Путь, ведущий сквозь века, привёл христианство из относительно небольшой общины, можно сказать, сектантов, к официальной римской религии, отказаться от которой было бы рискованно. Вряд ли римские чиновники могли предполагать такой поворот событий. Но в этой статье пойдёт речь о том, что не могло присниться им и в страшном сне - христианский епископ позволил себе указывать самому императору и тот подчинился. Но обо всём по порядку.
Содержание
1) Магн Максим
2) Возвышение христианства
3) Итоги
Магн Максим
После активных споров Константинополя и Рима за право диктовать остальным церковный канон, а также регулирования отношений с готами, империя и её проблемы не перестали возникать. В 383 году британские легионеры подняли восстание и объявили правителем своего командира испанского происхождения Магна Максима (382-387 гг.). Его положение по истине можно было считать королевским. Про него гласили легенды Уэльса, только в ним его именовали Максеном Вледигом.
В них он предстаёт римским императором, оказавшимся в Британии, которую активно отстраивает, пока трон Рима узурпировали. Несмотря на мифологичность многих аспектов в этих валлийских сказаниях, можно сделать вывод о вкладе этого человека в историю Уэльса. Он, в качестве военачальника, позволил переселиться туда людям из земель, которые сейчас принадлежат Ирландии, и действительно мог прилично отстроить эти территории.
В то время, в Британии христианство не пользовалось той популярностью, которая существовала в других частях империи. Точно также к нему относились легионы и сам их избранник, который поднял свои знамёна за Юпитера и повёл войска в Галлию. Об этом есть упоминание в творчестве средневекового священника Гальфрида Монмутского. Сей труд “История королей Англии” рассказывает о короле Артуре, который прибыл в Галлию воевать с римским трибуном. Этот персонаж впитал в себя ряд образов и один из них - Магн Максим.
В произведении, герой победил и, уничтожив окрестности земель, на которые пришёл, установил там свой королевский двор на месте старой римской крепости Лютеции Паризиорум (от названия кельтского племени, совр. Париж) на реке Сене. Реальность не сильно отличалась, хотя действующее лицо, всё же не носило имя Артур и де-юре не было королём. Магна встретил Грациан, но часть его войск, которым больше нравилась языческая идея у императора перешла к бунтовщику. В итоге сын Валентиниана I проиграл, вынужденный бежать. Вскоре он умер, а захватчик стал править рядом земель, что разделило империю аж на 3 части.
Магн Максим владел Испанией, Британией и Галлией; Феодосий Востоком, а Валентиниан II Италией и Северной Африкой. Первый и второй были давними знакомыми. Они воевали на британской земле. И новоиспечённый правитель прислал письмо дружбы своему коллеге, которую тот счёл благоразумным принять из-за столь стремительного изменения положения. Мир длился 4 года, но всё это время последний не оставлял идеи свержения узурпатора, которую тщательно скрывал.
Важнейшую часть подготовки заняла попытка договориться с новым царём Сасанидов Шапуром III, сыном своего Великого тёзки. Римского монарха заботили гарантии мира. В качестве посла Феодосий отправил 30-летнего воина, наполовину римлянина, наполовину вандала (племя, жившее севернее Карпат) Флавия Стилихона, не пользовавшегося любовью сограждан из-за происхождения, хоть этот народ приносил не сильно много проблем, в отличии, например, от готов.
Император же не имел подобных предрассудков, а потому доверял своему человеку эту важную задачу. Тот оправдал ожидания и прекрасно провёл переговоры. Важнейший объект возможного конфликта - Армения, была поделена между двумя государствами. Западной частью армянского царства управлял теперь ставленник Рима, а восточной - Персии. За подобный успех, римско-вандальский боец удостоился генеральского звания и императорской племянницы и, по совместительству, приёмной дочери в качестве жены.
Пока шла подготовка восточного правителя к войне, Магн Максим решился воевать с 15-летним Валентинианом II, за оставшуюся часть Запада, в частности, за Италию. Этими землями при этом управляли военачальники и мать правителя Юстина, по причине малолетства последнего. Регентша была арианкой и на этой почве у неё произошёл конфликт с епископом Амвросием Медиоланским. В 386 году она с помощью сына выпустила указ, согласно которому, он должен был выделить одну свою церковь для сборищ ариан, на что тот ответил отказом.
