Тайна стеклянной двери. Часть третья

- Я не пойду!!! Я не могу видеть его таким! - Оля сидела на полу и рыдала.

- Ты ДОЛЖНА с ним проститься и поддержать бабушку! - Мама была несгибаема.

Откуда эти дурацкие традиции, таскать детей на похороны? Они обе горевали, но каждая по-своему. Одна хотела запомнить дедушку живым, другая хотела соблюсти традиции, тем самым отдать дань уважения. Оля не понимала, почему это уважение нельзя выразить просто памятью?
Почему обязательно нужно видеть мертвое лицо, целовать холодный лоб, когда ты содрогаешься от ужаса.
Мама же знала о ее детских страхах. Пусть и в семнадцать, но Оля до сих пор боялась темноты и покойников. С чем это было связано, память скрыла. Но страх был на грани ужаса, когда волосы встают дыбом, паника накатывает волнами, а глаза рыщут вокруг в поисках спасения.

Светлый дом, казалось, потемнел и покосился. Жаркий июль хоть и заливал комнаты светом, но в глазах было темно.

Быстро проскочив темные сени, Оля остановилась на пороге кухни. Оттуда не было видно гроба. Везде стояли люди.
Но мама сзади подтолкнула ее в спину в сторону комнаты.

На негнущихся ногах Оля подошла к изголовью. Она смотрела и не узнавала. Она видела, но не верила. Она хотела обнять дедушку, услышать его слегка надтреснутый голос, но не прикасаться к холодным рукам.

В некогда светлой и просторной комнате было тесно и душно.
Оля начала задыхаться, закружилась голова.
Она почти не помнила, как быстро склонилась, прижалась губами к восковому лбу и опрометью выскочила через темные пугающие сени к спасительным дверям в сад. Как ее колотило, словно в лихорадке, пока она неслась домой через лес. Средь белого дня свалилась в кровать, укуталась одеялом и дрожала.

Восковое лицо перед глазами затмило все живые воспоминания самого дорогого ей человека.

Она никак не могла понять, как этот сильный, человек, бывший пилот истребителя, умный и надёжный мог сломаться, стать слабым и умолять о смерти. Всего за три месяца его победила, сломала, сожрала болезнь.

В эти три месяца Оля редко бывала в доме у бабушки. То ли дед не хотел, чтобы его видели таким, то ли Оля не хотела видеть его слабость.

Для неё он всегда был тем, к кому она быстро-быстро забиралась на колени рассказывать сказку про «Куятьку лябу». Он тот, кто решал ей задачки по физике, сокрушенно качая головой. Деда печалило только одно - что у неё был не математический склад ума, как у ее мамы. Он приносил в зелёном коробе рыбу с речки. Возвращался из леса в высоких подвернутых сапогах, с ружьем в одной руке и зайцем в другой. Он учил Олю искать в лесу грибы, когда они хитро прятались. Он надевал белый костюм пасечника и смело открывал руками ульи, а Оля с визгом улепётывала в дом, боялась пчёл.

Она не заметила, как уснула. Мокрое лицо даже во сне выражало скорбь.

Она стоит посреди большой комнаты. За маленькими окошками светит солнце, но доме сгустились сумерки. Ставни открыты, занавески не шелохнуться, воздух застыл.

Посреди комнаты стоит гроб, но деда в нем почему-то нет. Он выходит из спальни…

- Деда, ты чего встал? Тебе лежать положено? – У нее округлились глаза, перехватило дыхание. Она пятится вперёд спиной, к кухне.

Дедушка направляется к ней. Он молчит, но его слова как будто слышит она в своей голове. Девочка понимает, что он хочет ее забрать с собой. Она медленно начинает обходить гроб по кругу, отгораживаясь им от деда.

- Дедушка, миленький, ложись, тебе нельзя вставать. - Почти плачет.

В ужасе она бросается на кухню. В голове бьется: «Как пробежать эти темные сени, он же меня там схватит?» Распахивает тяжелые низкие двери. Темнота обдает ее холодом могильным.

Она делает рывок, словно раздирая невидимую пелену. Быстрее, к солнцу! Распахивает створки…

И с криком просыпается.

Глаза ищут свет, но вокруг темно. Вдруг она всем телом ощущает, что на соседней кровати, там, где должна спать маленькая сестренка, вытянувшись по струнке, лежит дедушка. Кошмар продолжается. Волосы на голове медленно поднимаются. Ужас заползает в уши - и в них зазвенело, в нос - и стало трудно дышать, в рот - и она подавилась криком. Руки и ноги налились свинцом. А мозг твердит одно: надо вскочить, добежать до двери и включить свет.

Не помня себя, девочка соскакивает с постели и несётся по темному коридору. Яркий свет резанул глаза. Как она оказалась на кухне, не понимает. Пытается попасть ковшом в ведро, чтобы напиться. От грохота просыпается мама.

- Почему? Он же меня так любил! И я его! Почему он пытается меня забрать с собой? - Сквозь рыдания мать еле разбирала ее слова. Ей пришлось дать самое сильное «взрослое» снотворное, чтобы дочь успокоилась и уснула.

На следующий день девочка заболела. Горло воспалилось так сильно, что перекрывало воздух. Она вся горела и металась по кровати. И в бреду все искала выход.

Завтра выйдет заключительная часть. Буду рада, если подпишетесь на мой канал.

Две первые части можно прочитать здесь https://dzen.ru/suite/c82f5ac7-c24e-4cca-949d-fd56d5772d04