Брюс Уиллис не хочет выходить на пенсию, хотя пора бы
Злой российский бизнесмен Чагарин (Сергей Колесников) обладает внешним сходством с Олегом Тиньковым и политическими амбициями государственного масштаба. Потенциальному президентству может помешать лишь компромат, собранный его экс-партнером по фамилии Комаров (Себастьян Кох). Тот уже пять лет сидит в тюрьме, где отрастил окладистую, истинно русскую бороду и задумался о вечном. Также Комаров собирается ответить на суде перед соотечественниками за свои грехи, что очень невыгодно Чагарину. В российские политические игры, как обычно, вклинивается ФБР: сын МакКлейна (Джей Кортни), согласно хитроумному плану из Пентагона, попадает в страшную российскую тюрьму. Чтобы спасти незадачливого агента, из США выписывают самого Джона МакКлейна (Брюс Уиллис). Тот приезжает в Москву, практикует на таксисте цитаты из «Путеводителя для чайников» и собирается в очередной раз спасти мир, а заодно наладить отношения с сыном. «Хороший день, чтобы умереть» совсем не прозрачно намекает зрителю, что линейка «Крепкий орешек», в первую очередь, про сложные взаимоотношения в семье. Если раньше мужскую драму провоцировала жена (Бонни Беделиа), то в четвертой и пятой частях это знамя с гордостью несут дети, о которых с 1988 года надолго забыли. Джон становится все более сентиментальным, и последний фильм превращается не столько в боевик, сколько в динамичную драму по мотивам Тургенева. Уиллис умилительно смотрит на коротко стриженного сына, которого любовно называет «малолетним преступником», и с фантастической самоотверженностью спасает «ребенка» от любых обидчиков (даже от русской мафии с ракетницей).
Параллельно с враждой-любовью отца и сына развивается битва за мир во всем мире. За зло, как в старые добрые времена, — российские бизнесмены и бандиты, сыгранные венграми и парой русских. Народ, представленный в фильме таксистом, американцев любит за песни из мюзиклов. Правда, повелитель автомобильной баранки ведет себя как типичный афроамериканец из голливудских фильмов, подрабатывающий частным извозом. Злая элита культуру США не одобряет как раз за то, что та с детства прививала им иллюзию, которую разрушил унылый русский быт. Один из бандитов хотел стать танцором, но стал продавцом овощей, а потом — мафиози. В отечественном прокате «Хороший день, чтобы умереть», вероятно, станет комедийным хитом, потому как современная Россия глазами Голливуда вызывает гомерический хохот. По мнению Скипа Вудса, многие москвичи на своих дорогих иномарках, минуя границу, катаются на выходные в Укрaину. А то, как ОМОНовцы в фильме оттесняют от здания суда «российских оппозиционеров», скорее всего, вызовет нездоровую зависть в профессиональном цехе. Такие мелочи, как Москва, снятая в нескольких городах Европы и лишь отчасти в самой первопрестольной, вряд ли бросались бы в глаза при внятном сюжете, который, по неизвестным причинам, для «Крепкого орешка» не написали. Первая треть картины напоминает комедию абсурда: в лучших традициях Ионеско и Беккета герои ведут многозначительные разговоры ни о чем, молчат и скрывают собой экзистенциальные глубины человеческой души. Потом начинается погоня — и даже это удовольствие пропадает. Пятый «Крепкий орешек» выглядит ретроградным ответом Голливуда на шутку о том, что оппозиционные движения в России спонсирует Госдеп. Любой потенциально демократический народ Америку любит за песни и фильмы, а все прочие, вероятно, венгерские бандиты, лишь притворяющиеся русскими.