Северные земли. Древнейший оплот королей и районак. Здесь нет места слабости и милосердию. Здесь боги живут среди людей, а люди подобны богам. Семнадцать месяцев провела дочь короля Вирана в ледяной тюрьме Пернетте, сосланная за недопустимую связь с подданным. Ее возлюбленного и новорожденное дитя сожгли у нее на глазах, а саму Вирану с клеймом нечестивой выслали на верную гибель. Теперь она возвращается в столицу.
Ее отец мертв, Виранна становится районак - великой правительницей, дочерью Ледяного бога, матерью Севера. И Север преклонит перед ней колени. Никогда прежде он не видел более могущественной и жестокой правительницы. Облаченная в белое платье, босая, среди смертных она кажется воплощением духа своей земли. И у Вираны есть план. Ей мало Севера, она мечтает объединить все Пять земель в одну империю. Ей не страшны ни короли, ни войска. Бросить вызов ей может лишь наследник святой королевы Летеции и рыжая южанка Айрис, в теле которой воплотилась богиня смерти Тантира.
Зима 1602 года
Вирана.
Я скользила по ледяным коридорам замка Фарзтет в надежде, что успею прийти вовремя. В начале зимы ничто не могло защитить замок от холода, и пронизывающий ветер развивал за моей спиной серебряный плащ - мое клеймо, притягивающий к себе взгляды всех людей, встречающихся на моем пути. Я не отводила взгляды, как это было во время моего последнего визита в эти стены. В этот раз я смотрела прямо им в глаза, зная, какую власть обрету в следующие минуты.
Семнадцать месяцев, ровно столько длилось мое заключение вдали от стен дворца. Почти полтора года затворницей в храме замка Пернетте, где даже летом температура не поднимается выше пяти градусов. Здесь же, в княжестве Камдаззе, столице Северной земли, климат был совершенно другим. Летом вся равнина вокруг королевского замка покрывалась высокими травами, плодоносили деревья, а солнце грело так жарко, словно отдавало все то тепло, которое мы не знали зимой.
Столица была еще очень молода - лишь тридцать лет прошло с тех пор, как король Коркоран Властитель вместе со всем двором перебрался на самый юг своего королевства. Прежняя столица, Клентон, была воплощением Северной земли. Суровый край, лишенный какой-либо растительности. Вечные льды и громада старинного замка, в котором огонь зажигали лишь для того, чтобы приготовить пищу. Говорят, что мой прадед, король Эннис Второй, спал совершенно раздетым в этом замке льда и стужи, и ни разу за всю свою жизнь не болел.
Так ли это или всего лишь выдумка потомков неизвестно, но с каждым поколением истинная сила королевского рода рассеивалась. Больше короли севера не участвовали в войнах и не вели коварные игры с правителями других стран. Даже в войне за престол Западных, Восточных и Срединных земель они не приняли участие, верно полагая, что кто бы ни пришел к власти, вряд ли его заинтересует обширная ледяная Северная земля.
Но одно не изменилось за долгие века правления – суровый характер властителей. Любое ослушание воли владыки жестоко карается, и от его гнева не может укрыться никто – ни конюх, ни единственная наследница.
В свой четырнадцатый день рождения я узнала, что жду ребенка от графа Риваллона Маннского. В своей глупости, я имела неосторожность сообщить эту радостную для меня весть отцу.
Следующие месяцы беременности превратились для меня в сплошной кошма. В одиночестве, запертая в своей комнате, я могла лишь с замиранием сердца ожидать тот момент, когда дверь откроется, и немой стражник принесет мне очередную порцию еды. Лишь его появление, его сочувствующие взгляды помогали мне продержаться еще один день.
Роды были тяжелыми. Я не могла разрешиться от бремени трое суток, надеясь лишь на то, что Ледяной бог будет ко мне так милостив, что заберет как можно быстрее от этой нескончаемой боли. Наконец, мое дитя появилось на свет, а я провалилась в глубокий сон.
Прошло около трех недель после родов, прежде, чем я смогла подняться на ноги и покинуть стены своей тюрьмы. Все это долгое время я ни разу не видела отца, но в этот день он сам изъявил волю увидеться со мной, для чего пригласил на открытую площадку крыши замка.
Я пришла туда, для того, чтобы примириться с отцом, а вместо этого увидела, как мое дитя и моего возлюбленного поглощает пламя, и их крики сливаются в один. Я должна была сгореть вместе с ними, но слезные просьбы придворных заставили отца сменить костер на изгнание.
Замок княжества Пернетте. Руины посреди ледяных скал. Сюда уходили лишь самые возвышенные жрецы или те, чья смерть подошла слишком близко. Здесь я жила до того дня, когда граф Салливан Отли не приехал в Пернетте для того, чтобы сообщить печальную новость о моем отце. Король Эннис Третий доживал свои последние дни. Давняя брюшная болезнь вновь поразила его, и в этот раз все было куда хуже, чем прежде.
