Хотя Си Цзиньпин и провёл месяц назад первый Центрально-азиатский саммит, где лидеры пяти государств ЦА были приняты с исключительной даже по китайским стандартам роскошью, не следует ожидать начала русско-китайского клинча в регионе, предупреждает Foreign Affairs.
Теплота встречи лидеров Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана с главой Китая «побудили некоторых наблюдателей провозгласить китайско-российскую борьбу за Центральную Азию, в которой Пекин только что одержал победу за счет Кремля» - но это не так, подчеркивает издание. Китайские и российские игры в Центральной Азии сложны и изощренны, а главное в них то, что Пекин просто не желает отбирать влияние России в регионе.
Более того, какое бы соперничество ни существовало, оно намного перевешивается совпадающими интересами и путями сотрудничества. Поэтому Западу стоит думать не о том, как Пекин вытеснит Москву, а беспокоиться о возникновении «двойного» контроля, с которым Западу будет ещё сложнее справляться.
К тому же, демонстрирует редкую для западных think-tank глубину мысли Foreign Affairs, все пять стран региона – суверенные державы, имеющие собственную политику. Им приходится балансировать между Китаем, Россией и Западом. Запад далеко, а Россия и Китай рядом, поэтому резких разворотов Центральной Азии в евроатлантику не будет. Со своей стороны, Пекин и Москва действуют осторожно, стремясь учесть интересы как друг друга, так и государств Центральной Азии.
Этому не помешает даже то, что западная работа в ЦА дает результаты. Foreign Affairs отмечает, что недавний опрос Gallup в Казахстане показал, что сейчас больше людей не одобряют влияние России за рубежом, чем одобряют — впервые в истории страны. Тем не менее, всего за неделю до саммита в Китае все пять лидеров Центральной Азии отправились в Москву на ежегодный военный парад в честь Дня Победы.
Рычаги влияния
Кроме энергоресурсов Foreign Affairs отмечает и другие рычаги влияния России, которая остается важнейшим источником товаров первой необходимости для Казахстана и Кыргызстана и других стран региона. Российская торговля со всей Центральной Азией стремительно растет, увеличившись на 20% в 2022 году. Когда Россия временно запретила весь экспорт сахара и муки в начале войны, это привело к дефициту бюджета и рекордно высокой инфляции во всем регионе. Тем временем жители Центральной Азии продолжают переезжать в Россию в поисках работы: по данным МВД РФ, в 2022 году прибыло более десяти миллионов трудовых мигрантов из Центральной Азии, что на два миллиона человек больше, чем в предыдущем году.
В основе этих экономических связей лежит глубокое доверие, которое связывает политические элиты по всему региону и исторические связи, подчеркивает Foreign Affairs. В 2022 году, впервые за долгое время, Владимир Путин посетил все пять стран Центральной Азии за один год. Почти все члены Совета Безопасности России совершили аналогичные поездки после начала СВО, как и влиятельные лидеры российского бизнеса. Так что Россия по-прежнему обладает значительной мягкой силой по всей Центральной Азии.
Согласно недавнему опросу, проведенному Central Asia Barometer, 23% казахстанцев по-прежнему обвиняют Украину в войне (27% видят вину России, а 50% не определились). В Кыргызстане 30% обвиняют Украину и только 19% считают ответственной Россию.
Осторожный процесс
То, что Россия и Китай стремятся уважать взаимные интересы видно по тому, как Пекин заботится о сохранении Евразийского экономического союза, пишет Foreign Affairs: Китай не создал конкурирующего наднационального института и официально не стремился заключить соглашения о свободной торговле с другими членами ЕАЭС, кроме России.
В вопросах региональной безопасности также интересы и влияние Китая и России часто дополняют друг друга. Главным приоритетом для обеих сторон является сохранение нынешних режимов в Центральной Азии и недопущение Запада — и, прежде всего, Соединенных Штатов — к власти.
Россия не только не отодвигается на второй план, но и сохраняет значительное присутствие: Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан находятся под ее зонтиком безопасности в рамках возглавляемой Россией ОДКБ, подчеркивает Foreign Affairs. В Таджикистане и Кыргызстане также размещены российские военные базы и у них общая с Россией единая региональная система противовоздушной обороны. Даже Узбекистан и Туркменистан, хотя и не являются членами ОДКБ, имеют двусторонние соглашения с Россией, которые ограничивают их способность расширять свои связи в области безопасности с другими государствами.
Китай же довольствуется защитой своих коммерческих интересов и следит за тем, чтобы события в соседних странах не ставили под угрозу политическую стабильность внутри страны. Рост Китая как доминирующего игрока в странах вдоль его границы — на данный момент неизбежный результат, считает Foreign Affairs — происходит не против воли России, а в то время, когда связи между двумя странами углубляются, хотя и асимметрично и в пользу Китая. Эта ассиметрия может стать достаточно однобокой, но общие интересы «никакого Запада в Центральной Азии» у России и Китая сохранятся, уверены в Foreign Affairs.
Большая игра
В целом, Foreign Affairs верно оценивает ситуацию в Центральной Азии, которая выходит за рамки привычной англосаксам картины противостояния двух центров силы за право контроля над бессловесными статистами.
В отличие от Запада, Россия и Китай никогда не действовали в международных отношениях по колониальной парадигме, что само по себе дает большой бонус в диалоге с государствами Центральной Азии. Ситуация в регионе выглядит как модель многополярного мира в миниатюре, где отрабатывается схема взаимодействия и учета взаимных интересов без перехода здоровой конкуренции в конфликт.
На среднесрочную перспективу, отсутствие русско-китайских конфликтов в регионе гарантировано западной угрозой. Изменение общественных настроений в Казахстане показывает, что как минимум на уровне пропаганды и информационных технологий эта угроза актуальна.
После того, как эта угроза себя исчерпает, стратегическое партнерство России и Китая вряд ли задрожит серьезно. Многополярный мир на то и многополярный, что в нем по определению не должно быть одного гегемона, с чем Китай полностью согласен.
Безусловно, Китай может остаться старшим партнером для многих стран – но если не стараться действовать в логике западного капитализма, то такое партнерство вовсе не обязано трансформироваться в колониализм 2.0.
Подписывайтесь на Телеграм-каналы Института РУССТРАТ и его директора Елены Паниной!