Запад говорит: «Долой старость!» Что скажет Восток?
Ежегодно 1 октября по решению ООН во всем мире отмечается День пожилого человека. Событие это – вовсе не бодрый праздник в честь стариков и даже не сентиментальный призыв вспомнить о проблемах старшего поколения, а своеобразный сигнал, посылаемый демографами ООН мировой общественности: «Внимание! Человечество стареет! Надо что-то делать!»
Действительно, человечество стареет. Еще полвека назад средняя продолжительность жизни в мире составляла 48 лет. Сейчас – 67. В то же время сокращается рождаемость.
В 60-е – 70-е годы увеличение числа пенсионеров в странах с рыночной экономикой казалось благом. Отлаженная страховая система позволяла крупным пенсионным фондам владеть огромными финансовыми ресурсами, с которыми они имели право делать все, что угодно, кроме одного – рисковать. Поэтому пенсионный капитал направлялся в низкоприбыльные и долгосрочные, но очень надежные экономические проекты. Благодаря чему пенсионеры являлись, по сути, инвесторами самых ресурсо-и наукоемких отраслей. Кроме того, так как деятельность пенсионных фондов жестко контролировалась государством, эти ресурсы в любой момент можно было направить в слабый сектор фондового рынка и тем самым предотвратить начинающийся обвал рынка ценных бумаг, то есть спасти американо-европейскую, а то и мировую экономику от очередного финансового кризиса.
Однако, за последние 20 лет ситуация изменилась. Пенсионеров становится все больше, а работоспособного населения – все меньше. Пенсионеры деньги могут только тратить, а «молодых» рабочих рук для того, чтобы создавать то, на что «старые» деньги можно тратить, скоро хватать не будет. Россияне прекрасно знают, что может случиться дальше – инфляция, паника, социальные волнения.
Правительства развитых стран борются с проблемой старения подручными средствами – повышают пенсионный возраст, увеличивают налогообложение пенсионных сбережений (чтобы статус пенсионера был не так выгоден, и хотелось поработать подольше), наращивают объем льгот, одновременно снижая наличные выплаты и т.д.
Организация Объединенных Наций решает проблему глобального старения населения другими методами. Регулярно к Дню пожилого человека она выступает, в сущности, с одними и теми же декларациями, честолюбиво именуя их «инициативами».
Вряд ли стоит обращать внимание на инициативы, призывающие мировое содружество предоставлять пожилым людям достойный доход, медицинские услуги, питание, жилье и т.д. Любому нормальному человеку, пусть он даже член правительства или парламентарий, необходимость всего этого должна быть понятна и без «инициатив». Интерес представляет активно пропагандируемый ООН принцип «К обществу без различия возрастов». Согласно названному принципу, современное общество должно быть построено так, чтобы человек в любом возрасте чувствовал себя активным, работоспособным и социально полезным гражданином. Для чего предлагается, в частности, «расширить доступ к образованию для взрослых, ввести практику постепенного ухода на пенсию, дать возможность старикам работать неполный рабочий день и создать систему заключения контрактов (!) между поколениями, гарантирующих устойчивый доход при достижении престарелого возраста». Кроме того, заявляется, что «чтобы жить лучше в более поздние годы, человек должен использовать молодые годы для непрерывной (!) учебы, повышения квалификации, здорового образа жизни и накопления сбережений». В общем, старики должны быть как можно более молодыми, а молодые готовиться к тому, чтобы, став стариками, быть как можно более молодыми. Круг замкнулся – проблема старости решена. Заодно и проблема молодости. В идеале, видимо, и юноша, и старец должны со временем исчезнуть, уступив эволюционную дорогу какому-нибудь чуть лысоватому, чуть седоватому, но очень бодрому дядьке из видеоролика, рекламирующего новый велотренажер.
Допустим, что для человека, ориентирующегося на «западные» ценности постиндустриального общества, этот ходульный проект если и не является особо желанным, то хотя бы понятен. Но, интересно, как социологи из ООН собираются внедрять данный принцип в сознание человека, воспитанного в восточной культурной традиции?
Для «восточного» человека, выросшего в «традиционном» обществе, старость никогда не являлась проблемой. На Востоке назвать кого-нибудь старым – значит выразить уважение, так как преклонный возраст там – свидетельство мудрости и заслуженного покоя. С точки зрения «восточного» человека, старик, лишенный атрибутов старости: права пребывать в благородной праздности, смотреть свысока на суетную активность молодежи, болеть и жаловаться на болезни, непонятен или смешон, так же как и умничающий ребенок. Чтобы заставить Восток принять западную модель «Общества без возрастов» придется кардинально изменить, если не уничтожить тысячелетиями формировавшееся «восточное» мировоззрение, основанное на созерцательности и уважении к традициям.
Авторов концепции «Общества без различия возрастов» подобные проблемы, похоже, не смущают. Что является лишним подтверждением той крамольной мысли, что главная цель работы органов ООН – обеспечение идеологической основы экономической политике постиндустриальных стран.
Конечно же, это не так. Инициативы, приуроченные к «Дню пожилого человека» (впрочем, как и ко всем прочим Дням), по сути формальны и не преследуют никаких целей, кроме имиджевых. Тем не менее, проблема старения человечества – вполне реальна. И чтобы ее решить, не обязательно превращать стариков в «людей без возраста». Можно попробовать научиться жить в мире, где пожилых людей будет больше, чем молодых.