Опозоренная, лишенная семьи, отосланная на верную гибель, спустя семнадцать месяцев я возвращалась домой для того, чтобы водрузить стиану на свою голову, править теми, кто из жалости спас мою жизнь, а позже презрительно отводил взгляд в сторону. Я была единственной, кто мог возглавить королевство. Последней из рода Мидира Основателя. Молодая жена отца так и не подарила ему сына или хотя бы дочь, чтобы она правила вместо меня. Ох, как бы сейчас смеялся отец, осознавая, что собственными руками убил дитя, которое стало бы залогом продолжения нашей кровной линии. Говорят, что женщина, побывавшая так далеко на севере, в самом Пернетте, не способна более родить дитя. Север забирает все живое, оставляя за собой лишь лед и стужу.
- Мадемуазель Вирана, - Салливан Отли появился словно призрак. От неожиданности я вздрогнула.
- Вы меня напугали, - тихо сказала я, стараясь не дать возможности любопытствующим удовлетворить свой интерес.
- Прошу прощения, - однако в его голосе я не уловила ни толики раскаяния. - Ее Величество велела мне поторопить вас. Король очень слаб.
Ее Величество. Мне было двенадцать, когда отец женился во второй раз. Мать, как и меня, он сослал в Пернетте, где она очень скоро скончалась. Новая районак была несколькими годами старше меня. Отец увидел ее в трактире Чарлингтона. Выглядевшая старше своих лет, со сформировавшейся грудью и круглыми бедрами, она охотно раздвинула ноги для короля. Уму непостижимо, как она смогла влюбить в себя владыку настолько, что тот, потеряв голову от страсти, женился на простолюдинке. Это раньше короли севера как никто иной следили за чистотой своей кровной линии, отдавая дочерей лишь за королей, а остальных ссылая на верную смерть в Пернетте. Теперь же чистота крови утратила свое значение. Глядя на красавицу Бритенн, идущую возле отца разменявшего седьмой десяток и не отличающимся ничем кроме дурного запаха и властности, я не могла понять, неужели стиана достойная цена за совместную жизнь с таким человеком? Я не знаю никого в замке, кто бы питал к королю теплые чувства.
Сами боги отвернулись от него, не дав наследника и лишив остатков здоровья.
Вместе с графом мы пробирались через ледяные лабиринты к чертогам отца. Встретившая нас у дверей районак не нашла в себе сил даже для того, чтобы поприветствовать меня. Пряча заплаканные глаза, она поспешно протиснулась между нами и бросилась прочь. Неужели опоздала?
- Он...
- Еще не отошел в мир иной, - покачал головой жрец, - Но небесная ладья уже причалила к берегу.
Кивнув ему, я подбежала к постели отца. За эти долгие месяцы он постарел на многие годы. Кожа висела, волосы окончательно утратили свой цвет, а глаза помутились.
- Я здесь, отец, - прошептала я, склоняясь над ним.
- Вирана? - глаза его удивленно расширились, а голос едва звучал.
- Да, отец. Я с вами.
- Уходи. Проклятая кровь. Уходи!
- Отец? - даже на смертном одре он не перестал ненавидеть меня.
- Дурная кровь, проститутка! - никто из находящихся в комнате не мог расслышать его тихий шепот, но я испуганно озиралась по сторонам.
- Ты убил мою семью. Мою мать, сына, возлюбленного. Ты хотел убить и меня, - я склонилась над самым его ухом. - Как же мне приятно осознавать, что теперь я буду править всем королевством, когда даже черви не захотят есть твое прогнившее, отравленное жестокостью мясо. Уже следующей ночью я буду сидеть в тронном зале, а твое голое мертвое тело будет разглядывать каждая служанка в этом замке. Надеюсь, что в Небесном чертоге тебя встретят все те, кого ты погубил, и отомстят за себя и тех, до кого твои руки дотянулись.
Глаза старика расширились. Грудь высоко приподнялась под одеялом, но резко обсела. Последнее дыхание вырвалось в ледяной воздух и развеялось в комнате. Король Эннис Третий, наконец-то, покинул этот мир.
- Ваше Величество, - Салливан подошел ко мне сзади и положил руку на плечо. – Мы позаботимся о теле. Вас ждет государственный совет. Да будет ваше царствование вечным.
- Я не забуду тех, кто был со мной рядом, - кивнула я и вышла. Мои шаги эхом отражались от ледяных стен. Мое царствование началось. Хотя, осталось еще одно препятствие.
- Бритт, - я нашла вдову короля в его покоях. Мачеха сидела на кровати, устремив пустой взгляд в открытое настежь окно. В комнате было так холодно, что портьеры покрылись изморозью. Закрыв окно, я повернулась к ней, но она даже не заметила моего присутствия. Теперь она казалась лет на десять старше, чем в тот день, когда я уезжала в Пернетте. Кто бы мог подумать, что вопреки всему я выживу и вернусь в столицу лишь для того, чтобы стать районак, а снежная жемчужина двора, как называли Бритт раболепные дворяне, станет ничем.