В ответ на это Юстина стала требовать себе значимую церковь Новую Базилику (будущий Собор Святого Петра). Наступила пятница перед Вербным воскресеньем, стоящим в календаре перед важнейшей в христианстве Страстной неделей. В этот день Амвросий готовил неофитов к крещению. В этот самый момент люди императорской матери зашли в помещение, где происходила данная процессия и начали менять драпировки. Епископ показательно не отрывал внимания от своей паствы.
Однако паства, придерживающаяся никейских взглядов, так спокойно не отреагировала на этот жест и собралась вокруг Базилики с протестами. Количество протестующих неумолимо росло. В течение недели Милан переживал значительные беспорядки. В ответ на это власть усиливала своё давление, присылая своих солдат. В итоге, пострадало также и немало торговцев и ремесленников. Амвросий оказался со своими подопечными в церкви и учил их тому, что Иисус - это совершенный Бог, укоряя тем самым ариан, и что им не следует подчиняться императору, а следует посвятить свою жизнь Господу.
Ситуация стала столь сложной, что к ней подключился Валентиниан. Он дал приказ бойцам оставить церковь, хотя это безусловно не уменьшило масштаб проблемы. Ведь опасность почувствовал как император, так и Амвросий, которого могли обвинить в измене. Весь этот сыр-бор дошёл до Магна Максима и он поспешил им воспользоваться. Под предлогом защиты никейской веры он выступил в Милан, хотя как мы помним, его позиция демонстрировала его выбор в пользу бога Юпитера, а не того, что почитали христиане. Предлог религии, а также защиты и освобождения испокон веков сопровождал многие конфликты. Тем более, тут узурпатор выступал в роли гаранта существующего закона, что добавляло ему баллов.
Магн Максим направился в Медиолан (Милан) через альпийские горы. Валентиниан с матерью и остальными членами семьи решили бежать в Паннонию. Феодосий тоже прибыл туда. Там Юстина предложила ему свою дочь - красавицу Галлу Флавию в обмен на помощь с вторженцем. Восточный правитель империи посчитал, что от такого шанса породниться с такой семьёй не стоит упускать. И заручившись таким интересным союзом, он приступил.
Сперва он пустил слух о своей огромной армии, а затем направился с ней в Милан. Его ставка великолепно сыграла. Магн не ожидал, что его соперник рискнёт оставить Восток без защиты. В то же время, его солдаты испугались молвы об огромных легионах и предали своего предводителя, сдав Валентиниану. Так не пролилось ни капли крови, за исключением самого бунтовщика. Военачальник Феодосия Арбогаст также задушил наследник казнённого в Трире.
Возвышение христианства
Эта победа сильно возвысила Феодосия. Он теперь был родственником Валентиниана, спасителем Рима, а его верный подчинённый, франкского происхождения по отцу, Арбогаст стал правой рукой молодого императора западной части империи. Вообще монарх восточного римского государства окружил себя варварами. Это неплохо так увеличивало его безопасность, ведь его окружение, получается, не могло рассчитывать на то, чтобы занять престол. Этот ставленник Феодосия являлся умелым бойцом. В то же время, Валентиниан в момент регентства не набрал много политической воли, а потому Арбогасту не приходилось тяжко, когда он продавливал выгодные решения для своей стороны. Он возглавил администрацию Запада и подчинялся лишь своему патрону.
Феодосий фактически держал в руках всю империю. Они теперь освободились для его планов, связанных с управлением государства и унификацией религии. Он ужесточил процедуру поиска беглых колонов и рабов, ввёл должность защитника сенаторов, для поддержания этого сословия. Тех, кто осваивал “целинные” земли правитель поощрял льготами. Чтобы отвадить граждан от традиционного культа, он отменил выходные в языческие праздники, которые напоминали жителям о славных былых временах. Началом формирования новой идеи служили попытки стереть старые.
