Жили как-то муж с женой — Коля и Маша. Всё у них было замечательно, любили они друг друга до беспамятства, да вот только не было у них детей. Уж как они не старались, сколько денег в платных клиниках не оставиляли - а всё без толку. И вот посоветовали им как-то люди добрые, знахарку опытную, в селе соседнем проживающую. Делать нечего, поехали они к знахарке, по пути гостинцев всяких накупили - не с пустыми ж руками за помощью ехать.
Встретила их бабка чин по чину, за стол усадила, да за чаем про беду их выслушала.
— Помогу, — говорит, — вам с бедою вашей, но условие одно будет. Старенькая я совсем, а знания передать некому. Будут у вас - девочка и мальчик, уж не волнуйтесь, моя забота как. Только, девочке когда три года будет, привезёте её ко мне, учить её стану, а вы мальчика ростите и про неё не вспоминайте даже. Такое условие.
Запереживали Коля и Маша - как же дитя-то своё в три годика отдать, да и не вспоминать о нём? Но, подумав, решили, что бабка и не доживёт может, уж больно она старой выглядела. Согласились.
Ушла бабка в сарай, а вернувшись, вручила им два узелка с травами всякими.
— Домой придёте, узелки подальше спрячьте, да живите дальше, как и раньше жили, всё само и образуется. Да, только обмануть меня и не думайте - нехорошо будет. — сказала она, провожая гостей из избушки.
Приехали домой Коля и Маша, сделали всё как бабка говорила, и стали дальше жить как жили, а через девять месяцев родила Маша близняшек - мальчика и девочку. И так они их полюбили, что решили не отдавать девочку старухе, а уехать куда подальше, чтоб не смогла она добраться до них ни коим образом. Сказано — сделано. Уехали они с детишками далёко-далеко, и жили счастливо, пока не исполнилось близнецам три года. На третью ночь после дня рождения детей, приснился им обоим сон, в котором бабка та древняя должок вернуть просила, и срок дала им пятидневный, чтоб девочку ей привезли, иначе ждёт их месть жестокая.
Не придали значения родители счастливые сну тому вещему, а на шестой день нашли их соседи мертвыми, как будто зверь какой дикий порвал их в ярости. А девочка маленькая пропала вовсе, нигде следов её даже не было.