- Поднимите глаза, - велела я. Женщина вздрогнула, однако подчинилась. - Я хочу, чтобы вы собрали свои вещи и покинули страну как можно быстрее. Вы можете забрать с собой личных рабов и другие подарки, которые вам делал король, кроме тех, что относятся к фамильным ценностям Мидиров. Я велю выдать вам из казны тысячу монет, а на конюшне вы получите лошадь из Срединных земель. Это более, чем щедрое вознаграждение за вашу преданность моему отцу.
- Я беременна.
- Что? - в мгновение ока моя кожа покрылась мурашками. Наследник. Нет. Только не сейчас, когда стиана уже в моих руках. Я стану Вираной Первой, а не забытой дочерью тирана. Слишком многое мне пришлось пережить, чтобы находиться здесь, как будущей районак.
- Запомни, Бритт, после лавины в Белых горах отец не мог иметь детей. Не мог! В твоем чреве бастард, и в нем нет крови Мидиров.
- Но я…
- Уедешь, если хочешь, чтобы вы с ребенком остались в живых. Ты воспользуешься моей мягкосердечностью и щедростью, а я забуду о нашем с тобой разговоре. Уезжай как можно дальше. Южные земли, западные, мне без разницы. Никогда не попадайся мне на глаза. Никогда
Бритт молча поднялась с кровати и принялась складывать вещи. То-то же. Никто не встанет между мной и троном. Я уничтожу любого, кто посмеет это сделать.
Именем Ледяного бога, Верховного бога Западной, Срединной, и Восточной земель, Бога пустыни Южной, Вирана, дочь короля Энниса Третьего, внучка Коркорана Камдазского, наследница Мидира Основателя поднимись с колен, чтобы стать наследницей своих предков, районак бескрайней Северной земли. Да станет твоим именем Вирана Первая до самой твоей смерти.
Весна 1620 года
Айрис Лаверье.
Сегодня в центральном городском борделе мадам Чейз было шумно и людно. Девочки носились из комнат в комнату, стараясь как можно быстрее подготовиться к визиту дорогих гостей. В воздухе витал приторно сладкий аромат духов хозяйки, окна были плотно зашторены тяжелыми кусками ткани, лишь по какому-то недоразумению именуемыми шторами, чадили свечи и звучали взволнованные голоса. Во всем этом хаосе не замечали лишь меня.
- Айри, мадам Чейз зовет тебя к себе,- я вздрогнула, услышав, что ко мне обращаются. Такое случалось не очень часто, разве что нужно было принести какой-то из девочек новое платье, взамен разорванному, или очередной ненасытный клиент требовал еще вина. В мои обязанности входили задания в духе «принеси-подай» и не более. Но, похоже, что сегодня ночью все изменится.
Поглощенная своими мыслями, я лишь кивнула прелестнице, даже не разглядев толком ее лица, и направилась в глубину строения, гордо зовущегося главным городским борделем Залле. Не то, чтобы местная власть открыто поощряла подобные развлечения толпы, но и искоренить их она не могла. Поэтому самые крупные увеселительные заведения были удостоены статуса городских и получили покровительство магистрата.
Тошнотворный запах духов становился все сильнее, и уже у двери хозяйки у меня закружилась голова. Мир перед глазами пошатнулся, и я привалилась к холодной каменной стене, чтобы перевести дух и унять сердце, которое бешено билось у меня в груди. Я всегда знала, что этот день придет, но надеялась, что это случится как можно позже. А еще лучше не случится вообще. А если и случится, то вообще не со мной.
Глубоко вдохнув, я отстранилась от спасительной прохлады старого камня и, набравшись храбрости, постучала в хлипкую, чудом держащуюся на петлях, дверь.
- Айри? – раздался скрипящий, похожий на утиное кряканье, голос мадам Чейз. Он еще с детства вызывал у меня улыбку. Только ленивая в этом борделе не передразнивала его, желая развеселить или подбодрить подруг после тяжелой ночи. – Входи, милая.
«Милая». Точно сейчас какую-то гадость скажет. Причем скажет так, как будто она мне благую весть от Верховного принесла. Натянув дежурное подобие улыбки, я толкнула старенькую дверь и шагнула в духоту хозяйских «покоев», как она сама называла свою спальню, мрачное и убогое подобие настоящих покоев в поместьях богачей и аристократов. На мой неискушенный вкус ее спальня скорее напоминала гнездо сороки. Все, что могло блестеть, блестело и переливалось. Безвкусные аляповатые шторы, такие же, как и покрывало на кровати, вызывали приступы паники и дикое желание покинуть этот цирковой шатер.
Сама хозяйка этого дивного местечка выглядела ничуть не лучше, чем ее спальня. Тощая, невысокого роста, с покрытым белилами лицом и париком не самой лучшей работы, прикрывающим уже заметную лысину, она не вызывала ни уважения, ни трепета. Возможно, в молодости она и была достаточно привлекательной, чтобы заставить старого месье Чейза жениться и оставить ей бордель, но сейчас она растеряла все свои прелести. Некоторые отобрало время, другие были проиграны в неравной схватке с крепким виски, которое она бочками заказывала в Западных землях.
