклоре - злой дух ночи, а на татарском, бабай - это дед. Предполагаю, что славянский бабай появился от татарского, но возможно все было совершенно не так, так что на истину не претендую, да и для статьи особой роли это не играет.
Выдуманными персонажами я Соню не пугаю, ее друзья и так рассказывают массу всего интересного о страшных чудовищах, которые живут под кроватью. Наоборот, я стараюсь развенчать пугающие мифы, поддержать, показать что в шкафу и под кроватями никого нет и направить фантазии Софии по более позитивному пути.
Соня растет, через месяц ей исполниться 4 года. Многие друзья на год или даже на два старше Сони. Она видит, что ребята во всем проявляют самостоятельность и тоже стремиться к независимости, правда стремится очень выборочно.
Соня проявляет самостоятельность в тех вещах, где проявлять ее в 4 года категорически не стоит.
Нужно отметить, что в саду с детьми постоянно проводят беседы на тему общения с посторонними людьми, я постоянно рассказываю о том, что без мамы и папы со взрослыми тетями и дядями вступать в диалог, не нужно. И даже мультики, которые смотрит София, постоянно об этом твердят, с примерами и картинками. Однако где-то система дала сбой.
Началось все с того, Соня справилась с дверным замком, получив возможность самостоятельно выходить из квартиры. Еще до Софиной победы над дверью, мы с мужем много говорили с дочерью о том, что без родителей ни с площадки, ни из дома выходить нельзя. Так что рассуждать о том, что Соня не знала или не поняла нельзя.
Действия дочери были осознанной манипуляцией.
Придя днем из сада, Соня начала капризничать, отказываться от обеда и сна, короче устала и была не в настроении. Пока снимала постельное белье в спальне, Соня притащила стул и полезла в верхние шкафчики на кухне за конфетами. Шкафчики находятся достаточно высоко и даже с помощью стула Соне не удалось покорить высоту. За одной из неудачных попыток я и застала деточку. Я слышала как Соня тащит стул, по этому находясь в спальне, примерно представляла чем занимается ребеночек.
Говорю: “Сначала нужно съесть обед, а потом я дам тебе леденец”. Соне моя идея не понравилась, осознав, что она сама конфету не достанет, а я не дам, дочь заявила, что такая мама ей не нужна, она хочет другую маму.
Я знатно обалдела, но вида не подала. Соня не увидев реакции, открыла входную дверь и как была в трусах и тапках, так и пошла на лестницу, сообщив, что уходит искать другую маму, а за одно и папу. Соня прошла один лестничный пролет, все время оглядываясь. Я не выдержала накала страстей и сквозь зубы процедила “быстро домой”, Соня тут же вернулась.
Когда дочь оказалась дома, я попыталась вступить с ней в диалог, стала объяснять почему так делать не нужно, но Соня впала в безудержное веселье.
Ближе к вечеру, я пошла в душ, Соня играла в салоне. В душе я была пару минут, выхожу в майке, дверь в квартиру открыта, а на пороге стоит сосед.
Пока я была в душе, в дверь постучали, а Соня решила ее открыть. Сосед говорит, что Соня не спросила кто там. Соседа Соня знает, но так же Соня знает, что двери в квартиру, без мамы и папы, нельзя открывать ни знакомым, ни незнакомым. Мы постоянно говорим об этом дома, в саду тоже об этом говорят.
Когда сосед ушел, я снова попыталась провести с Соней беседу, в итоге все кончилось истерикой и новыми заявлениями о том, что такие мама и папа ей не нужны, а нужны такие, которые будут ее любить. После чего удалилась к себе в комнату, громко хлопнув дверью.
Я не стала ломиться к ребенку на территорию с призывами одуматься. Позвонила мужу (он у дочери пользуется более серьезным авторитетом), объяснила ситуацию и по пути домой предложила подумать как быть.
Когда папа приходит домой, Соня всегда бежит к нему, Артем берет ее на ручки и они обнимаются, кружаться и радуются встрече. Вчера, когда Соня выскочила к папе на встречу, папа сказал, что раз Соне нужны другие родители, то обниматься сегодня они не будут. Соня остолбенела, глаза наполнились слезами. Муж молча помыл руки и мы сели ужинать. Артем начал разговор о событиях произошедших днем, про уход из дома, про открытие двери, про заявление о том, что Соне нужны другие родители.
Соня явно обиделась. На вопрос поняла ли она, что случилось и как это исправить просто кивнула головой и отвернулась, на диалог идти отказалась. Когда муж попросил ее рассказать, как мы будем жить со всем этим в будущем, Соня заявила, что родители ее не любят, вышла из-за стола, ушла в комнату и улеглась на кровать. Там Соня пролежала около часа с глазами полными слез, я заглядывала к ней, но разговор не начинала.
Было ужасно жалко ребенка, хотелось подойти и обнять, а заодно наорать на мужа, чтобы шел и поговорил с Соней. Муж настоял на том, чтобы мы не шли у дочери на поводу и отложили все разговоры до завтра. Соня полежала-полежала и уснула.
С утра, когда Соня проснулась, папа уже ушел на работу. Я позвала завтракать. Соня съела всю кашу, после чего сказала “спасибо, ты моя мамочка, я тебя очень люблю, прости меня пожалуйста”. Почистила зубы, попросила заплести ей косички, оделась, встала около двери и сказала, мамочка, я тебя жду, одевайся и пойдем в ган, я не буду без тебя открывать дверь.
Я не утверждаю, что такая модель воспитания правильная, мне кажется, что мы своим вчерашним поведением напугали Соню, с другой стороны, если не очертить рамки дозволенного, то чем старше будет становится Соня, тем сложнее нам будет справляться с ее манипуляциями.
Мы пытаемся донести до дочери, что мы ее любим, ценим и она всегда для нас важна, но в тоже время, кроме нее в семье есть еще два человека, которые имеют такие же точно права на заботу и любовь. У нас троих, независимо от возраста, кроме прав есть еще и ответственность, мы не должны друг друга обижать, а наоборот, должны поддерживать. Кажется, что Соня слишком маленькая,для того, чтобы понимать такие сложные вещи, с другой стороны, Соня прекрасно осваивает технику манипуляций и вероятно, понимает, куда больше чем нам, взрослым, кажется.