Представьте: в воздухе еще пахнет летом, звонкий голос, усиленный микрофоном, бойко рассказывает о важном, в руках шелестит целлофан, в который завернут букет для учителя. Милые детишки в школьной форме, взявшись за руки, идут на свой первый урок. Они переступают порог школы. А дальше... начинается нескончаемый апокалипсис.
Есть, конечно, разные там приличные и частные школы, но, как говорится, погрешность столь мала, что ею можно пренебречь. Так что каждый, кто прошел через это получил разную степень ментальной контузии.
И что, спросите вы? Подумаешь, школа целое десятилетие нашей жизни тратит на то, чтобы впихнуть невпихуемое? Это же уже прошло, все. Да и вообще, школа, вот, социализации способствует.
Нууууу, да. Но есть нюанс)
Если вы не прогуливали школу (как я, например, о чем сильно жалею), то в голове закладывается определенные паттерны (самоподдерживающиеся модели поведения и мышления). Эти засранцы из "прекрасного далеко" не проходят бесследно (вы ж их, как-никак, одиннадцать лет оттачивали) и здорово усложняют нам жизнь.
Начинается все, конечно, с неприятной горечи ощущения, что все это вообще никакого отношения к реальности не имеет. Усиливается оно прямо пропорционально вашему количеству "пятерок" в аттестате. И возникает обычно при первых столкновениях со взрослой жизнью, когда необходимо самостоятельно принимать решения.
А в процессе?
1. Школа учит послушанию (нам пох, что ты там думаешь, учитель всегда прав), значит, по привычке вы будете искать сильную фигуру рядом, пытаясь опереться на авторитетное мнение. Ею может быть дядя, на которого вы будете работать, бизнес-тренер, да хоть религиозный деятель (а то и слепое доверие государству...только тссс). Вопрос только в том, с кем именно вы хотите разделить ответственность.
Бонус: думать, что права выбора у вас до сих пор нет (в школе же вы не могли выбрать, идти к доске, или нет, если вас вызвали, делать вам домашку, или забить — тут же последуют штрафные санкции). Сужает мышление донельзя и, как следствие, возможности и...количество денег в кармашках.
2. Вы не получаете никакого реального профита, подкрепляющего ваши успехи. Да, может, ваши родители угощают вас конфеткой или спонсируют ваше хобби, а может, у вас есть другие способы хапнуть гормонов радости, соревнования какие-нибудь, по спортивному ориентированию. Но от самой учебы одни проблемы — за ошибки ругают (чего стоят эти бесячие проверки красной ручкой), за хорошие оценки, для которых стоит попахать — ставят другую цифру в журнал. Разницы, в общем, никакой. От похвалы вам не холодно, ни жарко. А ошибки съедают драгоценное время.
Бонус: Закрепление паттерна "учиться новому — значит упражняться в бесполезном". Соответственно, учиться чему-то после школы (и ВУЗа сверху) — себе дороже. Чаще всего проявляется в небольших городах (и дремучих семьях в больших), так что человек просто учится каким-нибудь простым действиям вроде перекладывания бумаг или рытья ям, и занимается ими до конца дней своих, тщательно избегая нового. Эти умудряются грешить и некоторые предприниматели. Один раз у них прокатило работать по какой-то стихийно сложившейся схеме — они будут делать так до бесконечности. И менять они её начнут только тогда, когда бизнесу станет совсем бо-бо. Рынок же совсем не перестраивается, мда.
Едем дальше.
3. Боязнь ошибок/идеализация. Как у Mercedes-a, "The best, or nothing", только в самом хреновом смысле. Потому что в реальности так не бывает. Боимся ошибок? Тогда лучше вообще ничего не делать, глядишь, никто и не заругает. Многие реально стоят на месте именно по этой причине (но, по правде говоря, чтобы это проявилось так, боязнь эту должны подпитывать заодно родители и сверстники). А надо сего лишь действовать, держа фокус на процессе, а не результате.
4. Поиск единственно правильного решения. Ну эт вообще царица искажений. Цветет махровым цветом почти у всех. Уравнения ведь имеют только один правильный ответ. И правила русского языка тоже трактовок вольных не предусматривают. А вот в жизни все наоборот. Есть облако смыслов. Есть огромное количество вариаций действий, каждое из которых немного меняет конечный результат. Есть доля вероятности. Те, кто загнан таким образом, сидят, вычисляя, где же та самая истина, пока жизнь бодрым шагом проходит мимо.
5. Сложные схемы. Идти от а к Б через весь алфавит. Объяснять трудными формулами то, что можно выразить парой слов. Усложнять все и думать, что простое не работает (нафига нам эта простота — мы хотим страдать!). Переходить это может в любые сферы — от труда до отношений. Особенно этим любят грешить люди науки.
6. Наконец, отсутствие эмпирики. Сиииидят читают учебники эти, пока задница к стулу не прилипнет. Связи с той самой практикой, которой будут заниматься 99% выпускников, ноль. А действовать-то когда? Решать новые задачи, которые возникли по ходу пьесы? Когда в теории все ок, а на деле — как-то не клеится. Предлагать свои варианты, делать выбор. Видеть, как сухие формулы заставляют машину ехать, металл — плавиться, а книги — выходить миллионными тиражами из-под станка. Решение, думаю, и без меня очевидно. А применить формулы на деле получается, разве что уронив что-то важное в сортир, можно тогда из проволоки связать интегральчик и вытащить ентое самое на свет, вот и все. Какое уж тут правило Парето и прочие менеджерские приблуды.
7. И, последнее, школа готовит исключительно специалистов. Тех, кто умеет только работать за зарплату. Не предпринимателей, не управленцев, не финансистов или драматургов. Это тоже дает свои несладкие плоды. Хз, как продать свой труд дорого и заявить о себе, хз как инвестировать, хз, как существовать в формате свободного полета, если привык только выполнять чужие задания по указке.
Лучший рецепт от этого— перепрожить школьную пору через безудержные тусы и бесчисленные новые знакомства (не забывая о серьезности, разумеется). Ибо главное, что должно происходить с нами в юности — это сама жизнь. Первые столкновения с другими людьми и их внутренним космосом, разочарования, свои собственные ошибки и опыт, судьбоносные решения, любовь, путешествия и нескончаемый выбор. Только так можно стать взрослым и продолжить жить такой же прекрасной раздолбайской жизнью, органично переплетая её с управлением какой-нибудь корпорацией.