- Айрис, душенька, наконец-то пришел твой большой день, - торжественно прокрякала она. Какое воодушевление. Хотя ее можно понять. Теперь, в ее борделе станет на одну прелестницу больше. Значит, и золота прибавится. А ей-то что с того, что она поломает очередную девичью жизнь? Мадам Чейз искренне уверена в том, что она спасает нас от грязи улиц и нищеты, заставляя торговать своим телом. – Я долго берегла тебя для достойного мужчины. Сегодня ночью ты подаришь себя одному важному человеку из магистрата, чем обеспечишь нам еще одного покровителя.
- Может разумнее будет подложить под него более опытную девочку? – осторожно предположила я. Хоть хозяйка развела тут что-то напоминающее равноправие, слишком уж умных она не любила. – Возможно, заманить клиента в ваши сети может Кэтрин?
- О, нет, моя дорогая Айри, - женщина обманчиво сладко улыбнулась, и я предпочла замолчать, ради собственного блага. – Наш гость просил чего-то особенного, не такого, как можно отведать везде, - продолжая улыбаться, женщина подвела меня к мутному старому зеркалу. Его давно пора было уже выбросить, но другое мадам Чейз не могла себе позволить даже с покровительством магистрата.
- Ну пусть тогда Эви… - снова попыталась возразить я, но старая Эмма Чейз только крепче сжала мои плечи. Длинные ногти впились в кожу и я с трудом сдержалась, чтобы не зашипеть от боли.
- Нет, он получит тебя, - угрожающе прохрипела она, заставляя меня взглянуть в мрачное зазеркалье. – Тебе давно пора начать приносить прибыль, моя славная Айри. Твоя мать попросила меня приглядеть за тобой, перед тем, как лихорадка отправила ее в Небесный чертог. Вот я и присматриваю. Но пора уже тебе начать расплачиваться за мою доброту.
Я с ненавистью посмотрела на ее отражение, но промолчала. Все, чему учили таких, как я, это молчать и покоряться тому, кто сильнее. Тонкими пальцами мадам Чейз расстегнула застежку, скрепляющую мою тунику на плече, и тонкая шелковая ткань соскользнула к моим ногам. Хозяйка с удовлетворением рассмотрела меня со всех сторон, прежде чем разрешила мне снова одеться. Она бормотала что-то одобрительное себе под нос, а я продолжала смотреть в зеркало.
Наверное, не многие в Северных землях могут похвастаться смуглой, почти карамельной кожей и кучерявыми медными волосами. В целом, меня можно было бы принять за южанку, но стоило людям посмотреть мне в глаза, как это ощущение исчезало. Холодные серые глаза цвета грозового неба смотрели серьезно, без той озорной легкости, которая наполняла взгляд практически любого жителя юга. Глаза северянки. Глаза моей матери. Вообще, таких как я, метисов, не слишком жаловали тут, на консервативном и замшелом севере. Но для Эммы я стала очередным примечательным товаром, которого не было у других.
- Приведи себя в порядок, Айри,- видимо, заключив, что я вполне годна для продажи, хозяйка перевела свое внимание на постоянного безмолвного друга – стакана с крепким, но дешевым виски. – К полуночи твой клиент обещал посетить нас. Я не хочу, чтобы ты опозорила статус моего дома для утех. Ты все поняла?
Сил для ответа, который бы устроил мадам Чейз, у меня попросту не осталось, поэтому я лишь кивнула. Такой нехитрый жест полностью удовлетворил старую грымзу и она жестом позволила мне удалиться. Но после того, что я выслушала, я не могла находиться в этом проклятом месте. Лишь вечерняя прохлада помогла мне слегка прийти в себя после тошнотворных духов Эммы.
Я смотрела на вечно затянутое тучами небо, но боги видимо решили предоставить меня самой себе, и не спешили с советами. Что же, мне не привыкать решать свои проблемы самой. Хотя может, нет никакой проблемы? Может, я просто слишком многого хочу? Вряд ли у дочери продажной женщины может быть иная судьба. Но почему-то мне не хочется мириться с этим, не хочется ложиться под кого-то только потому, что так решила мадам Чейз. Я хочу жить по-другому, своим умом. Но, видимо, небесам угодно иное.
- Что же мне делать? Что мне делать, Верховный? – мой вопрос завис в воздухе, но ответом мне послужили лишь далекие, едва слышные удары грома.
Вирана Первая.
Весна в этом году выдалась на редкость холодной. Стоя на открытой галерее, я зябко куталась в теплую шерстяную шаль. Ледяной ветер развивал на башнях и воротах зеленые стяги с белоснежным конем - герб нашей семьи, который не изменился со времен Мидира Основателя.
Мой предок был младшим из восьми сыновей короля Срединных земель Брехерейра. В то время лишь старшие сыновья получали все - и стиану и земли, младшим же путь был либо в храм либо в армию.
Шестнадцатилетний Мидир пошел иным путем. Взгляд его упал на белоснежные вершины Северных земель, бескрайних территорий, где не было единого правителя и племена истребляли друг друга. С небольшой армией преданных его идее людей, он захватывал одно племя за другим. Двенадцать лет спустя в окружении вождей племен, которые стали первыми графами, Мидир стал первым королем Северных земель в ледяной столице Клентон. А спустя пять лет к Северным землям присоединилась и часть Срединных земель - Мидир забрал себе то, что принадлежало ему по праву. Его сестра Фийра стала первой районак Северных земель, одарив короля пятью наследниками. Великая династия. Теперь, я последняя из них.
