1(13) сентября 1911 года в Киевском городском театре в антракте во время представления оперы "Сказка о царе Салтане" был смертельно ранен премьер-министр Петр Столыпин.
Услышавший шум и женские крики, Николай II вернулся в ложу, из которой увидел истекающего кровью премьер-министра, успевшего из последних сил благословить его.
В этот момент над сценой поднялся театральный занавес, и артисты "а капелла" на коленях исполнили гимн "Боже царя храни" под который премьер-министра вынесли из зала.
Несмотря на весь трагизм этого момента, важнейшая и малоизвестная часть этой драмы развернулась на следующий день, когда утром 2 сентября агонизирующий Петр Столыпин приказал позвать к себе министра финансов графа Владимира Коковцева.
Дальнейшее известно из сохранившегося протокола допроса Коковцева следователем Временного правительства 25 августа 1917 года:
Столыпин, смертельно раненый , в 8 часов утра позвал меня в комнату и, сильно страдая, среди стонов, обратился с просьбой взять ключ из жилета, открыть портфель в его кабинете и там найти срочный доклад, который был заготовлен, и который я, 2-го сентября, доложил бывшему императору, и тогда же я сказал ему, что Столыпин не жилец.
Но что же это был за неординарный документ, с которым даже умирающий премьер-министр пытался ознакомить Николая II?
Дело в том, что с весны по август 1911 года Петр Столыпин напряженно работал над проектом реформ, который, помимо дальнейшего экономического развития России, должен был поднять на небывалую (для того времени) высоту социальную защищенность подданных империи.
Именно с этим проектом и должен был ознакомить Николая II Петр Столыпин после завершения праздничных торжеств в честь открытия памятника Александру II в Киеве (по иронии судьбы убийство премьер-министра произошло в последний день этих торжеств).
Точный текст этого последнего доклада Столыпина не сохранился. Скорее всего, он хранился в архиве Николая II и был утрачен после 1917 года. Но в общих чертах его содержание известно со слов помощников Петра Столыпина (личного секретаря профессора А.В. Зеньковского и т.п.).
Итак, что же такого воистину революционного для России того времени предлагал царю премьер-министр?
Петр Столыпин предлагал создать с 1912 года:
- Министерство социального обеспечения, которое должно было разработать законопроект и механизм по выплате пособий рабочим и служащим в случае инвалидности, болезни или безработицы.
- Министерство труда, которое должно было выработать меры по улучшению экономического и культурного положения рабочих.
- Министерство национальностей, которое должно было предотвращать конфликты на национальной почве и способствовать развитию культурных связей между всеми народами России и т.п. Возглавить это министерство должен был общественный деятель, пользующийся авторитетом у всех частей Российского общества.
- Министерство исповеданий, которое должно было поднять авторитет Православной церкви на новую высоту (Петр Столыпин не был доволен существующим положением), что подразумевало реформы церковного образования, подготовку основы для восстановления Патриаршества и т.п.
- Министерство по эксплуатации природных богатств, которое должно было разработать план строительства шоссейных и железных дорог в богатые ресурсами регионы на период 1913-1930 годы. И привлекать капиталы для создания новых акционерных компаний, концессий и т.п.
- Министерство здравоохранения, которое должно было повысить уровень доступности платной и бесплатной медицины в империи. Обеспечивать постройку и содержание новых больниц, постоянное повышение квалификации врачей и т.п.
Особое внимание этого министерства должно было быть обращено на борьбу с эпидемиями и координацию действий всех лечебных учреждений в России.
Неизвестно, какое впечатление этот доклад произвел на Николая II, но через несколько дней Петр Столыпин скончался, и все эти предложения так и остались на бумаге.
Новый премьер-министром стал уже знакомый нам министр финансов Петр Коковцев, который не был политиком с большой буквы и стремился только к сохранению существующего положения.
Понятно, что, как и любые реформы, предложения Петра Столыпина могли не достичь желаемого эффекта (или воплощены в жизнь не в полной мере).
Но часть из них, например, реформы социального характера, несомненно, улучшили бы морально-психологический климат в стране.