Своеобразным сигналом к началу преследований Иосифа Бродского в СССР стала статья-пасквиль, опубликованная в 1963-ем в «Вечернем Ленинграде». Подписались под ней некто Медведев, Лернер и Ионин. Название статья носила красноречивое – «Окололитературный трутень». В этом опусе журналисты высмеивали и попутно обвиняли Бродского в тунеядстве и антисоветских настроениях.
В качестве доказательств своей правоты авторы статьи привели сточки из стихов Бродского, которые на самом деле были позаимствованы из произведений поэта Дмитрия Бобышева. Единственными строками самого Бродского были слова их его поэмы «Шествие». Причем, авторы статьи не постеснялись вырвать часть из начала произведения и часть – из его конца, чтобы в итоге получилась фраза «Люблю родину чужую».
Преследование и арест
Полностью сфабрикованное обвинение неожиданно вызвало живой отклик у читательской аудитории. Был ли он настоящим или поддельным, сейчас установить трудно. В «Вечернем Ленинграде» спустя неделю после первой стать были изданы письма читателей газеты. Они были полны возмущения и гнева по отношению к паразиту и бездельнику, который выдает себя за поэта.
Официальные власти не медлили с реакцией на такие публикации. 13 января Иосиф Александрович был арестован. Это был очень сложный период для поэта еще и потому, что приблизительно тогда же произошел его разрыв с возлюбленной Марианной Басмановой. Из-за него Бродский даже совершил попытку самоубийства.
Поэт был шокирован этим разрывом. В камере после ареста у него произошел сердечный приступ. От сердечной недостаточности Иосиф Александрович страдал после этого до конца жизни.
Суд над Бродским
Спустя некоторое время состоялся суд. Насколько он был заангажированным, можно судить по диалогу Бродского с судьей. Последний задал подсудимому вопрос, есть ли у него какие-то ходатайства. Иосиф Александрович спросил, за что его осудили. На это обвинитель ответил Бродскому, что это не ходатайство, а вопрос. Больше никаких объяснений не последовало.
13 марта 1964-го выдающийся русский поэт был приговорен за тунеядство к 5-ти годам принудительного труда. Под конвоем его отправили вместе с уголовниками в глубинку, в Архангельскую область. На защиту Бродского встали Ахматова, Маршак, Шостакович и ряд других деятели культуры.
Письма о помиловании поэта писали даже из-за границы. В частности, Жан-Поль Сартр. Такой резонанс возымел свое действие, и Бродскому «скостили» срок до статуса «условно отбытого». Больше всего на это решение повлияли угрозы Сартра, что любой советской делегации не будут рады за границей из-за гонений Иосифа Бродского.
Кто поспособствовал высылке
По возвращении из ссылки Бродского по просьбе Вахтина и Чуковского устроили работать переводчиком в Союз писателей. Запись в трудовой книжке позволила ему избежать новых обвинений. Западные СМИ старались раздуть скандал, вынуждая Иосифа Александровича выступить в роли жертвы советского строя. Но поэт активно противился этому.
Громкий процесс над ним сыграл и положительную роль: о Бродском узнали за границей. Позднее его произведения тайно вывозились из СССР и переводились на разные языки мира. За рубежом Иосиф Александрович стал настолько популярен, что его избрали почетным членом Баварской академии изящных искусств (1971 год).
С таким резюме поэту в Стране Советов делать было нечего. Уже в начале мая 1972-го его вызвали в ОВИР и потребовали эмигрировать из СССР. Альтернативой этому решению была только психбольница, в которой поэта сгноили бы живьем. Иначе власти никак не могли от него избавиться. Конечно, Бродский выбрал эмиграцию. 4 июня он вылетел в Вену, навсегда лишенный советского гражданства.
Конфликт с Евтушенко
Одной из причин высылки Бродского некоторые исследователи считают его конфликт с «первым советским поэтом» Евгением Евтушенко. Последний вместе с Ахматовой и другими представителями богемы всей душой болел за возвращение Иосифа Александровича из архангельской ссылки. Первое время после возвращения они были очень дружны. Бродский даже выступил на авторском вечере Евтушенко.
Но когда встал вопрос о высылке Иосифа Александровича из СССР, их отношения резко изменились. После одной из «бесед» в КГБ он случайно встретил в коридоре этой организации Евтушенко и расценил это как факт сотрудничества бывшего друга со спецслужбами. Иосиф Бродский навсегда затаил на Евгения Евтушенко обиду. Он очень не хотел уезжать из страны и подозревал, что Евтушенко на него доносил. На самом деле Евгения Александровича вызывали в КГБ из-за ввоза в СССР запрещенной литературы.