- Ваше Величество? - на балкон вышла мадемуазель Стафар, с ног до головы укутанная в соболиный мех. Увидев мою скромную шаль, она потупила взгляд.
- Что? - нетерпеливо спросила я, так и не дождавшись окончания фразы. Девушка испуганно вздрогнула. Можно подумать, что я сейчас же велю ее обезглавить.
- Все готово, Ваше Величество, - дрожащим голосом произнесла она. - Ваши верноподданные ждут вашего появления.
Я прошла мимо, не отвечая ей ни слова. Только на безграничной власти, недосягаемости и страхе можно создать великую империю. Правитель должен быть божеством на земле, а иначе он никто. Сегодня мне исполнялось тридцать четыре года, восемнадцать из которых я была Вираной Первой, районак Северных земель. Никогда прежде могущество этой страны не было столь велико, армия многочисленна, а казна полна.
Сегодня здесь, в замке Фарзтет, произойдет событие, которого не было уже более пяти веков - правители всех стран встретятся друг с другом. Встретятся, чтобы поприветствовать меня и выказать свое уважение. Я не испытывала ни толики волнения - я ждала этой минуты всю свою жизнь, и вот она настала. Расправив плечи, вдыхая полной грудью, я шествовала к главной зале, двери отворились, и я вошла внутрь под звуки семейного гимна, ставшего гимном всей моей страны.
Правителей можно было увеличить сразу же - недоуменно они озирались по сторонам, напрасно пытаясь скрыть свое удивление от всего увиденного. Верно, в их странах лишь правители носят белое, могу представить их потрясение, которое они испытали, увидев, что каждый, из находящихся в зале, одет в этот цвет. Да, для них это откровение, но именно из Северных земель пошла традиция аристократическому обществу носить исключительно белоснежные одежды, подчеркивая тем самым их принадлежность к самой земле, которой они правят.
Поднявшись по ледяным мраморным ступеням, я опустилась на трон, попутно замечая, удивление гостей, которое они вновь испытали, обнаружив, что ноги мои босы. Еще ни один правитель Севера не облачался в обувь в своем дворце. Мы дети снегов и льда. Мы не можем замерзнуть.
Пользуясь тем, что гимн еще играет, я внимательно рассматривала четырех правителей. Ближе всех ко мне стоял златоволосый молодой мужчина, с аккуратными усами и небольшой бородой. Взгляд его светлых глаз был спокоен и ровен, наряд богато расшит золотыми нитями, а в волосах сияла золотая стиана с сапфиром. Безусловно, это иарлэйт, как называют его на Севере, король Западных земель Генрих.
Рядом с ним мужчина значительно моложе, еще совсем дитя, вот только во взгляде его столько сдерживаемого огня, что я поставила бы на него, случись Западным землям напасть на Срединные. Королю Идену Первому было всего двадцать, но отчего-то, глядя на него, я видела другого легендарного короля Джерейма Великого. Удивительно, в этом мальчишке нет его крови, но даже портретное сходство с его великим легендарным предшественником, бросается в глаза.
Он и Генрих были дальними родственниками, в них обоих текла кровь мятежной районак Анны Монтт. Глупая, несчастная женщина. Какое великое начало и жалкий конец. Несмотря на то, что, читая о войне двух районак, я неизменно находила в себе черты Анны Проклятой, симпатия моя была на стороне Летеции Клейменной.
Среди регалий, принадлежащих до конца существования Северных земель королевской семье, есть одна, которую я сама причислила к таковой, и которая не имеет прямого отношения к истории нашего рода. Золотое ожерелье районак Летеции. Когда-то это ожерелье покоренные южане подарили ее мужу - королю Джерейму Великому в день его коронации, а позже овдовевшая Летеция сняла его с разложившегося трупа короля, отравленного районак Анной. Летеция не расставалась с ним до самого конца - когда ей отрубили голову, ожерелье слетело с шеи, и, окунувшись в святую кровь, само стало святыней. Как оно оказалось в руках моего возлюбленного графа Манна, я не знала, впрочем, меня это мало интересовало. С замиранием сердца я рассматривала ожерелье, которое все еще хранило следы от ее крови.
Война двух районак затронула не только Срединные и Западные земли, но и Восточные. Сын районак Монтт стал правителем всех трех этих территорий, и его младший сын унаследовал Восточные. Теперь здесь правил король Кренц, или, как вернее его будет назвать, Кренц-ор-Терри-Монтт-Берефейл. Восточные земли были единственными из всех, вовлеченных в войну двух районак, где наследная линия не прервалась, а лишь потерпела изменения - теперь обследование стало кровным, и править могли не только женщины.
