Приснилось тут давеча нашему главреду что-то жутко странно-невообразимое. С отцом Брянщины в «главной роли». Сидит вот наш Александр Чернов на краешке кровати после пережитой ночи, догадками одолеваемый, и не понимает: то был сон в руку или ничего не значащее просто сновидение, только что в летнюю ночь? Как у Шекспира почти что.
День накануне странного сна с участием губернатора Александра Богомаза у главреда «Брянского ворчуна» Александра Чернова выдался непростой, надо сказать. Хоть и в коротком отпуске он сейчас пребывает. Непросто, знаете ли, весь день осматривать красоты и достопримечательности Северной столицы России. Впечатлений столько, что к концу дня голова пухнет. Мозг так и норовит все прогнать через липкие и объемные сновидения, которые будто наяву происходят.
Смех смехом, но приснилось журналисту Чернову, что стоит он на проспекте Ленина в центре Брянска. И наблюдает за каким-то очень важным — важным для губернатора, для его самопиара — каким-то масштабным событием. То ли то было очередное вручение ключей от каких-то новых машин (а может и тракторов с комбайнами), то ли привиделась ему вдруг разбивка красивого цветника у государственной аптеки предприятия «Брянскфармация» — она находится в многоквартирном доме как раз напротив мэрии областной столицы.
Стоит журналист Чернов, значит в общей толпе и вполголоса по привычке ехидничает. Собрались чиновники, мол, непонятно зачем — очередную показуху устраивают. Когда можно было бы занять каждому свой ответственный участок работы и методично его окучивать за вверенное денежное содержание. Чернова одергивают из толпы, конечно, искренние почитатели губернатора — те, что в бюджетной сфере трудятся, шикают на него, негодуют. Призывают видеть не только плохое, но и радостное.
Журналист замолкает на некоторое время под гнетом справедливых в чем-то упреков. Но вскоре понимает через сон, что с отцом Брянщины происходит неладное. Богомаз стоит посреди грязевой лужи, в которой начинает медленно, но верно тонуть. Вначале в неожиданной трясине исчезли его ступни, затем щиколотки, потом колени… Чернов стал поначалу тихо, а затем и громко обращать внимание стоявших рядом граждан на происходящее. Но никто не видел того, что он наблюдал воочию, казалось бы…
И только спустя время кто-то из первых рядов заволновался, услышав крики Чернова. Это были охранники губернатора. Они ринулись к шефу и… заслонили его от любопытствующих своими широкими спинами. Нет, помогать выбраться из грязевой трясины не стали — просто заслонили его от глаз толпы. Чернов попытался было что-то возражать. Нельзя так, мол: человеку помочь надо, несмотря даже на то, что тот является губернатором. Но журналиста никто не хотел даже слышать почему-то.
Что было дальше — Чернов не помнит. Хоть снова засыпай. Сидит вона на краю кровати, одолеваемый догадками насчет вещности увиденного сна, и понять не может, что это вообще было. Сон в руку или просто так — тяжелое и ни к чему не обязывающее сновидение. Как у Вильяма нашего Шекспира в его знаменитейшей комедии конца 16 века «Сон в летнюю ночь».
Мы же склоняемся к мысли, что нашему главреду приснилась полная чушь. Отдыхает он в кои-то веки последние дней пять. Вот и не может пока справиться с тем, что не нужно работать по обыкновению как раб на галерах. Но редакция «Брянского ворчуна» все же решила на всякий случай рассказать об увиденном Черновым сне. Вдруг он не просто так был, и в нем полно скрытых и не очень смыслов.
Иллюстрация: нейросеть Kandinsky 2.1 от Sber Al