На Западе сенаторы активно боролись с этими поползновениями. Алтарь Победы, что забрали у Сената отстаивала группа влиятельных лиц, во главе с префектом Рима Квинтом Аурелием Симмахом. Он в своих обращениях писал: “На чём клясться чтить твои законы и указы? Что помешает вероломному уму лжесвидетельствовать? Воистину все места преисполнены Богом, нет ни единого угла, где лжесвидетель был бы в безопасности - но упреждению преступления очень помогает мысль о присутствии священных предметов. Этот алтарь соединяет в себе всё, он обращён к вере каждого, и нет ничего, что давало бы нашим указам больший вес, нежели то, что все наши решения, так сказать, закреплены клятвой...мы смотрим на те же звёзды, у нас всех общее небо, и окружает нас тот же мир. Так какая разница, каким способом каждый из нас ищет правды?”
Для Феодосия ответ на этот вопрос был очевиден. Когда все ищут правды по-разному, это не служит цели объединения людей. Так ответил Симмаху Амвросий Медиоланский: “Вы забываете, что глас Божий наставлял нас; с помощью слабых догадок вы пытаетесь постичь того, что пришло к нам с самой Мудростью и Правдой Божьей. Потому наши обычаи расходятся с нашими. Вы просите императора обеспечить мир вашим богам, а мы молим Христа о мире для самих императоров. Вы обожествляете труды собственных рук, мы же считаем кощунством называть Богом любую сотворённую вещь...Император-христианин научился почитать лишь алтарь Христа... Так пусть же голос императора говорит лишь о Христе, пускай он объявит Его единственным, в Кого верит всем сердцем, ибо сердце правителя - в деснице Божьей”.
Однако, этот же епископ, несмотря на то, что поддержал императора, в 390 году создал небывалый случай, ставший примером для будущих взаимоотношений между властью и церковью. Наместник готского происхождения из Паннонии позволил себе напиться в таверне и оказался голым возле гонщика на колесницах, который предъявил ему за это претензии. Протрезвев, глава провинции приказал взять того под арест. Но не учёл он того, что этот колесничий оказался довольно известен и на следующий день должен был выступать. Поняв это, новоиспечённого арестанта не выпустили. Толпа его фанатов такого не простила и, взбунтовавшись, вбежали в жилище чиновника и убили его.
В ответ на это правитель запустил механизмы репрессий, которые коснулись и тех, кто просто наблюдал за этим процессом бунта. Это был тот случай в Фессалониках, который я кратко описывал в прошлой статье. Это возмутило Амвросия. По приезде в Медиолан, Феодосий столкнулся с необычным событием - миланский епископ не пустил его в церковь для исполнения христианских ритуалов, т.е. молитвы и причастия. Тут стало ясно, что объединение под эгидой христианской религии, может затронуть и высшие слои общества вплоть до самого монарха. Возможно, это было немного больше, чем он желал.
Правитель потратил 8 месяцев на то, чтобы найти как отреагировать на эту ситуацию. Он размышлял, выступить ли против христианства, либо принять правила игры, а может быть поступить по принципу “золотой середины”, которую нужно было ещё найти, что не просто. В итоге он пришёл с покаянием и даже согласился несколько месяцев соблюдать епитимью, т.е. церковное наказание. Далее последовала активная борьба со многими языческими проявлениями.
Показавший себя, как правоверный христианин, он уничтожил все храмы традиционного культа; огонь, который поддерживали весталки, т.е. жрицы богини Весты, он потушил. Досталось даже олимпийским играм. Все, кто поклонялся римским божествам, выступал против Единого Бога. Феодосий понимал, что в конкуренции с христианством, не может оказаться на первом месте. Важнейшее, что он мог сделать - заручиться полной поддержкой этой религии. Он выбрал такое направление.
Итоги
Разобравшись с возникшей проблемой в лице Магна Максима, Феодосий смог добиться высочайшего положения. Он оказался чрезвычайно могущественен в Риме для людей. Однако, он сохранилась уязвимость для идей, в частности, для христианской религии, путь для которой он выстлал собственными руками. Так или иначе, христианство стало иметь значение в государственных делах, какое ещё никогда не имело и император предпочёл с этим смириться, потому что это служило объединению людей, а в разобщённой империи это было важнейшей задачей. Однако и христианство не спасло от последующего разделения, но это уже совсем другая история.
Как вы думаете, почему Амвросий допустил, что он может влиять на императора и почему его ставка сыграла? Пишите комментарии, ставьте лайки, подписывайтесь! Благодаря Вам канал развивается! Спасибо за внимание!