Однако, в Южных землях, правили по-прежнему Ройглао. Единственная из правительниц была высокорослой рыжеволосой женщиной, с необычными чертами лица. Брови ее были рыжими, глаза зелеными, удивительной красоты, рот непропорционально широким, с узкими губами, а кожа усыпана веснушками. Ее можно было одновременно назвать потрясающей красавицей и поразительной уродиной. Я была немного сбита с толку подобным противоречием.
Наряд районак Джоан Ройглао сильно напоминал облачение короля Идена - на обоих были кожаные жилеты, надетые поверх обнаженного тела, парадные доспехи и белоснежные теплые плащи с золотыми пряжками, которые они предусмотрительно надели. Разница была лишь в том, что руки Джоан Ройглао украшали тонкие золотые браслеты, а плащ короля Идена был обит соболиным мехом.
Наряд же короля Кренца вызвал во мне чувство насмешливого сочувствия. На короле были легкие шелковые одежды и, как он ни пытался, ему не удавалось скрыть озноб. Как хорошо, что я все предусмотрела. Я кивнула слугам и те поспешно внесли в зал четыре одинаковых шубы из белоснежного меха песца. Уже многие годы ни одна шкурка этого зверя не уходила на внешний рынок - закон карал смертью даже за самый маленький кусочек. Так что теперь я чувствовала себя искренней районак королей, делая им столь щедрый подарок. Гимн закончился, но залу тут же наполнили благодарственные слова, которые я слушала без малейшего интереса. Их глаза сказали все за своих хозяев. Дождавшись, когда голоса стихнут, я дала слово каждому из них. Первым был Кренц.
- Ваше Величество, нас более, чем кого-то либо сближают наши страны. Камдаззе и Иллуриат находятся на очень близком расстоянии, как две любимых сестры, и сегодня я хочу вас заверить, что рассматриваю отношения наших стран не иначе, как сестринские. Позвольте преподнести вам подарок, - слуги короля подошли к моему трону, неся на своих плечах огромные сундук. Поставив его у моих ног, они откинули крышку.
- Восток многие века славится своими тканями. Иллуриатский хлопок по своей цене не уступает золоту, а шелк и лен славятся своей прочностью и искусной выделкой, - сказал он, пока я с интересом рассматривала рулоны белоснежных тканей. Действительно великолепный подарок. Какие поразительные узоры.
- Благодарю вас, Ваше Величество. Ваш подарок пришелся мне по душе.
- Я рад это слышать, - дежурные фразы. Мир королей.
- Мой подарок, Ваше Величество, ожидает вас в конюшне, - взял слово молодой Иден. - Это конь породы прейхарос, один из пяти, оставшихся в этом мире. Такой конь принадлежал вашему великому предку, Мидиру Основателю и изображен на гербе вашего дома. Надеюсь, этот конь принесет вам не меньше побед.
- Я благодарна вам от всего сердца, - на этот раз я не лукавила. Это был один из лучших подарков, которые выпадали на мою долю. Конь Мидира, Отли, имел не меньшую славу, чем его хозяин. Нет ни одной иллюстрации к историям побед короля, где ни был бы изображен Отли, последний подарок короля Срединных земель своему сыну. Тысячи боев они прошли вместе, Отли хранил короля не только от врага, но и от холода в то время, когда тот, еще никому не известный мальчишка, спал прямо на снегу. Конь укладывался рядом с хозяином, грея его своим теплом. В последней войне с собственным братом, решившим, во что бы оно ни стало отобрать Север у Мидира, Отли спас жизнь короля, подставив собственный бок копью, предназначенному Мидиру.
Можно без конца спорить есть ли во всем этом истинная преданность, либо рассказы о королевском коне всего лишь красивая легенда, но самое большое княжество Северной земли носит его имя до сих пор.
- Мой дар, районак, не подарит вам ни своей роскоши, ни преданности. Все мы по-прежнему скорбим о районак Евгении, - сердце мое екнуло в груди.
Районак Евгения была моей прабабкой и величайшей районак за всю историю Северных земель. Портреты в тронном зале изображали красивейшую бледнокожую брюнетку с тонкими чертами лица и большими выразительными глазами цвета зимнего моря. Слава о ее красоте, уме и мягком нраве шла по всем королевствам. Не было ни одного человека, который бы ни был очарован ею. Разумеется, как и ее муж, король Эннис Второй. Многие считали, что районак имеет большое влияние на него в вопросе принятия важных решений, однако, процветание Северной земли говорило о том, что решения эти верны.
Районак было всего семнадцать, когда ее ближайший родственник, граф Чарлингтон отдал ее за короля, а сам, получив место посла в Западных землях, покинул родину вместе с единственной дочерью Джейн. Очень скоро граф Чарлингтон стал преданным другом короля Якова, встав у истоков той трагедии, которую позже назвали грехом или трагедией Якова Безумного. Королевская семья была уничтожена, король вскоре и сам покинул этот мир, а Чарлингтона ожидал Золотой цветок - страшнейшая из всех существующих казней, которой подвергались лишь самые низкие преступники.
Обезумевший от страха Чарлингтон просил королевской защиты, но районак Евгения откровенно сказала, что не считает возможным укрывать от возмездия человека, запятнавшего себя столь страшным грехом. На следующее утро районак была найдена заколотой в собственном кабинете, в окружении мертвых служанок.
