Автор, конечно, я. Художник - тоже я. И "Я" - это последняя буква алфавита.
1.
— Сабина! Иди сюда, что скажу.
— Да, мама!
— Познакомься — это дядя Ахлиер. Пойди с ним погуляй. И слушайся
— А ты? Ты не пойдешь со мной?
— Ты же знаешь, у тебя теперь есть сестрёнка, и я не могу уйти, она будет плакать.
— Хорошо.
— Он тебя на поезде покатает. Съездите с ним в Москву, посмотрите город.
…
Дядя привез девочку в другую страну, в другой город с другими законами, искупал девочку в грязном фонтане, а после сказал: «Я пойду работать, ты сиди и жди меня на этом месте».
— Хорошо.
И дядя ушел. Восьмилетний ребенок провёл на улице несколько дней. Но это было для нее не в первый раз.
Сабина привыкла уже ходить по улицам и попрошайничать. Так ее воспитали. Может быть, для нее такая жизнь уже стала нормальной. Но сейчас она была в городе, где другие правила. Ни дядя, ни Сабина не знали этого.
2.
— Нарисуйте меня!
— А ты с кем?
— С дядей.
— Приведи дядю, мы договоримся с ним.
— Он там, наверху.
— Ну пусть придет.
— Вы будете меня рисовать или нет?
— Ты видишь, я рисую мальчика? Сейчас, может, и дядя подойдёт.
— Значит, Вы только за деньги рисуете?!
Зловеще смотрят маленькие «черченочные» глаза.
— Ты что такая злая? Где твой дядя?
— Он ушёл и сказал ждать его.
— Почему ты оказалась с дядей? Где твои мама и папа?
— А мама с маленькой сестрёнкой. Она — ребенок — будет плакать без нее.
— Но почему ты здесь и одна? Ты не будешь плакать?
— Нет, не буду.
— Тогда вызовем полицию, а ты не плач. (Звоню Т.)
— Нет!
Убежала. И вернулась через десять минут. Подходит близко близко, со стороны, где висит сумка. Передвигаю сумку, она перебегает на другую сторону. И снова, а после пытается отвлечь и заговорить.
— Вы посмотрите вот сюда.
- Куда?
- В мои глаза.
— Я уже смотрю в глаза мальчика. Он ждет портрет. А ты мне мешаешь.
— А где здесь храм?
- Странный вопрос, обычно спрашивают где метро.
— Купите мне молока.
- Здесь одни макдональдсы.
Злится, я смотрю мальчику в глаза, рисую, незаметно пишу сообщение охраннице. А также, прячу сумку. Оборачиваюсь.
— Прости, малыш, я сейчас рисую портрет и уже загипнотизирована им. Потому не могу отвернуться. А ты посмотри вот сюда, и мне в глаза. Смотри в глаза… Кто оставил тебя?
Девочка: дядя…
Я: а если ты захочешь есть, что будешь делать?
Молчит.
Я: ты думаешь, я — добрая тётя? Давай возьму тебя, будешь у меня работать: точить карандаши, убираться и перебирать вещи в рюкзаке?
Девочка: нет!
Подходит охранница Т.
Т.: Ты одна?
Девочка: жду дядю.
Т.: Ну давай вместе подождём.
Я (шепотом): Вы что, реально собираетесь ждать дядю? Ещё поезда подождите (метро в этом переходе нет). Вызывайте следователя, она несколько дней на улице
Т.: Ну давай минут сорок подождем
Начала искать, никто вроде бы не прятался.
Девочка: Тетя, а вы меня будете рисовать или нет?
Я: я же сказала — нет!
Т: (шепотом) вызвала.
Я: ладно, садись нарисую. ( Чтобы не сбежала)
Ты откуда сюда пришла?
Девочка: мы с дядей с поезда вышли из Узбекистана, он посадил меня здесь и сказал, ждать его. ( Здесь нет метро и вокзалы далеко, но все приходят с поездов и, иногда, самолётов). И нормальные люди, и туристы, и бродяги, и бандиты, и аферисты и т. Д.
Я: Ты в школе учишься?
Девочка: да
Я: и что вы там учите?
Смотрит в сторону, думает, потом на меня.
Девочка: первого сентября придёт учительница, соберёт нас всех, отведёт в класс, и мы будем учить азбуку ( говорит словно то, что хочет, чтобы было, мечтая)
«Азбука». Точно, узбекская цыганка. Они называют букварь азбукой.
Я: думаю, ты будешь учить азбуку.
И следователь, с лицом воспитателя, подходит сзади и забирает девочку.
Если портрет не дорисован, Сабина ещё вернётся. Наверное
3.
Злобная округлая мордочка сидела в полицейской машине и не хотела ни с кем разговаривать. На всякие попытки что-то спросить показывала язык. Она укусила полицейского.
«Мне никто не нужен. Я сама по себе могу. Мерзкая тетя! Я ее ненавижу. Зачем у неё такое доброе лицо?» — обернулась ко мне. «Так жалко денег, да?»
«Надо смотреть в глаза, деточка. А не на образ»- сказала я.
"Баба Яга!!!"