… Когда-то Фёдор был красивым, успешным, спортивным. Он показывает старые фотографии – я с трудом нахожу что-то общее между «тем парнем» и сидящим передо мной рано постаревшем мужчиной с явными признаками регулярных избыточных возлияний. Он пришёл на консультацию, собрав остатки силы воли – сказал себе, что или сейчас меняет жизнь, или его жизнь кончена. «Не хочу закончить жизнь, как Валера Воронин. Знаете, футболист такой был… суперзвезда в своё время, а умер – по пьяной лавочке кто-то голову проломил», - как бы извиняясь, рассказывает Фёдор.
… А началось всё с того, что в их офисе появилась Арина. Новенькая мало что понимала в специфике бизнеса, но пришла по протекции влиятельного лица и шеф поручил Фёдору опекать девушку на первых порах. Чтобы совсем уж дров не наломала. Фёдор в душе был недоволен – своих дел по горло – но отказывать шефу было неудобно. Арина – худенькая, бледненькая, с собранными в хвост волосами – производила впечатление не блатной, а, скорее, забитой серой мышки. Смотрела Фёдору в рот и ловила каждое его слово, без его одобрения боялась сделать самый незначительный шаг, приносила ему на выверку каждый, самый ерундовый, документ. Её взгляд загорался безмерной благодарностью и восхищением от каждого сказанного им слова. «Боже, как мне повезло, что вы мне помогаете!» - слышал Федор чуть ли не каждый день.
… Не секрет, что подобное чуть ли не поклонение мало-помалу начало льстить Фёдору, хотя поначалу ему и чудилось в этом что-то фальшивое, нарочитое, раздражающее. Час «Х» пробил на очередном восьмимартовском корпоративе. Тогда Арина немного запоздала, но, когда она вошла в зал, все взгляды были прикованы только к ней. Высокие каблуки, яркий макияж, эффектное платье, волосы уложены в модную причёску – никто не узнавал в этой красотке привычную серую мышь. А она, не глядя больше ни на кого, не сводила лучащихся глаз с Фёдора.
С того корпоратива они ушли вместе. И уже не расставались. Фёдор был изумлён и ошарашен, какая бездна любви и ласки (как ему тогда казалось) таится в этом хрупком существе. Казалось, его накрыло и закрутило торнадо заботы и нежности, милых СМС и забавных, только им двоим понятных, шуток. «Я хочу знать о тебе всё, мой единственный, мой самый-самый», - часто говорила Арина и вскоре Фёдор привык, что она роется в его телефоне, как в своем, расспрашивает самые интимные подробности, старается познакомиться со всеми его родными и друзьями, даёт каждому короткую, меткую характеристику. «Боже мой, как я мог недооценивать Такую Женщину, она же само совершенство», - всё чаще приходило в голову Фёдору. А Арина нежно щебетала – «как я счастлива, что мы нашли друг друга!»
О себе Арина говорила очень мало. Отношения с родителями сложные, с мужчинами – еще сложнее, лучшая подруга предала.… На её лицо падала такая тень, а ресницы так горестно опускались на печальные голубые глаза при разговоре о прошлом, что Фёдор боялся своими медвежьими лапами лезть в «трудную судьбу человека». Зато часто мечтала, как они вдвоём поедут в Париж, как откроют своё дело, купят роскошную квартиру….
̶ Неужели всё было идеально? – задала я вопрос. Порывшись в памяти, Фёдор признал, что – да, были моменты, когда он ощущал резкое несоответствие образа любимой и её действий. Например, когда Арина брезгливо и хладнокровно раздавила красивого жука, забравшегося к ней на юбку во время пикника в лесу. Или, когда зашёл разговор об их общем знакомом, потерявшем бизнес – Арина, казалось, с радостью смаковала подробности произошедшего: как он теперь, в чём вынужден себя ограничить, сколько долгов, как неудачно пробует выплыть.