На Чарлингтона началась охота, но западники преуспели в ней больше. Как ни старались наши дипломаты, его казнили в Дарнуолле, столице Западных земель.
- Благодарю, - нарушила я затянувшееся тягостное молчание.
- Это принадлежит по праву вам, - Генрих взмахнул рукой, и в комнату ввезли статую в полный рост. Это был полный пожилой мужчина, лицо которого выражало муку, хотя тело застыло в статическом положении. Я задохнулась.
Передо мной был граф Чарлингтон собственной персоной. После Золотого цветка тело несчастного навсегда оставалось заключенным в камень и помещалось в Сад тысячи фигур к остальным замершим навечно преступникам. Каменщики лишь немного обрабатывали их, доводя до совершенства.
- Районак Летеция велела разбить фигуру его дочери леди Джейн Чарлингтон и скормить ее останки собакам, так что поступайте с ним так, как вам заблагорассудится. Хотя, полагаю, что для собак там ничего не осталось, - по залу пронесся хохот.
- Благодарю вас, Генрих. В Камдаззе есть статуя районак Евгении, высотой превышающая семь метров. Думаю, ваш подарок займет свое место у ее ног.
Король коротко кивнул и уступил место районак Джоан Ройглао.
- Я не подарю вам ни тряпок, ни фигурок, ни даже домашнего любимца, - в грубоватой манере начала она, вызывая на лицах мужчин презрительные усмешки. - Мой подарок - десять гладиаторов.
- Кого? - не поняла я. Слово казалось мне знакомым.
- Бойцов, которые живут, сражаются и умирают на арене, чтобы потешить публику. Это не деревенские мальчишки, а наемники, каждый из которых имеет свою легенду, не хуже королевской. Хотите, они будут сражаться за вас в войнах, хотите, потешат публику или отправьте их на поля - дело ваше. Я дарю вам лучших своих людей.
- Благодарю, районак. Подобная забава была в чести у короля Энниса Первого.
- Ваших новых людей разместили в камерах под замком. Велите своим тюремщикам выдать им по мечу и врагу, и тогда познаете их мощь.
- С удовольствием, - кивнула я. Посмотрим воочию, что за подарок преподнесла мне районак варваров. Тем более, что меня саму немало интересовал один из них. Районак даже не догадывалась, что, как птичка в клетку, попала в силки, расставленные моим верным слугой.
- Мой подарок доставили за день до моего приезда в Северные земли, - продолжала районак Джоан, в то время, когда мы спускались по парадной лестнице вниз, к смотровой площадке, выходящей на просторную площадь, где происходили все казни. Мой отец невероятно любил кровавые представления и неизменно пришел бы в восторг от подарка районак.
Гладиаторы уже ждали нашего появления. Полуобнаженные, стоящие с оружием в снегу, они казались богами, сошедшими с Небесного чертога. Какие тела.
- Вам нравятся? - шепнула мне на ухо районак, пользуясь тем, что мужчины были увлечены собственным разговором.
- Безусловно, - я и не собиралась скрывать свое радостное возбуждение. Я увидела того, кого так много лет разыскивала. - Какие приказы я могу им отдавать?
- О, любые, Ваше Величество. Теперь ваша воля - их воля, ваше желание - их приказ, а ваше слово - их молитва. Нет ничего, что бы они ни сделали ради вас.
- Это замечательно, - мои замыслы становились реальностью прямо на глазах. - Я думаю, что теперь, когда, наконец-то, мы, все кровные родственники, собрались вместе, эту встречу стоит отпраздновать так, чтобы ее помнили века.
- Это верно, - молодой Иден не скрыл улыбки, даже не представляя, что стоит за моими словами. У всех нас общие корни. Все мы предки древней принцессы Сьюзаны-Филиции. К тому же, как это ни печально, единственные истинные короли, оставшиеся в этом мире. Кроме нас пяти нет никого, в ком была бы капля венценосной крови. -Мы последние. Дай Верховный, чтобы у нас были наследники.
- Вся надежда на районак, - вмешался Кренц. - Мои лиары всегда к их услугам. Нет еще в мире чрева, в котором не проросло бы их семя. Так что, в любом случае, в скором времени мы вновь станем одной семьей.
Я так не думала. Я бросила взгляд за спину и улыбнулась. Как замечательно, что стража не последовала за нами.
- Фелгар, пусть останутся лишь четверо, - отдала я приказ начальнику темницы.
- Конечно, Ваше Величество.
- Я ненадолго оставлю вас, - обратилась я к правителям, пока Фелгар отдавал распоряжения. - Хочу увидеть, как ведутся дела на новой смотровой площадке. Это займет всего лишь пару мгновений. Долг районак прежде всего.
- Это делает вам честь, Ваше Величество, - улыбнулся Генрих.
Быстрым шагом я направилась по трибунам на противоположную сторону. Нетерпение гнало меня в спину, и я едва удерживалась, чтобы не побежать. Я как раз заняла удобную позицию, когда Фелгар знаком дал мне понять, что все готово. Отлично. Я кивнула в ответ.
