В международном прокате пятая часть «Астрала» выбила из седла пятую часть «Индианы Джонса». Рассказываем, как занявший режиссерское кресло ветеран франшизы Патрик Уилсон переписал один из самых страшных хорроров XXI века на манер «Отрочества» Линклейтера.
Михаил Моркин
Киножурналист
В счастливом финале второго «Астрала» благородный экстрасенс Карл подавил кошмарные воспоминания Джоша Ламберта (Патрик Уилсон) и его сына Далтона (Тай Симпкинс) об их взаимодействии с потусторонним царством, известным как Дальнее, и обитающими в нем призраками и демонами. Прошло девять лет, но жизнь Джоша все равно не сахар. Жена Рене (Роуз Бирн) ушла, мать Лоррейн (Барбара Херши) умерла, а его отношения с повзрослевшим сыном (повзрослевший Симпкинс) оставляют желать лучшего. Быть хорошим мужем и отцом Джошу, по его словам, мешает некий «туман в голове», и мы знаем, что это совсем не длинный ковид.
Да и первокурсник Далтон не особенно счастлив: боится темноты и постоянно рисует всякий мрак. Когда на уроках ИЗО в колледже Далтон начинает доставать из бессознательного вытесненные образы, а Джош задумывается о своем собственном исчезнувшем отце, способности выходить в опасный астральный мир возвращаются к обоим. А вместе с тем возвращается и нечисть!
Первый «Астрал» закрепил статус мастеров коммерчески успешных хорроров за режиссером Джеймсом Ваном, сценаристом Ли Уоннеллом и продюсером Джейсоном Блумом. Фильм ужасов с бюджетом в полтора миллиона собрал в прокате почти сто. Ван и Уоннелл доказали, что могут придумывать не только пыточное порно для «Пил», но и «семейные» ужасы с рейтингом PG-13 в лучших спилберговских традициях. А студия Blumhouse заполучила вторую успешную франшизу после «Паранормального явления» и решила штамповать копеечные хорроры вместо диснеевских комедий со Скалой. «Красная дверь» — прямое продолжение «Главы 2», вышедшее десять лет и два приквела спустя («Астрал 3» и «Астрал 4: Последний ключ»). А еще это режиссерский дебют Патрика Уилсона, который благодаря «Астралам», «Заклятиям» и «Костяному томагавку» переквалифицировался из классического серьезного актера, работавшего с Майком Николсом и Тоддом Филдом, в эдакого «короля крика».
«Астралы» Джеймса Вана пугали выверенным саспенсом, заполнявшим мучительные паузы, в которых на зрителя давила абсолютная тишина, жуткой атмосферой, невротическими скрипками композитора Джозефа Бишары и восхитительным и неожиданным использованием визгливой песни «Tiptoe Through the Tulips» укулелиста Тайни Тима. При этом в них практически не было скрытых подтекстов: демоны мучают идеальную нуклеарную семью — вот и вся концепция.
Уилсон и его сценарист Скотт Тимс («Хеллоуин убивает», «Воспламеняющая взглядом»), которых, кажется, покусал Ари Астер, добавили в нее изрядную порцию драмы. Как и «Реинкарнация», «Красная дверь» начинается с похорон бабушки, снятых с пижонскими полетами камеры среди могил, и рассказывает о том, как важно прорабатывать старые травмы, не игнорировать наследственные заболевания и страшные семейные секреты. Теперь — впервые! — фильм из «астральной» франшизы можно обсудить после просмотра. Но требовался ли ей этот лобовой символизм без сарказма, характерного для хорроров А24?
Дебют Уилсона получился не особо пугающим и совсем не оригинальным (он еще скопировал парочку визуальных приемов из «Оно»). Хотя тут есть замечательный клаустрофобный эпизод с МРТ (а разве могло быть по-другому?), пара удачных джампскейров и вечно блюющий в унитаз призрак студента. А вот жуткого демонического антагониста почему-то нету, хотя старуха в черном по имени Паркер Крейн и всеми любимый Краснолицый черт (его по-прежнему играет Бишара) заглядывают сюда в расширенных камео, напоминая о силе былых страхов. Кроме того, нам пару раз показывают крупным планом репродукцию «Сатурна, пожирающего своего сына» Гойи, а на финальных титрах Патрик Уилсон лично поет кавер на песню «Stay» группы Shakespears Sister вместе со шведскими металлистами Ghost. Ну и жуть!
А самым слабым местом нового «Астрала» стала детективная линия, которая была важной частью предыдущих частей, где экстрасенс Элис Рейнер (Лин Шэй) и ее комичные подопечные Такер и Спекс (все трое мелькнут, не переживайте) искали источники зла. Сейчас же Ламберты полтора часа силятся вспомнить события прошлых фильмов, о которые зрители, надо думать, прекрасно осведомлены, раз пришли смотреть сиквел с числом 5 в названии. Неофитов же, которые не в курсе травматичного опыта отца и сына, вряд ли сильно тронет нежная история их примирения.
С другой стороны, именно такой искренний мелодраматизм, как у Уилсона, способен достучаться до огрубевших сердец любителей хорроров (сборы фильма тому доказательство). В первом «Астрале» Ламберт-старший спасал маленького сына-коматозника из потусторонней тьмы. Во втором малыш вытаскивал оттуда отца, который из-за одержимости злым духом маньяка-кроссдрессера гонялся за ним и мамой с бейсбольной битой, словно Джек Торренс. И вот спустя столько лет они снова освещают друг другу керосиновой лампой выход из кризиса среднего возраста и подростковой депрессии соответственно. Учитывая многолетние перерывы между съемками и взросление в кадре детей-актеров, у Уилсона практически получилось снять хоррор-версию линклейтеровского «Отрочества». Жаль только, что как актер Тай Симпкинс скорее закостенел, чем заматерел.
[data-stk-css="stk07gOV"]:not(#stk):not(#stk):not(style){background-color: rgba(247, 247, 247, 1)} [data-stk-css="stkWFdJ8"]:not(#stk):not(#stk):not(style) { padding: 29px } [data-stk-css="stksiHif"]:not(#stk):not(#stk):not(style) { width: 100px; margin: 0 auto } [data-stk-css-m="stkmA4iK"]:not(#stk):not(#stk):not(#stk):not(style) { width: 100px } <br>