Письмо 57. Кемерово, 19.01.80
Ты моя ясочка, славная болтушка!
За тобой по телефону не угонишься! Я — слово, ты — двадцать, прямо ужас какой-то. И обидно до слез — не успеешь сказать два слова — приходится закругляться. Это же плохо, говорить по 25-30 мин. и успеть только поздороваться. Балда ты! Правда, хорошая, очаровательная, но — балда…
Признаться, я устал ужасно. Чуть свет встал, ложусь спать в 3-4 часа утра, и так уже много дней подряд. Только собрался в отпуск (по-настоящему), как назначили конференцию на 14-16 февраля. Это min неделю они у меня свистнут. Но я так просто не дамся!
Когда я был был в Томске, она мне сказала, что приезжать мне не нужно. Да я и не в состоянии ехать, сил нет. После совета мне разрешат печатать реферат. Защита планируется уже с 99%-ной точностью на 16 АПРЕЛЯ. Я думаю во вторник отправить бумаги все с Фридманом. Он все сделает не хуже меня. И ты не думай, что я ко всему отношусь легкомысленно. Ужас, как обидно! Письмо получил и прочитал, кино тоже смотрел.
Гадкий фильм, правда, в нем очень много истины нашей суровой. Это огорчает. Письмо же твое — сгусток нервов. Так мы не договаривались, так ты действительно сляжешь в больницу, так мы и не поживем здоровой, счастливой жизнью. Я на пределе, ты на пределе, ОНИ на пределе. Что же будет в итоге?
Гоги письмо ушло, я надеюсь на благополучное и скорое решение. Если туда не ехать, зачем было все затевать?
Отпуск мой, и ты это знаешь, я придумал только РАДИ ТЕБЯ!
Мне -то он совсем не нужен. Если ты не сможешь 1 февраля уехать, я выйду на работу, а там будет видно. И на защиту ты приезжай, обязательно. А как же иначе?
Не злись сама, не расстраивайся, «не кипи». Все — за нами. А ЧДК пусть съест дулю!
Идея с папой — хорошая идея. Ее нужно культивировать всячески!
Скоро увидимся, обещаю тебе. Даже очень скоро…
Целую тебя крепко, хочу, умираю, скучаю, люблю.
Всегда твой Эм