Гладиаторы припали на одно колено и принялись ровными голосами приносить мне клятву верности. Как же кстати все сложилось. На подобную щедрость судьбы я даже не могла рассчитывать. Но вот клятва прервалась. Теперь они в моей власти до тех пор, пока Верховный не призовет их в свой Небесный чертог.
- Я принимаю ваши клятвы. А теперь начните бой, который прославит вас в веках. Сегодня вы прольете королевскую кровь.
Глупые правители не успели еще ничего понять, когда мои новые преданные друзья оказались рядом с ними. Все заняло несколько мгновений - лишь Иден успел обнажить бесполезное парадное оружие, но так и не пустил его в ход. Жаль его, такой молодой и добродушный, но на войне нет места жалости. Я обещала себе, что добьюсь того, о чем отец и не смел мечтать, и вот я исполняю свою клятву - теперь я районак всех пяти земель. Осталось лишь убрать за собой.
- Вы хорошо исполнили свой приказ. А теперь скрестите мечи друг с другом. Если боги помилуют, то один из вас выживет и займет свое место в королевском совете.
На этот раз бой был куда зрелищнее. Звенела сталь, мелькали разгоряченные пляской смерти тела. Никто не желал сдаваться, никто не хотел уйти. Но уходили. Уходили с честью, знакомой только гладиаторам. Уходили без криков боли и страха. Хорошие мужи. Я буду о них помнить.
На брусчатке лежали уже двое павших, а оставшиеся завершали бой. Это были крупный коротко стриженый мужчина лет тридцати и совсем еще юный мальчишка. Я не могла отвести от него взгляд или скрыть свою ликующую ошибку. Двигался он, словно дикая кошка, стремительно и грациозно, но ярость его атак не давала усомниться в его умении убивать. У мужчины уже было несколько глубоких ран, которые мешали ему сражаться, но я не знала, принадлежат ли они руке мальчишки.
Бой закончился внезапно. Я даже не поняла, как это произошло, но голова мужчины оказалась отделена от тела. Бросившийся наперерез мальчишке пятый гладиатор, сам глупейшим образом напоролся на его меч. Я вскочила на ноги со своего места. Я знала, какая невероятная сила нужна для того, чтобы одним ударом снести голову с плеч. Смерть палачей становилась большой проблемой, потому что не всякий даже самый крепкий мужчина мог справиться с его работой. Но этот мальчишка сумел. Поразительно, на нем даже ран нет.
- Иди сюда, - поманила я его к себе. - Кто ты?
- Меня зовут Кридан.
- Северное имя? Откуда у южанина древнее имя детей моей земли?
- Я не южанин. Я жил и на Востоке и в Срединных землях. Я лиар.
- Лиар? Это многое объясняет. Теперь ты больше не гладиатор. Ты станешь моими глазами и ушами, моим карающим мечом. А сейчас спустить вниз, попрощаться со своими братьями. Нас ждет много работы. Фелгар, - окликнула я начальника темницы. - Проследите, чтобы этому юноше предоставили комнату за пределами невольничьей. И велите своим людям заняться погибшими. Снимите с них это окровавленное тряпье, уложите в гробы и как можно лучше заколотите. Когда они вернутся в свои столицы, вряд ли кто-то захочет на них посмотреть.
Медленными шагами я направилась прочь. Это были мгновения моего триумфа. Районак Северной земли, варварских территорий, с которой на протяжении веков никто не считался, ныне хозяйка всего мира. Согнувшись над Джоан, милостью, которой мне была подарена стиана, я обхватила ее руками. Ее кровь обеспечит мне славу районак, выжившей после вероломного покушения гладиаторов Южной районак. Бедная жертва, спасенная самими богами, Вирана, районак Объединенных земель.
Скоро, уже совсем скоро я буду сжимать в своих руках скипетр и державу районак Виктории, последней хозяйки Объединенных земель. Теперь, когда Кридан не подозревает, в какие сети угодил. Он ничего не знает. Ничего. Но с его помощью я восстановлю прерванный род. С его помощью...
Но прежде...
Придерживая окровавленные меха, я медленно вошла в холл, напрочь игнорируя любые вопросы. Ни взгляда, ни звука. Районак в ужасе от всего произошедшего. Районак все еще мыслями в Небесном чертоге. Перед глазами ее Верховный бог отца, или истинный Ледяной бог, а в ушах крики монархов, которым уже никогда не подняться на трон. Совсем скоро во всех странах пройдут поминальные службы, на которых, мысли каждого будет терзать сложные вопросы. «Что принесут мятежные годы?» «Станет ли трагедия моим триумфом или я, вслед за правителем, уйду в безвестность?» «Получу ли я трон?»
Бесконечные вопросы, на один из которых я могу дать ответ. Трон мой. И я не поделюсь властью, как зимнее солнце Пернетте не делится своим теплом. Районак Вирана. Да будет освящено твое правление.
©Энди Багира, Иррьяна, 2012 г.
Понравилась история? Не пропусти продолжение? Подписывайся на канал и следи за обновлениями.