Интервью с Сурковым

В пятницу прошлой недели, после скандального интервью Пригожина, попросил Суркова о комментарии.

Пообщались с ним лишь в субботу дистанционно.

События мятежа тогда были в самом разгаре.

Да и в этот день я летел из Сочи. Так что решил интервью Суркова попридержать.

Очевидно зря.

Позиция Владислава Юрьевича мне кажется несомненно важной. Особенно по закону о ЧВК.

- Как Вы оцениваете причины и возможные последствия пригожинского мятежа?

Сурков: У нас сейчас модно копаться в истории. Ну вот вам история: в 1980 году в Ленинграде по улице шла женщина. Обычная женщина. К ней подскочили три гопника. Один из них набросился на нее сзади, схватил за шею и начал душить. Душил до тех пор, пока она не потеряла сознание. После этого гопники сняли с нее серьги и - внимание! - сапоги. Этих тварей потом арестовали и судили. Того из них, кто напал сзади на женщину и душил ее, звали Евгений Пригожин. И это все, что нужно знать о Пригожине. Больше ничего. Все остальное не имеет значения.

Конечно, возникает риторический вопрос: «но позвольте, как же он служил в очистке?» К счастью, риторические вопросы не предполагают ответов.

- Что необходимо для нормализации ситуации?

Сурков: Много чего. Но главное - обеспечить единоначалие. А для этого - всерьез задуматься, а зачем нам вообще нужны частные военные компании?

Я, как известно, считаю российскую демократию суверенной. В этом подходе главное - не нужно слепо копировать чужие институты. Что-то нужно перенимать, а что-то нет. Критически важно учитывать при построении политической системы особенности национальной культуры и психологии.

Что такое ЧВК? Прямое заимствование из западной практики. Вернее, из американской практики. А это еще позападнее любого запада будет. Сейчас опять пошли разговоры о законе о ЧВК. Но стоит ли легитимизировать институт, в российских реалиях по сути своей антиинституциональный? Вот примут закон , и потянется в высокие кабинеты вереница энтузиастов. И будут уговаривать разрешить им создать частную армию. И ведь многие уговорят.

Как может быть в нашем понимании военный отряд частным? Это совершенно не соответствует русской политической, управленческой и военной культуре. В России нельзя, например, иметь частную атомную станцию. А частную штурмовую дивизию вроде как можно? Почему? «Частные армии» у нас возникали только во времена Смуты и Гражданской войны. Если закон о ЧВК примут, то как бы он ни был хорош и продуман, как бы там четко ни прописали, что ЧВК подчиняются армейскому командованию, являются частью армии и прочее, такой закон все равно создаст опасную перспективу превращения нашей страны в будущем в какую-то евразийскую «зону племен».

Не нужно нам этого. В наших Вооруженных Силах есть контрактная система. Усложните ее, сделайте более гибкой, если нужно, но не играйте больше в ЧВК.

ЧВК ведь создавались для участия в прокси-войнах. Зачем они нам сегодня, когда мы открыто участвуем в битве за Украину? Это не прокси-война, это СВО. Армию надо укреплять не только оружием, но и единоначалием.

Помните, как развалились стратегические промышленные отрасли в СССР? Их разрушил закон о кооперации. При каждом госпредприятии насоздавали частных кооперативов. В кооперативах оседала прибыль, которую контролировала и проедала дирекция госпредприятия. А расходы и убытки вешались на госпредприятие. Результат - разорение, крах машиностроения, добывающих отраслей. Сколько лет и денег понадобилось для восстановления!

ЧВК это же кооператив при армии! На армию повесили все «убытки» - и материальные, и репутационные. А ЧВК получает деньги и славу. Да, среди бойцов ЧВК много героев. Но разве меньше их среди «обычных» десантников, пехотинцев, танкистов, артиллеристов?! Если это не остановить, итог будет разрушительным.

- Пригожин заявил, что СВО выгодна только олигархам?

Сурков: Правильно. Таким олигархам, как он.

Что такое олигарх с точки зрения политологии? Это бизнесмен, делающий деньги на госзаказах (например, на поставках еды и смертников для Минобороны, как Пригожин) , имеющий медиаресурсы (они у него есть), коррупционные связи в органах власти (они у него есть), политические амбиции (они у него есть). Пригожин и есть олигарх. Дали бы Березовскому танк - получился бы Пригожин. Ему и выгодно.

А битва за Украину началась и закончится не ради выгоды. А ради победы.