«Начало было обыденным и немного торопливым. Едва мы закончили работу в Больших Тиганах, как уже пора было отправляться в археологическую разведку по Ульяновской и Пензенской областям.
Целью разведки было выявление булгарских городищ и могильников, получение дополнительных данных о южных границах Волжской Булгарии. Маршрут пролегал вверх по реке Сызранке, а потом вниз по р. Сура, общей сложностью более 200 км по полям, лесам и сёлам.
В разведку мы выехали из Билярска. В Казани едва успели собрать рюкзаки и сели в поезд, где с боем пробились к полкам третьего яруса в общем вагоне. Не прошло и двух дней, как мы очутились на отдалённой станции с поэтическим названием Рощица. Там нас ждала банька и мягкая постель.
Всё складывалась довольно хорошо, и мы с приподнятым настроением отправились на следующее утро к р. Сызранке. Когда мы достали из сумки крупномасштабную карту 1936 г., то убедились, что лучше всего – составить новую, т.к. часто на нашем пути попадались лишь развалины старых деревень, а иногда ориентиры вообще отсутствовали.
Вдобавок обнаружилось, что основной пищей будет подножный корм. Нельзя не вспомнить, например, чай из шиповника, отдающий чем-то неприятным. Зато, когда мы попадали в обитаемые села, то не отказывались от угощений, вместе с тем приходилось уже поработать языком, благодаря чему мы по немного собирали сведения.
Именно он [прим. - язык] помог нам в первый же день найти могильник, который располагался на высоком берегу р. Сызранки в д. Коптевке. После непродолжительного осмотра мы уже твердо были уверенны в том, что перед нами языческий могильник с погребениями в колодах.
С радостным и томящим волнением в груди мы быстро сняли план местности и произвели соответствующие измерения. Теперь оставалось лишь сделать зачистку, чтобы окончательно убедиться в правильности наших предположений. Осторожно нажимая на лопату, мы зачистили небольшой участок склона оврага. В зачистке четко выделились следы гробовищ и торчали человеческий кости, а в одном было даже украшение.
Погода стояла ветреная, и по небу плыли тучи. Солнце грело довольно тепло, но едва наползали облака, как под рубашку забирался прохладный ветерок. И вот, дождавшись, когда очередная туча закроет солнце, мы быстро сфотогрофировали зачистку, а потом разобрали. Каково же было наше разочарование, когда украшением в зачистке оказалось крестик XVII века!
В этот день мы ушли далеко от того оврага...
Наш дальнейший путь пролегал по живописным глухим местам. Под археологом там понимают геолога или жулика.
В некоторых же районах мы встречали археологов–самоучек, которые оказывали нам посильную помощь. Так в селе Канадей нам показали болгарский «Чёртов город», о котором писал еще Фридолин С.С., но то, что там показали, было лишь скальными выходами, возле которых мы даже не нашли подъёмного материала.
Водрузив рюкзаки на плечи, мы пошли дальше через села и деревни, болота и спиртзаводы. Нам попадались могильники XVIII–XIX вв., курганы и хорошие люди.
Правда, один раз попали к студентам в общежитие лесничества. Всю ночь они орали песни и опустошали бутылки. Тихо стало лишь тогда, когда они ушли в деревню.
Впрочем, тишина нас окружала и весь следующий день. Мы залезли в такие болота, что там и солнце никогда не появлялось. А едва мы выбрались из этих дебрей, как попали в чудесный, просторный и чистый сосновый бор, через который быстро несла свои родниковые воды р. Сура.
В тот день мы попали к веселому старику, который успел за вечер рассказать нам раз «шестьсот» о кладе под яблоньками, правда, и чаю мы выпили не меньше, как говорится в пословице «А Васька слушает, да ест…».
Наш следующий день был очень насыщенным. Нами были обследованы городище Русский Труев и селище Никольское. Был собран подъемный материал, подтверждающий принадлежность этих памятников обулгаризированным буртасам.
В оставшиеся дни мы обнаружили еще несколько курганов, заехали в Кузнецкий краеведческий музей и потом сели на поезд. Особых затруднений с транспортом у нас не было, т.к. чаще всего мы ходили пешком, а уж если ехали, то только за «спасибо».
В целом экспедиция прошла успешно. Мы сумели уточнить местоположения многих памятников и их современное состояние. Собрали интересный подъемный материал, который сейчас обрабатываем. Но главное то, что мы многому научились и поняли, что лишь прошедший школу археологической разведки может называть себя археологом».
Г. Белорыбкин, 1980 г.
Адрес музея: Казань, Кремлевская, 18.
Телефон для записи:+7(960)-031-01-30. Только по предварительной записи. Билет также можно приобрести онлайн и по пушкинской карте, после записи по телефону