Дверь салуна распахнулась, и полумрак вспороли слепящие лучи солнца. На их фоне появился силуэт, который было трудно с кем-нибудь перепутать. Двухметровый ковбой Джонни с двумя кольтами наперевес.
Все замерли и отставили стаканы с дешевым пойлом. Кто-то автоматически потянулся к кобуре.
Джонни, стоя в дверях, сверлил красными бычьими глазками присутствующих. Затем смачно сплюнул табак прямо себе под ноги и замогильным голосом спросил:
– Какая собака сутулая, какая вошь подзаборная? Ктооо?
Гробовая тишина. Слышалось только жужжание сонной мухи.
– Кто из вас, моли мрачные, написал, что мой стиль проклят?
Джонни достал из кармана смятую газетенку. Кто-то кашлянул, и в его сторону сразу полетела пуля. Она отстрелила кончик самокрутки, потушив ее, и застряла в стене.
– Молчите, значит? А кто из вас, кони педальные, считает, что я сочиняю лютую графомань? Кто повесил мои сонеты в сортире?
Он сделал еще два выстрела, продырявив стакан с виски и шляпу старого Билли. Послышался робкий голос из-