Но первые серьёзные звоночки начались позже. Арина к тому времени уже ушла из компании, где они познакомились – «чтобы не давать почвы для слухов». Но доступ к рабочим документам на компьютере Фёдора у неё оставался. Когда Арина, якобы случайно, удалила несколько папок с материалами к важному проекту – Фёдор был в шоке, но простил. Когда после очередного секса Арина вскользь упомянула о чудодейственных средствах для потенции - типа, знакомые могут достать – почувствовал себя униженным. Когда не обнаружил в шкафу любимой рубашки – Арина её выбросила по причине якобы изношенности – был взбешён, но снова быстро отошёл. Она же из лучших побуждений.… Когда они, казалось, уже совсем помирились и торнадо любви закрутилось вновь, Арина неожиданно перестала отвечать на телефонные звонки и СМС. Одновременно на её странице в соцсети появились фотографии в весёлой компании на тайском пляже.
Фёдор изводил себя догадками – что же он сделал не так? А Арина, как ни в чём не бывало, появилась через пару недель. «Не делай из мухи слона. Я тебя очень люблю, но иногда нужно побыть в отдалении друг от друга», - пожала плечами.
… Мне уже было понятно. На пути Фёдора встретилась типичная представительница так называемых перверзных нарциссов: людей, органически неспособных на нормальные человеческие чувства, рассматривающих окружающих исключительно с точки зрения возможности вдоволь «попитаться энергетикой». Подходить к такому человеку с меркой обычных отношений – вариант заведомо проигрышный.
…А история Федора и Арины продолжалась. Девушка то приближала его к себе величественным жестом королевы, то всячески показывала, что он для неё – пустое место, потом снова дарила сказку любви… и снова окатывала ледяным душем презрения и безразличия. Фёдор с изумлением открывал в девушке новые «таланты» - например, потрясающую способность выворачивать наизнанку любой аргумент, любой факт, любое событие так, что Фёдор выглядел чуть ли не монстром и средоточием всех мерзостей и глупостей мира, а она оставалась чистым, белым ангелом. Фёдор сгорал от чувства вины, лез из кожи вон, чтобы загладить вольные и невольные прегрешения… но ситуация кардинально не менялась.
Зато менялась жизнь Фёдора. Он начал выпивать. Лишь мельком он замечал, что реже видится с родителями, с друзьями, бывает где-то без Арины, делает что-то, не обслуживающее интересы Арины. С прежней работы ему пришлось уйти – за проблемами в личных отношениях и выпивкой он перестал развиваться, как работник и при очередном сокращении его вежливо попросили. Новая работа требовала намного меньшую квалификацию и платили в разы меньше, зато там сквозь пальцы смотрели на прогулы и появление слегка подшофе. Сердце стало чаще пошаливать, а давление – подскакивать. Начинать утро со стопки коньяка стало привычкой, необходимостью. Как и постоянное чувство вины перед Ариной за навязчивые попытки выяснения отношений. Но воспоминания об Идеальной Любви, призрачная надежда вернуть всё хорошее, исправиться, гнали Фёдора вперед и вперед по дороге саморазрушения. Он уже не мог соскочить с этих бесконечных американских горок, аттракцион нёсся на бешеной скорости, адреналин зашкаливал…. Казалось, выхода не было.
… Да, ситуация Федора была сложной. Но не безвыходной. К счастью, он не дошёл до той стадии отношений с перверзным нарциссом, когда у человека полностью атрофируется собственная воля и желания, а самооценка – благодаря усилиям того же нарцисса - падает буквально ниже плинтуса. К счастью, Федор пришёл на консультацию именно тогда, когда Арина наседала на него с требованием взять кредит на круглую сумму. Он обоснованно опасался, что, выпивая и работая за незначительную зарплату, отдать кредит не сможет.
… Когда я объяснила Фёдору, что с ним произошло, он спросил – можно ли помочь Арине? Я честно ответила – скорее всего, нет. А вот для Фёдора ещё не все потеряно. Он пришёл с запросом на избавление от тяги к спиртному – но тяга к спиртному не главная его проблема. Лишь решив основную проблему, можно преодолеть алкогольную зависимость. А основная проблема – это Арина.