Ловушка свободы. Больше года назад на главную городскую газету в очередной раз подали в суд

Надо сказать, что пока эти мечты никому осуществить не удалось. К каким только ухищрениям ни прибегали истцы — были и угрозы, и лжесвидетели. Дескать, прочитал статью в «Санкт-Петербургских ведомостях», узнал, какой на самом деле негодяй мой деловой партнер, и расторг с ним договор. Вследствие чего тот понес огромный ущерб, который требует ему возместить.

Но ничего хитрецам не помогало. Мы работаем аккуратно, всю информацию проверяем, голословных утверждений не допускаем, и потому суды неизменно принимали нашу сторону. Однако тот случай, о котором хочется рассказать (пока без фамилий и подробностей), сильно отличается от всех предыдущих. Раньше нам противостояли квалифицированные юристы, а теперь — простой человек, инженер, у которого на юристов просто денег нет. Да если бы и были — я плохо себе представляю, чтобы уважающий себя специалист решился поддерживать такой иск.

Человек — с явными признаками неадекватности. Аргументация — на грани бреда. И судьи, конечно, это видят. Но отказать в приеме и рассмотрении иска никто не может. Конституционное право на судебную защиту — это святое. И вот мы — представители юридической службы и автор этих строк — ходим в суд как на работу. Истец буквально не может связать двух слов, он не в состоянии толком объяснить, чего же хочет. И судьи терпеливо, часами, добиваются от него внятного ответа, продираясь через чудовищные дебри его юридической неграмотности.

К каждому заседанию он приносит пакет новых ходатайств, одно абсурднее другого. Придумывает очередные дополнения к иску (закон дает ему такое право), и наши юристы добросовестно, по пунктам, вынуждены на все это отвечать. Наконец, в иске ему отказывают, но он не унывает — обжалует решение во второй инстанции, потом в третьей. Заодно, слегка переиначив исковые требования, снова подает в первую.

Затраты нашего времени просто зашкаливают. Истец, судя по всему, настроился на долгую борьбу — в случае неудачи грозит дойти до Верховного и Конституционного судов. Слава богу, сейчас у нас прервались отношения с ЕСПЧ, а то бы он непременно обратился и туда. Причем оказывается, что судится он не только с нами — в кулуарах судов нам приходилось встречать и других ответчиков, которые, как и мы, месяцами ходят на рассмотрение его бредовых исков.

И вот возникает законный вопрос: нормально ли это, когда масса серьезных, занятых людей становятся заложниками манипуляций одного, похоже, не очень адекватного человека? Притом что, глядя на наши мучения, он явно развлекается, действуя по известной формуле «не догоню, так хоть согреюсь».

В статье 10 ГК РФ говорится о «заведомо недобросовестном осуществлении гражданских прав», под которым понимается злоупотребление правом. Смысл данного термина юристы трактуют как «ненормальное (аморальное) осуществление права, которое выражается в недозволенных определенных действиях, причиняющих вред другому лицу, или которое угрожает чужому праву». При этом оказывается, что понятие злоупотребления стороной процессуальными правами законодательно не закреплено. В науке и судебной практике оно определяется как действия лица, нарушающие права и интересы других лиц и направленные на затягивание судебного процесса.

Но… я прекрасно понимаю судей, которые как в нашем, так и в других подобных случаях не решаются впрямую заявить о злоупотреблении правом. Они вызовут огонь на себя! Последует море жалоб, но, поскольку вопрос законодательно не проработан и четких критериев здесь нет, все сведется к субъективным толкованиям. А на эту поляну лучше не ходить.

Мы оказались в ловушке свободы. Как говорится, за что боролись, на то и напоролись. Для того чтобы обеспечить гарантированное право любому человеку на судебную защиту, мы должны позволить истцу откровенно издеваться как над ответчиками, так и над правосудием в целом. И не потому ли судебные заседания откладываются на месяцы, что время судей сжирают подобные иски?

Законодатель к этой теме подступать явно боится. Тот, кто хоть под каким‑то предлогом предложит ограничить конституционные права, подпишет себе смертный приговор. Наш оппонент это прекрасно понимает. И потому, независимо от исхода борьбы, чувствует себя победителем.