Мне позвонили из опеки и сообщили, что био умерла. Оказалось у детей есть две кровные тетки и обоих зовут Лена. Мне передали телефон обоих.
Лена, сестра био-матери, живет в 400 с небольшим км от меня, а Лена, сестра био-отца Евы, живет в том же общежитии, что и био-мать жила.
Обе, когда изымали детей написали от них отказ. Сестра матери ездила к Веронике, смотрела на нее и после написала отказ. Сестра отца сразу отказалась.
Для себя я решила, что с теткой по матери стоит пообщаться, а вот по отцу общение смысла не имеет.
Позвонила в этот же день и пообщалась с Леной. По общению это была милая и адекватная женщина. Она мне сообщила, что взять детей сама не смогла, но всегда о них помнит, для себя она решила, что будет их искать после того как их заберет хорошая семья. Связь поддерживать она собиралась после взросления детей.
У детей после био осталось в наследство две комнаты в двух общежитиях и на них Лена не претендует, готова отправить документы мне почтой или, даже, лично привезти, заодно и с детьми повидаться.
Я не возражала, потому обежала сообщить дату в которую мне будет удобно их принять.
Примерно через месяц мы договорились встретиться.
В назначенный день состоялась встреча.
Приехала Лена и её муж. Они прошли в дом, с собой они привезли несколько больших пакетов с вещами. Это были вещи, которые носили её дети, когда были маленькими, детям на тот момент было 16 лет сыну и 20 лет дочери. Вещи были сомнительного качества и чистоты. Куча платьев из синтетического фатина, модных лет 15-20 назад, в некоторых местах были порваты и грязны. Закрутки 3х летней давности (на них были наклейки с датами). Самодельный торт и сладости, Лена печет торты на заказ (вполне приличные и сложные торты).
При встрече Вероника спряталась за меня, а Ева сидела на моих руках.
- Это, Вероника?, - удивленно спросила Лена, - что ты с ней сделала? Иди ко мне Вероника, дай я тебя обниму.
Вероника стояла не шелохнувшись. Я легонько подтолкнула ребенка к Лене, она обняла Веронику, на том их общение закончилось. Всё внимание было отдано Еве. Лена взяла Еву на руки и больше отпускать не желала, они прошли в комнату. Вручили детям привезенные старые игрушки, мне "мешки с вещами". Я не мешала общению с детьми, наблюдала из соседней комнаты и внимательно слушала их разговоры.
За всё общение и нахождение их в нашем доме, к Веронике Лена больше не обращалась и ни как на неё не реагировала, всё её внимание было только для Евы: она её тискала, обнимала, не спускала с рук, часто при обращении к ней говорила "моя Ева".
Я пригласила их за стол.
За столом дети сидели спокойно и ели самостоятельно, даже сидящая на моих коленях Ева подхватывала ложкой картофельное пюре и клала её в свой рот. Лена не переставала восторженно и удивленно повторят:
- Это правда Вероника? Она сама ест? Сидит спокойно? Не дергается? Не кричит? Какая моя Евочка красивая, какая молодец, ест самостоятельно!
Муж её тоже удивлялся. Пока его жена сидела в комнате с детьми, он много рассказывал о том, что именно его жена не захотела брать "больных детей":
- Вероника была совсем плохая и они считали, что её путь психиатрическое отделение, без возможности выздоровления, так же им была не ясна ситуация с Евой, она тоже могла быть "припадошной" как и Вероника. У них уже взрослые дети, дочь 20-ти лет, возможно скоро выйдет замуж, и тратить своё время на "безнадежных детей алкашей" не хочется. Да и сыну 16 лет, самый сложный возраст. Оба их ребенка живут в их областном центре, где обоим детям купили по квартире, приезжают не часто, т.к учатся, а дочь еще и подрабатывает.
В это время подошла Лена и "шикнула" на мужа, видимо он сболтнул лишнего.
За столом Лена стала вести разговор о том, что бы я отправила к ней на лето всех своих детей, погостить. У них деревня и детям там будет хорошо. Так же в деревне живут двоюродный дед с семьей и двоюродная бабка. Они тоже будут рады увидеться с детьми. Я обещала подумать.
Мне хотелось, что бы они побыстрее уехали, при всех их улыбках и милых разговорах, они мне не понравились. Я их видела лицемерными и злыми.
Так же мне совершенно не понравилось их обращение "наша Ева", я несколько раз им сообщила, что Ева - моя, мать у неё я и другой она не знает и знать не будет, а вот Вероника - ваша, т.к. она вам знакома, да и ребенок знает о "другой матери". Меня проигнорировали, что меня, несомненно, начинало злить.
Пробыли они у нас четыре часа и, наконец-таки, уехали, а я смогла с облегчением выдохнуть.
Эмоционально я была без сил, они как вампиры выпили всю мою энергию.
Это был тяжелый день для меня.