Режиссер-постановщик «Му-Му» (12+) — Денис Хуснияров
Через пять лет после «Отца Сергия» театралы Кургана вновь получили возможность насладиться постановкой санкт-петербургского режиссера Дениса Хусниярова. Сначала Толстой – теперь Тургенев. Ну, как Тургенев… на удивление гармоничный симбиоз биографии и «визитного» рассказа, созданный Алексеем Житковским и воплощенный на сцене двенадцатью актерами курганского театра драмы.
Некоторые исполняют несколько ролей сразу. «Я отец, сын и святой дух», — шутит Иван Шалиманов. На две трети абсолютная истина: сыграл Ивана Сергеевича (Тургенева, какого еще), его отца и спел в хоре.
Смотрите фоторепортаж Надежды Достоваловой
У Анны Сараевой тоже «двойная» роль: Му-му, собака, и Маша, воспитанница пансионата, сирота. Да, оборотень, точного следования русской классике никто не обещал. Хотя, возможно, следовало написать «Алексей Житковский» на афише чуть крупнее – были зрители, которые сильно удивились, когда, Герасим «заговорил».
Работали над спектаклем в ударном темпе: двадцать седьмого мая артисты впервые прочли пьесу по ролям, тридцатого июня состоялся премьерный показ. Режиссера сжатые сроки не нервировали. Говорит, может, с какими-то другими актерами провернуть такое и не вышло бы, зато насчет наших был спокоен – не подведут, вторую настолько же пластичную, готовую на эксперименты и одновременно профессиональную труппу еще поискать. И это вовсе не попытка польстить.
«Я сказал, что в какой-то параллельной вселенной спектакль уже есть, нам просто нужно его воплотить».
Художник-сценограф Мария Лукка благодарит пошивочную мастерскую: стилизованные (но только слегка, современная постановка требует современных фасонов) под девятнадцатый век костюмы по ее задумке сделали быстро и качественно.
Декораций, как и в «Отце Сергии», немного, и большинство из дерева. Но пространство не кажется пустым, каждая деталь получила свою роль. А актеры на лаконичном фоне из ряда вертикальных реек выглядят только ярче.
Злодеев и беспримесных добряков среди персонажей нет – все как в жизни. Взять хоть барыню Варвару Спасскую, сыгранную Любовью Савиной так, что вполне можно вновь претендовать на «Золотую маску». Она по сути рабовладелица – значит, ату ее? Но крепостные не то чтобы изо всех сухожилий рвутся на вольные хлеба. Еще зубоскалят, судачат (Евгения Речкина в роли прачки Татьяны в процессе так вкусно хрустит огурцом, что хочется попросить поделиться) и косячат до того вдохновенно, что сразу ясно: голову с плеч за провинность не снимут. Разве что женят или замуж выдадут силком, гм.
Герасим Алишера Искандарова тоже не только спаситель сирых и убогих. Как минимум из-за него страдает Татьяна, как максимум – своей чрезмерной любовью к порядку он затиранил весь двор. «Коли непорядок почует – жди беды», — поет хор. И добавляет: если человек вдруг мешает косить, то его вполне можно… убрать с дороги. И косу выпускать из рук совершенно не обязательно.
Классная роль у Сергея Жураковского. Сначала персонаж кажется чуть не самым простым: сапожник и сапожник, бухает и бухает (и падает в проходе с таким грохотом, что пара зрителей обеспокоенно приподнимается с кресел – все ли в порядке с актером). Но потом по паре оброненных фраз можно сделать вывод: а Капитон-то образованный. Может, его переселение в Спасское вовсе не вина коварных питерских дам.
С управляющим хозяйством Гаврилой Андреичем я бы очень хотела встретиться лично, и дело не только в харизме заслуженного артиста России Сергея Радькова. Просто если он умеет снимать или хотя бы облегчать головную боль наложением рук, то цены ему нет.
Судя по реакции зрителей, с которыми мне удалось поговорить, фантастическая история оказалась жанром не для каждого. Как, впрочем, и все в жизни.