Две внешне не связанные новости: очередной иранский производитель (вроде как) хочет выйти на российский рынок, а столичный завод «Москвич» всего после года работы покидает гендиректор. Какая неочевидная связь? Иранский Kerman Motor (KMC) собирает китайский JAC. Как и т. н. «Москвич».
Если Kerman и правда придет в России, сложится уникальная ситуация:
- есть официальный дистрибьютор JAC с 5 моделями в линейке под своим бейджем;
- есть т. н. «Москвич» с двумя моделями JAC под другим бейджем (третий на подходе);
- есть Sollers в Елабуге, который собирает грузовики на базе шасси JAC Sunray с моторами JAC и трансмиссией JAC;
- будет иранский Kerman, который тоже JAC.
Не многовато ли JAC для одной России? И откуда он вообще взялся?
Если говорить про историю, то там ничего примечательного. JAC — от Anhui Jianghuai Automobile Co., Ltd. (安徽江淮汽车有限公司), или «Анхуйский автозавод». История бренда началась в 1958 году, когда завод, который занимался производством оборудования для шлюзов, решил переключиться на автокомплектующие. Спустя шесть лет они выпустили свой первый грузовик под названием Jianghuai. С тех пор компания расширяла производство и сферы интересов.
- 1997 — JAC получил сегодняшнее название и вышел на фондовый рынок;
- 1996–2006 — сотрудничал с Hyundai и выпускал лицензионные фургоны и SUV;
- 2002 — запустил производство легковых моделей под своим бейджем.
В России бренд появился на излете «десятых», и поначалу этого никто не заметил. Мелкие «китайцы» тогда появлялись то тут, то там, в этой череде «Лифанов», «Хаймы» было легко заблудиться, а тут еще какое-то JAC. Едва ли не впервые появление бренда широко освещалось именно у нас, на 66.RU, потому что первыми робкими поставками из Казахстана занимались люди, связанные с АМУРом, а в наладке производства JAC в Казахстане тоже участвовали выходцы с АМУРа. Если бы не локальная специфика, то и мы бы обошли новорожденный бренд стороной. Но тут сыграл патриотизм.
Главная новость по теме
Промышленный морг: как и почему погиб единственный автомобильный завод Свердловской области
Интересными первые «наши» JAC’и назвать сложно: ультрабюджетные кроссоверы для низкорослых людей без вкуса, инстинкта самосохранения, самоуважения — без претензий, в общем. Больше всего меня впечатлил короткий ремень безопасности: пристегнуть им детское кресло не получалось даже в полностью вытянутом состоянии…
Поначалу мелкие поставки кроссоверов S3 и S5 лежали на тех самых частниках, со временем у компании в России появилось полноценное представительство. Как успехи? Посмотрим комплексно:
- на родине JAC по итогам 2022-го не вошел даже в топ-10 домашнего рынка;
- в почти домашнем Казахстане он плетется за пределами десятки (январь–май’23 — 12-я строчка по продажам);
- про российский сказать сложно — JAC не подает отгрузки в статистику АЕБ, но 2022-й бренд закрыл с результатом 1727 штук. Даже FAW — другой аутсайдер — нашел больше 2000 покупателей, а JAC’у не помог и «разворот на Восток».
При этом именно JAC помогает связке КАМАЗ/Sollers/правительство Москвы «импортозамещать» ушедшие западные бренды. Как так вышло? Возможно, дело как раз в размерах и незаметности. Глобально JAC из себя ничего не представляет. И почти ничем не рискует, работая с подсанкционным КАМАЗом и токсичной (при всем уважении) для западного мира Москвой.
Обратите внимание: даже после нарядного визита товарища Си крупный китайский бизнес не разбежался инвестировать в Россию. На пустующие площади Volkswagen, Peugeot не заехали Chery и Geely. Отдельные точечные успехи вроде переклейки шильдиков на JAC’и и FAW — слезы на фоне того, как вкладывались и прочно окапывались немцы, французы, американцы, корейцы.
Почему? Наверное, крупный китайский бизнес останавливает риск вторичных, третичных и каких еще угодно санкций (Huawei, кстати, тоже не отсвечивает). Маленькая компания за пределами топ-10 китайского рынка такой риск себе может позволить. Другие — нет.
Кстати, потенциальный иранский JAC для России выглядит так: